Они стратеги, способные просчитать действия (свои и чужие), события и их последствия. Они знают, что делать и к каким изменениям на внешнем уровне это приведет. Современная психология говорит, что они склонны к рациональному способу принятия решений. Но я почти уверена: тут не голый расчет, тут именно способность предвидеть. И некоторая особенность мировосприятия: им важнее быть правым, чем счастливым. То есть они идут к яркому результату (чтоб все смотрели и завидовали), но при этом не особенно заботятся о покое и благости в душе — вот это люди Купалы. Они такие всегда, но каждому из нас хоть немного предвидения дается раз в году — в купальские светлые дни и короткие ночи. Хотя бы в мелочах: будете вы носить платье, которое захотели купить, или повесите в шкаф; будет у вас повышение по службе или начальник врет…

Физическая активность

Разумеется, все, что связано с водой. Купание — от слова Купала.

Предпочтительные цвета в одежде

Белый — собственный цвет Сварога, полуденного неба — белый свет как таковой.

Выбор его в летнюю жару имеет чисто практическое объяснение: белые одежды лучше любых других отражают солнечные лучи, а потому лучше всего защищают от перегрева и солнечных ожогов. Кроме того, на белом полотне слишком хорошо заметна малейшая грязь, то есть белые одежды — индикатор гигиены в условиях естественного обитания. Обязанность носить чистое белое — это, по сути, обязательство часто менять белье в жару.

Но, разумеется, помимо утилитарно-практических резонов, белый цвет в одежде имеет и религиозную подоплеку, и чисто психологическую.

Одеваясь в белое, мы как бы сливаемся с небом, отдаемся отцу небесному. Практически во всех европейских традициях белый цвет — символ чистоты. Однако, если вы интересовались славянской историей и традициями, то наверняка знаете, что у древних славян белый был цветом траура. Впрочем, «траур» не вполне верное толкование. Ибо белый в данном случае выступает не как символ скорби, но как отвращающий щит.

Действительно, у большинства славянских народов было принято, чтобы родственники умершего одевались в белые одежды. Это было связано с поверьем, будто «смерть по одному не берет» или «щур себе товарища в дорогу хочет взять». На уровне суеверий, не признаваемых, но все равно подразумеваемых и пугающих, эти представления сохранились и в христианскую, и даже в коммунистическо-атеистическую эпоху. Чрезвычайная живучесть этих «суеверий» объяснялась тем, что они, как ни печально, довольно часто находили подтверждение. Особенно когда белый перестал быть «цветом траура», и родственники покойного стали одеваться в черное.

Дело в том, что древние славяне носили белое не в знак скорби, а для защиты от темных сил, от прикосновения смерти. Надев одежды цвета полуденного неба, славяне, во-первых, отдавали себя под покровительство и защиту Сварога, а во-вторых, как бы растворялись в потоках света, стирали собственные границы, становясь невидимыми для покойного, для смерти, для злых духов. Таким образом они избегали сомнительной чести сопроводить щура в Навь.

Аналогичное значение, скорее всего, имеет и требование носить белое на сроке Купалы: светлая половина года — время, когда Ирей открыт, навы и нечисть гуляют по земле, а защитных обрядов совершать некогда: страда. Поэтому белые одежды — это тотальный оберег, наша гарантия, что мы останемся на белом свете. К тому же в пору между сговором на Ладином сроке и свадьбами (они обычно игрались на сроке Макоши) надо было беречься от сглаза и порчи, от злых людей и злых духов, охочих до чужого счастья.

Языческий ритуал

Купала — высшая ипостась Сварога. Бог, вошедший в свою полную силу — уже не яростный борец за собственную власть, а нежный и заботливый отец, пекущийся о благе своих детей. В этой своей ипостаси он щедр чрезвычайно. Земля сама приносит плоды, достаточные для питания. Почва и воздух прогреты настолько, что спать можно прямо в траве, и одежды много не требуется. Теплы и воды в реках и озерах — так что ритуал омовения перестает быть проблемой. К тому же чудеса открываются людям во всей своей полноте и многообразии: именно на этом сроке можно вызнать собственное будущее, пообщаться с умершими предками, отыскать клады, избавиться от долго преследовавших болезней.

И при этом Светлое время — наименее ритуализированный из всех сроков года: уборка сначала озимых, а потом и яровых. Даже странно, что современный человек офисный планирует отпуск именно в это время. Самая работа как раз сейчас.

Бытовые резоны

Самое жаркое время года — просто нет аппетита. Во всяком случае, определенно не хочется горячего, не хочется топить печку. И негде хранить недоеденное. Поэтому еда предпочтительна холодная, не нуждающаяся в приготовлении. При этом не только количество, но и качество молока неуклонно растет: ведь стадам вдосталь дается свежих и, что существенно, разнообразных трав. Отказываться от такого «богатого» молока — себе в убыток. Тем более — при активном солнце и большой долготе дня: никогда больше в году нет таких благоприятных условий для выработки витамина Д и, следовательно, для усвоения кальция (то есть для повышения костной массы).

Практически все седмицы, выпадающие на конец июня — начало августа, посвящаются уборке каких-нибудь зерновых культур. Современный горожанин может просто принять это дробление за основу и курировать, скажем, каждую неделю новую часть проекта, установив для себя заранее четкую последовательность действий. Из хозяйственно-магических дат приметен разве что Венич. На Купальском сроке минимизирована ритуальная сторона жизни, поскольку максимальна трудовая нагрузка.

Значимые даты

Купала и Русалии

Купала — купол, верхушка неба, макушка лета — сам день астрономического солнцеворота (обычно 21–22 июня, ежегодно точное время и дату можно погуглить). Русалии — череда долгих дней до того, как солнце пойдет на убыль — они полностью совпадают с зелеными святками (если начинаются на Рыбич) или вписываются в них. Логика такая же как, на Карачун и зимние святки, только в обратной последовательности.

Весь переходный (Ладиного срока) обрядовый цикл связан с приходом мертвых на этот свет. С наступлением Купалы он завершается. Основная задача живых — помочь ничейным, неупокоенным, неразвоплощенным мертвецам покинуть этот мир. Для этого жгут костры и прыгают через них — как бы указывая нежити и злыдням путь к спасению.

Одновременно купальские ночные костры — это подсветка, не позволяющая тьме сомкнуться, поддерживающая Солнце. В практическом смысле они нужны были собирателям трав. Считалось, что особой целебной силой обладают лишь те травы, которые собраны в самую короткую ночь —