он не дремал. Он не умел ни спать, ни дремать. Он запрограммирован только на имитацию покоя…

Отец Эйлины появился внезапно, откуда-то справа, со стороны паромного причала. Ролли никогда не видел его раньше, но сразу узнал. Он даже не задался вопросом, откуда ему известно его имя – Бен Трейс…

Это был высокий седой мужчина лет пятидесяти, похожий на сухаря-учителя – чуть сутуловатый, в очках, с короткой прической и бородкой – тоже седой, больше похожей на небритость. На фоне темно-серого асфальта он вообще казался слишком светлым и чистым: седая шевелюра, белая бородка, того же цвета рубашка и легкая безрукавка на ней, свисающие поверх светлых брюк…

Бен Трейс поправил пальцем очки в роговой оправе, скользнул линзами по ряду припаркованных машин… Затем оглядел площадь, кафе с голубым навесом и, попеременно оглядываясь то на парковку, то на уличное кафе, стал неторопливо продвигаться к середине площади.

«Ищет автолет по ориентиру, – подумал Ролли. – Автолет напротив кафе…»

Время было полуденное; площадь полнилась отдыхающими. Несколько раз Бен вдруг исчезал в толпе, но Ролли безошибочно определял место его нахождения. Когда же мужчина остановился на линии автолета и повернулся – Ролли открыл дверь и вышел.

Бен, по-видимому, заметил его, поскольку почти сразу, не отрывая взгляда, пошел прямо на него.

Он остановился в двух шагах, пытливо всматриваясь в его лицо. Ролли молчал.

– Вы… Ролли Койл? – неуверенно спросил он.

Ролли кивнул. Бен протянул руку.

– Я отец Эйлины, Бен Трейс.

– Я знаю.

– Вот как? Откуда же? Хотя это глупый вопрос…

«В самом деле, откуда?» – пронеслось в голове Ролли. И вслух сказал:

– Эйлина показывала ваши снимки.

– Да, конечно…

Ролли сказал:

– Рад познакомиться.

Бен нетерпеливо потоптался на месте.

– Не думал, что придется вот так знакомиться с избранником…

Он неожиданно смолк.

– Признаться, я не ждал вас лично, – сказал Ролли.

– Вы ждали ее? – Бен помолчал. – Она передала вашу просьбу. Но скажите, зачем это вам?

Едва завидя Трейса, Ролли уже знал, что придется отвечать на нечто подобное, но сейчас Ролли послышалось скрытое недоверие. Ответил уклончиво:

– Я невольно стал причиной… Я обязан отвратить опасность…

– А она существует? – оборвал его Бен и внимательно посмотрел в глаза Ролли.

Ни один мускул не дрогнул на лице Ролли. «Избранник» дочери смотрел прямо и твердо, но молчал. Уже мягче, неожиданно перейдя на «ты», Бен спросил:

– Я тебя хорошо понимаю. Но как случилось, что ты оказался втянутым в сомнительный эксперимент?

– Видимо, как биотехник… – ответил Ролли.

– Как биотехник? Не означает ли это, что эксперимент был связан с созданием…

– Я бы не хотел, чтобы эти догадки стали угрозой и для вас, – остановил его Ролли. – Достаточно того, что я сказал. Для меня сейчас важнее всего ваша дочь. Именно потому мне необходимо встретиться с ним…

Трейс на этот раз смотрел на него долго, словно осмысливая каждое произнесенное им слово. Медленно, как будто продолжая размышлять вслух, он произнес:

– Ты действительно любишь и так сильны твои чувства? Или…

«…или это долг Первого Закона?» – мысленно завершил прерванную фразу Ролли. И подумал: «Неужели подозревает во мне андроида? Почему бы и нет? Но как ответил бы настоящий Ролли Койл?

И он сказал как можно увереннее:

– Да, так сильны мои чувства…

Бен еще с минуту смотрел ему прямо в глаза и, наконец, отвел взгляд.

– Надеюсь, парень, так оно и есть…

Помолчав, добавил:

– Я выполнил твою просьбу. Встреча должна состояться сегодня, через несколько часов.

Ролли ответил не сразу. Это было неожиданно.

– Спасибо. Простите, что вынудил вас приехать сюда… – медленно произнес он.

Бен невесело усмехнулся:

– Должен же я был познакомиться с ее избранником… И потом со мной им легче будет найти тебя…

При этих словах он обернулся и, сощурив глаза, уставился на крыши позади кафе. С той стороны уже несколько минут до слуха Ролли доносился нарастающий гул летящего автолета. И он смутно догадывался, что этот гул как-то связан со стариком. Получалось, Бен действительно выполнил его просьбу. Но кому он звонил и кого вызвал? Судя по всему, сюда подлетал челнок. Уж не тот ли «чистильщик», что заметал следы Селена?

Оба замерли в ожидании.

Челнок вынырнул из-за крыш внезапно. Он на самом деле был подобен тому, что прилетал за Селеном – такой же черный и зловещий, но с огромной, на весь фюзеляж аббревиатурой Высшего совета – «HS». Блестя на солнце, он завис над площадью, словно что-то высматривая в разбегающейся во все стороны толпе, и Бен поднял руку, явно желая, чтобы его заметили. Похоже, это был условленный знак, подумал Ролли, и, словно в подтверждение этого Бен, уже глядя ему в глаза, сказал:

– Теперь тебе нечего бояться, сынок. Виллу можешь раскрыть все свои тайны…

Глаза Бена вдруг возбужденно сверкнули, но тут же погасли. И когда он заговорил вновь, в его голосе уже звучали необъяснимые нотки печали:

– О ней не беспокойся… Она в надежном месте. Если все обойдется, буду рад тебя встретить вновь – она также любит тебя…

Ролли вдруг ощутил нечто похожее на сожаление; видимо, оттого, что не во всем был искренен со стариком. И пусть признание по поводу чувств к его дочери было не столько вынужденной ложью Ролли-андроида, сколько искренней правдой настоящего Ролли Койла – бедного отца было отчего-то все-таки жаль…

И неожиданно Ролли подумал, что, кажется, он начинает чувствовать как человек…

Тем временем огромный челнок мягко опустился на уже опустевшую площадь. Несколько минут спустя с борта отделился верхний торец двери, описал в воздухе дугу и, беззвучно коснувшись асфальта, превратился в невысокий трап из шести ступенек. В открывшемся над ним проеме показались фигуры двух плечистых парней в черных костюмах; они сошли на асфальт и зловеще застыли по обе стороны трапа.

– Тебе пора, – сказал Бен и кивнул в сторону челнока. – Удачи…

Они пожали друг другу руки.

Пассажирская кабина челнока больше напоминала салон частного автолета для VIP-персон. Два дивана и стол в конце, широкий проход между комфортабельными креслами, расположенными вдоль прямоугольных тонированных окон – по три с каждой стороны, отсек для персонала перед кабиной пилота… Отличием было лишь отсутствие самих VIP-персон и обслуживающего персонала. Только Ролли и четыре одетых в черное парня, рассевшихся так, чтобы пассажир, посаженный во второе кресло по левому борту, оказался в их окружении: один – впереди, один – сзади и двое – напротив, по правому борту.

Во время посадки все четверо действовали быстро, слаженно и без единого произнесенного слова. А рассевшись по своим