вздрогнуть. — Им не знакомо понятие этикета, а их дела всегда на первом месте. Как так вышло, что вас привела госпожа Иллирина?

Теперь оба эльфа смотрели на меня во все глаза, а я не могла даже спрятаться за стакан с напитком.

— Просто позвала прогуляться в дворцовом парке, — ответила нехотя. — А потом Повелительница позвала нас на завтрак.

— Давно вы знаете госпожу Иллирину? — прозвучал вопрос справа.

Беседа мне перестала нравиться, она стала больше походить на допрос. «С рождения» — очень хотелось ответить именно так, но я заменила эти слова кратким «давно».

— Вы не очень общительны, — обиделся эльф слева.

— Мне мама не разрешает разговаривать с незнакомцами, — с большим удовольствием впервые в жизни произнесла я эти слова.

Теперь смутились мои соседи.

— Лекорис, — торопливо представился эльф справа.

— Антарил, — поддержал его эльф слева.

— Сын третьего советника Повелителя, — опять справа.

— Племянник старшего помощника капитана дворцовой охраны, — слева.

Словно сговорились, они сыпали информацией о себе по очереди, так что я только успевала вертеть головой из стороны в сторону. Невольно на лицо наползала улыбка — так оба эльфа старались произвести на меня впечатление.

Они действительно оказались родичами — их матери были сёстрами, которые вместе со своими мужьями рискнули отправиться за Арбеаном ау-Тораном в его путешествие от Затерянных островов на поиски легендарного эльфийского города. Юноши — ещё не имеющие права на собственные решения по эльфийским меркам — были вынуждены следовать за родителями. Она только проходили обучение, и во время завтрака у них был урок дипломатии, поэтому они не могли уделить мне поначалу своё внимание.

Это было так непривычно и весло, что я уже почти не сдерживалась и едва не в голос смеялась, а они только радовались моим улыбкам. Не сразу я поняла, что и сам похожа на этих двух эльфов — сосредоточенные на учёбе, но ещё сущие дети, когда дело касалось веселья.

— И почему мы раньше тебя не встречали?! — наконец, в один голос спросили они.

— Я учусь в школе госпожи Эзерлир. Она редко позволяет своим питомцам покидать территорию.

— Ты — будущий артефактор?

— Я стараюсь им стать, но пока что плохо получается.

— Неудивительно! Чему можно научиться у человека?

Это прозвучало очень неприятно и обидно.

— Ничего подобного! Я очень многому научилась! Любой учитель достоин уважения, особенно тот, который мучается со мной.

— Но наша сила иная.

— Да, это так. Но разве артефакту не всё равно, кто вкладывает в него заклинание? Важен принцип и структура, а не магия.

Мне хотелось высказаться ещё, но тут из-за стола поднялась Повелительница, давая понять, что завтрак окончен.

Мои новые знакомые тут же утратили свою весёлость.

— Жаль прерывать столь занятную беседу, но мы вынуждены вас покинуть, — с важным видом кивнул Лекорис.

— Но ведь мы ещё обязательно встретимся? — сгладил его напыщенность Антарил.

Пришлось пообещать, хотя за спиной я и сложила фигуру из трёх пальцев, давая богам понять, что моё обещание не настоящее. Как знать, удастся ли его сдержать? Так что не стоит зря разбрасываться словами. Раскланявшись, эльфы ушли, а я вновь ощутила себя не в своей тарелке.

Я взглянула на маму. Она словно не замечала меня, продолжая оживлённую беседу. Вот ведь! Сначала говорит, чтобы я соблюдала осторожность, а потом бросает меня в толпе любопытствующих эльфов. Я слышала нарастающий шёпот:

— Забавная эльфиечка.

— И почему она так привязана к этой человеческой магичке?

— Ничего, это ненадолго. Всё равно жить среди людей эльфы не станут.

Большого труда стоило удержаться и не обернуться. Кажется, таким было мнение большинства из тех, кто присутствовал на завтраке. И если при Повелительнице они сдерживали себя, то сейчас перестали стесняться. Ради чего тогда было это приглашение — чтобы выказать это презрение к человеческой магии или поманить меня красотами эльфийского дворца?

Но мне только больше захотелось уйти. Вот только мама по-прежнему меня не замечала. Как будто кто-то на неё заклинание наложил. Или на меня?

Я сосредоточилась, мысленно формулируя короткую фразу. До сих пор ни земля, ни вода мне не подчинялись — слишком юна, слишком мало опыта, слишком слабая концентрация — я знала все свои ошибки. Но сейчас мне предстояло их избежать, доверившись самой непостоянной стихии.

Невесомый сгусток воздуха мне удалось создать практически сразу. И даже нашептать в него заранее заготовленные слова. Сложнее оказалось направить его к маме .так, чтобы он не рассеялся. Сосредоточиться, забыть обо всём постороннем, выдохнуть — и мягко выпустить заклинание. О таких вестниках рассказывал один из наставников в школе артефактров, но пыталась создать я его впервые.

Удивительно, что всё получилось. Вестник улетел и, кажется, даже попал по назначению.

Госпожа Илиррина обернулась, глядя в мою сторону, а потом вновь вернулась к своему собеседнику. Да что такое?! Неужели, Повелительница и вправду сделала что-то такое, отчего мама перестала меня замечать? Что ж, если не хватило первого вестника, попробуем посильнее. Если эльфы устроили для нас такой неприятный сюрприз, я их тоже жалеть не стану.

Заклинание вышло помощнее. По залу ощутимо пронёсся порыв ветра, скинув на пол несколько тонконогих бокалов и с силой взметнув драпировки на стенах. На сей раз мама, нахмурившись, долго вглядывалась в то место, где я стояла. Затем она, отмахнувшись от настойчивого собеседника, сделала несколько шагов ко мне. Видимо, о чём-то догадавшись, она коротко махнула рукой, вызвав вихрь не меньший, чем моё заклинание до того. Вокруг раздался тонкий звон, словно осыпались осколки стекла.

— Ты не ушла! — мама быстро подошла, схватила меня за плечи и покрутила из стороны в сторону. — Всё в порядке?

— Почему вы решили, что я ушла? 0 спросила удивлённо.

— Идём.

Вместо ответа госпожа Илиррина сердито осмотрела, вяла меня за руку и повела за собой. Она не ругалась, не разбрасывалась заклинаниями, но я чувствовала её гнев. Когда мы вышли в парк, я не рискнула даже напомнить, что где-то во дворце осталась моя школьная форма.

Держась за руки, молча, мы прошагали по дрожкам, прошли по улицам и свернули во двор школы артефакторов. Только здесь мама к моему величайшему удивлению разразилась отборнейшей бранью. На её голос даже госпожа Эзерлир с господином Тейденом выглянули. Они не пытались прервать эльфийку, лишь изредка улыбались, услышав особо заковыристые обороты.

— Кто же