Сейчас я буду дихотомически скрещивать ежа с ужом. Зачем? Например, «мне надо», вполне себе аргумент.

Сначала еж. Вы его уже видели: это то самый, который преобразователь, он же — конвертер, он же — еще с десяток умных слов. Слова эти запутают вас совсем, поэтому пусть будет просто «еж», ладно? Теперь про ужа…

В дверь постучали. Крепко так, до лязга — какой-то железкой, например, кулаком.

— Войдите, — предложил я.

— Господин титулярный советник, — официально обратился корнет Радомиров. — Ваш кабель. Нет, три кабеля, разных, на всякий случай!

Ну да. Я же не сказал, какой именно провод мне нужен, и для чего…

— Благодарю Вас, корнет, — ответил я, забирая все три провода. — Очень кстати!

Вскоре дверь в допросную закрылась с той стороны, и мы с подопытным снова остались вдвоем.

Итак, про ужа. Думаю, вы уже все поняли.

— У вас ничего не выйдет! — с некоей нервной ленцой сообщил вражеский недокиборг. — Защита от электротока — это же элементарно!

Кандидатов на роль ужа было три — как я и говорил. Самый толстый провод в основе своей имел медную жилу… Именно ее я и приварил надежно к стулу, на котором сейчас восседал пленный. Как приварил? Магией, конечно. Еще не хватало тратить время на что-то более сложное — все равно этот, который на стуле, сидел ко мне спиной и ничего не видел.

— Ток току рознь, — порадовал я подопытного. — Если тот, который просто в проводах — ну да, возможно. Если волшебные молнии — дело другое.

— Блефуете, — догадался Аристарх. — Я читал ваше дело. Вы — шаман, духов электричества в природе не бывает, а значит… Ааааа!

И незачем так орать, я считаю. Подумаешь, подал небольшое напряжение — надо же проверить контакт. Не так и больно, наверное.

— Защита-то ваша, — уверил я подопечного, — того. Не работает.

— Я не успел изготовиться! Аааааа!

— Снова не успели? — делано удивился я. — Да что же такое! Ладно, пишем: контакт хороший до отличного.

— Не понимаю, чего вы добиваетесь, — Аристарх стал серьезен. Ну и ладно, хоть ерничать перестал. — Я все равно ничего не скажу! У меня новый блок памяти, и на нем блок!

Кто на ком стоял — непонятно. Блок на блоке… Заговаривается? Разберемся, вот прямо сейчас.

— Вы что же, совсем не боитесь, когда больно? — участливо спросил я.

Подопытный дернулся. Верно говорят: самое страшное в пытках — это когда палач вежлив и проявляет участие.

Одно дело — бездушная машина пытки, воплощенная функция, строго по инструкции, совсем другое — если оппоненту взаправду интересно то, что он делает!

— Боюсь! — ожидаемо ответил недокиборг. — Я еще слишком человек! Но сказать ничего не смогу, блок!

Да-да. Блок, а на блоке еще блок… Зубы заговаривает, что ли?

— Аристарх, — я сделал тому еще страшнее — обратился по имени. — Давайте, я вам немного расскажу о том, что сейчас будет.

— А может, пусть лучше не будет ничего? — отверг он. — Да! Я требую передачи в руки властей! Прямо сейчас!

— Знаете, где вы? — спросил я требователя. — Это окраина сервитута Казнь, высельное владение клана Желтая Гора, почти юридика… Без пары особенностей. А я тут, извольте видеть, Глава клана. Так что власть здесь именно я, и требование ваше — удовлетворено!

— Аааааа!

И чего снова орать? Я ведь даже не включил… Или это от безысходности?

— Да поймите же вы! Я и правда не могу ничего сказать! Хочу, но не могу!

— Вы, так-то, уже все сказали, — я принялся увещевать подопытного. — Ну, не совсем все. Сейчас же — осталось немного!

Я взял счетник.

Спросите — откуда? Да тут все просто, этот прибор со мной всегда! Да, связной амулет, он же — радиотелефон, он же… Вспомнили?

Так вот, внутри этой машинки очень неплохие анализатор и думатель — то, что в моем мире называется «активатор» и «мотиватор», здесь додумались объединить в одном узле. Называется такой узел словом «процессор» — это чудо науки и техники, оно работает не просто без участия цифродемонов, а без единой эфирной силы вовсе!

Когда найду способ вернуться домой — а я найду — надо будет взять с собой несколько таких, порадовать советских инженеров.

Короче, такой счетник мне подходит. Один из принесенных корнетом проводов подходит уже к счетнику: как знал! Хотя, может, и знал…

Теперь к ежу подключено уже два провода. Ладно, второй не считаем: это просто управляющая подсистема.

Кто сказал, что эфирное заклинание и местный программный код — это не одно и то же?

Найти блок-на-блоке — минутное дело. Оказалось, что первый — это устройство, второй — программный запрет… Второй с первого снялся еще быстрее, чем оба они были найдены. Ничего сложного — кроме того, я уверился: программный код точно произошел от текста заклинания.

— Ну что, как ваши блоки? — участливо спросил я. — Память? Может, немного стимуляции?

— Нет! Не надо! Уберите это из меня! Пожалуйста!

Тут я и сам понял, что прямая работа с мозгом живого — несмотря на дополнения — человека этому самому человеку может быть неприятна. Ну, немного — до безумия, вот как.

— Слушайте, — решил я выяснить то, что надо было узнать с самого начала. — У вас в роду шизофреники были?

Мало ли, может, там какие-то проблемы с лобными долями? Сделать человеку больно и неприятно — один разговор, свести окончательно с ума — дело другое. Не хотелось бы, не люблю такого.

— Я не знаааааюуууу! Я все скажу! Уберите это, ну пожалуйста! — подопытный перестал даже дергаться — только выл и еще немного плакал: крупными такими слезами, напомнившими Вано Иотунидзе о советском боевом вертокоптере.

— Итак, давайте. Я убираю контроль, вы — все, обо всем, без утайки.

Я отключил управление.

— Спрашивайте!

Ну да, все верно. После снятия прямого контроля так и должно быть: оформлять мысль самому… Сложно. Нужны вопросы.

— Кто заказал убийство белого урука? — я задал самый важный вопрос, он же — самый первый.

— Не его! Вас! Урука — случайно!

Впрочем, это я уже слышал. Включить, что ли, контроль обратно? Не понадобилось.

— Шереметевы! Это они! Заказ с серой биржи,