– Ты прав, они исчезли! – еле сдерживаясь, прошептал Макс, изумлённо выпучив глаза.

Альфонс продолжал обслуживать гостей: он подошёл и забрал пустую тарелку певицы. Агата прижала руку ко рту, боясь вскрикнуть: – «Вы это видели?! Он бросил часы в открытую сумку Гертруды Вебер!»

9

От мисс Агаты ничего не утаить

Гувернантка, обсуждавшая с Кларой проблемы воспитания, вышла из терпения:

– Мисс Агата, перестаньте вертеться! Вы уже в том возрасте, когда нужно вести себя за столом как благовоспитанная барышня!

Агате совершенно некогда было спорить с мисс Жанной.

– Прошу прощения, – ответила она и выпрямилась на стуле.

Застыв, как фарфоровая кукла, девочка всё же умудрялась следить за происходившим вокруг. Генерал с беспокойством приподнял один за другимстоящие на столе предметы. Потом вскочил, сжал кулаки и выпятил грудь.

– Мои часы исчезли! – громовым голосом выкрикнул он. – Метрдотель, прошу вернуть их мне. Немедленно!

Альфонс спокойно подошёл к разгневанному генералу.

– Месье, я обвиняю вас в краже моих золотых часов, а также денег мистера Уилсона. Я всегда знал, что это преступление совершили вы! – вынес суровый вердикт французский офицер, глядя на метрдотеля в упор.

– Не понимаю, о чём вы, господин генерал, – ответил Альфонс с вежливой улыбкой.

Погружённый в свои мысли Луи Мирваль мигом очнулся. Он бесшумно отодвинул своё кресло и тут же очутился у стола генерала. Но не успел он достать свою книжку, как Гертруда Вебер звонко расхохоталась.

– Вы только посмотрите на эту противную собаку! – воскликнула она. – Она нашла на полу часы этого любезного месье и притащила их мне, словно косточку.

Она попыталась отнять у собачки находку, но та крепко держала цепочку в зубах, обильно пачкая часы слюной и не желала с ними расставаться.

– Вурст! Ну же, Вурст! Отдай, пожалуйста! Хороший, хороший, пёсик…

Она протянула генералу Петипетону часы, с которых капала собачья слюна, и сняла вымокшие шёлковые перчатки.

– Из-за того, что происходит в этом поезде, мы скоро все сойдём с ума! – вздохнула она.

Генерал тщательно вытер своё сокровище салфеткой, и в вагоне-ресторане воцарился мир.

Арчибальд, понизив голос, рассказал матери и мисс Жанне о том, что им удалось узнать в ходе расследования:

– Альфонс забрал деньги мистера Уилсона. Потом он вместе со своей сообщницей Гертрудой Вебер украл кольцо графини де Санси. Затем попытался стащить часы генерала Петипетона. Она наверняка выдумала историю с пропажей браслета, это был отвлекающий манёвр.

– Да, но остаётся одна загадка, – добавила Агата. – Нужно найти связь между Альфонсом, Гертрудой Вебер и Ральфом Кохом. Только он мог взять твою брошь, мама…

Макс не прислушивался к их разговору. Он лакомился десертом и думал о чём-то своём.

– Всех маленьких чёрных собачек зовут Вурст, – ни с того ни с сего сообщил он. – Этот Вурст из Парижа очень похож на Вурста из Страсбурга. Забавно, правда?

Загадка № 7

Помоги Арчибальду и Максу обнаружить доказательство, что Гертруда Вебер и Ральф Кох – один человек.

– Неприлично говорить с набитым ртом, а тем более бессмыслицу, – проворчала мисс Жанна.

Агату неожиданно осенило. Если оба Вурста были одной и той же собакой, значит, Гертруда Вебер села в Восточный экспресс в Париже. И это всё меняло! Она принялась пристально рассматривать певицу, ища хоть какую-нибудь зацепку.

Арчибальд, со своей стороны, занимался тем же.

– Кажется, у Ральфа Коха, когда он вошёл в вагон, была большая сумка из чёрной ткани, – тихо произнёс он. – Вы не думаете, что он мог спрятать в ней маленькую смирную собачку?

– Конечно, а ещё женскую одежду, – радостно ответила ему Агата, – потому что я могу доказать, что Ральф Кох и Гертруда Вебер – это один и тот же человек.

Макс радостно улыбнулся.

– Нашёл! У Ральфа Коха на руке было родимое пятно, – прошептал он. – У мадам Вебер точно такое же.

Арчибальд с гордостью посмотрел на сестру и озвучил свои мысли вслух:

– Не нужно было вам снимать перчатку, Гертруда Вебер, потому что от мисс Агаты Кристи ничего не утаить!

Пока пассажиры ужинали, проводник, месье Жермен, подготовил купе к ночному сну. Гости постепенно возвращались, чтобы наконец лечь спать. Семейство Кристи разделилось. Клара и мисс Жанна отправились в салон почитать, а дети вернулись к себе.

– Может, пойдём расскажем сыщику о нашем открытии? – с нетерпением спросил Макс.

– Подожди, нам не хватает ещё одной детали: в Страсбурге Ральф не мог переодеться в Гертруду прямо у себя в купе, иначе проводник увидел бы его, – сказал Арчибальд.

Агата предложила свою версию:

– Ральф вышел из купе со своей чёрной сумкой и спустился на перрон, а потом вошёл в вагон через другую дверь и заперся в туалетной комнате.

– Точно! А пока месье Жермен убирал его кровать и приводил купе в порядок, фальшивый Ральф превратился в настоящую Гертруду! – сделал вывод Макс.

– Возможно, – согласился Арчибальд. – К тому же, когда она вошла к нам, у неё была такая же сумка из чёрной ткани.

Макс вскочил:

– Вперёд, в туалет, на охоту за уликами! Шанс есть, пассажиры редко туда заходят – так мне сказал месье Жермен.

Мальчишка выскочил в коридор и вернулся с очками Ральфа Коха в руках.

– Они так и лежали на раковине! – закричал он. – Ну, теперь можно сказать Луи Мирвалю, что мы выиграли?

– Идём! – воскликнула Агата.

Полчаса спустя детектив Луи Мирваль завёл беседу с проводником. Они вдвоём вызвали всех пассажиров и персонал в вагон-ресторан.

– Мы собрались здесь, потому что наш знаменитый сыщик хочет нам кое-что сказать, – начал месье Жермен. – Он раскрыл это мутное дело о кражах.

Макс аж подскочил. Агата шепнула ему на ухо:

– Подождём немного, нас всё равно никто не принял бы всерьёз.

Луи Мирваль почесал шею и открыл записную книжку, привязанную к жилету шнурком, и принялся неслышно расхаживать взад-вперёд.

– Не стану посвящать вас в то, как я разгадал эту загадку. Буду краток: кражи были совершены двумя людьми, и сообщники сейчас среди нас.

Услышав эти слова, Альфонс собрался было бежать, но передумал: ему не очень хотелось прыгать с поезда на полном ходу. Вставив в глаз монокль, генерал проворчал:

– Время идёт, давайте с этим покончим! Я уверен, что один из них – Альфонс, а кто же второй?

Детективу хотелось продлить томительное ожидание, но тут Агата, взмахнув обнаруженным ранее листком бумаги, воскликнула:

– Гертруда Вебер попросила Альфонса украсть часы генерала!

– Эту тайную записку