побежал с водой к Чэнь Инци. Парень устал, как старый вол. Он сел на землю, тяжело дыша. Бэй Яо тоже спустилась вместе с братом. Чэнь Инци немного замешкался, потом взял стакан и очень медленно сделал два глотка.

Земля была по-летнему раскалена и обжигала, если коснуться. Чэнь Инци был сильно измотан, от пота он не мог открыть глаза, все его тело выглядело так, словно он попал под дождь.

– Ты худеешь? – спросила Бэй Яо.

Чэнь Инци усмехнулся, обнажив белые зубы:

– Да, я на диете уже месяц, потерял уже килограмм. Если я буду придерживаться такого режима год, то смогу сбросить одиннадцать килограммов и через три или четыре года стану стройным и красивым!

Бэй Яо рассмеялась.

– Не смейся! Ты мне не веришь?

– Я верю тебе, но боюсь, что ты заработаешь тепловой удар.

– Эй! У меня крепкое здоровье, я в порядке. Даже немного загорел!

Когда Бэй Яо и Бэй Цзюнь вернулись домой, Чжао Чжилань тяжело вздохнула:

– Чэнь Ху с детства был настоящим врединой, не ожидала, что в будущем его упрямство пойдет ему на пользу.

Позже забег Чэнь Инци в жилом квартале стал привычным явлением, но соседи всегда спрашивали:

– Чэнь Ху снова бегает?

И парень отвечал им твердым и громким голосом:

– Да, это я!

Чжао Чжилань улыбнулась: «Как же стремительно меняются наши дети!» Те, кто раньше был непослушным или чересчур бойким, выросли и стали хорошими людьми.

Как только Чжао Чжилань вернулась в полдень с работы домой, она, не говоря ни слова, плюхнулась на диван.

Бэй Лицай окинул жену удивленным взглядом и спросил:

– Что с тобой?

– Муж, ущипни меня! Сплю я или нет?

– Что случилось? – рассмеялся тот.

Чжао Чжилань достала из кармана пальто четыре билета на Олимпийские игры:

– Я собиралась пойти в супермаркет за продуктами и увидела бесплатную лотерею… После того как я вытянула семерку крестей, мужчина сказал, что я выиграла четыре билета на Олимпиаду!

Бэй Лицай не мог поверить своим глазам: билеты на Олимпийские игры! Они ведь бесценны!

– Это правда? Ты не попалась на удочку мошенников? Сколько с тебя взяли денег за участие в лотерее?

Чжао Чжилань растерялась:

– Он не взял с меня ни юаня! Я сплю?

– Сейчас проверим, что это за билеты такие…

Супруги проверили в интернете, как выглядели настоящие билеты на Олимпиаду. Все еще не в силах поверить в реальность происходящего, Чжао Чжилань сказала:

– Таких совпадений не бывает… Четыре билета достались одной мне!

Бэй Яо вышла из комнаты и увидела билеты в руках матери.

– Нет, я продам их! – объявила Чжао Чжилань. – От греха подальше…

Эта сцена была так знакома. Тот странный летний лагерь! Бэй Яо скрипнула зубами. Неужели Пэй Чуань полагает, что они с родителями идиоты? «Пусть мама делает с билетами что захочет! Я не стану принимать в этом участие!»

Чжао Чжилань опубликовала объявление в интернете о продаже четырех билетов. Но никто на него не откликнулся. Все посчитали такое странное, несколько щедрое предложение за обман. Чжао Чжилань с горечью в сердце смотрела на несчастные билеты, стоимость которых превышала все сбережения их семьи. Женщина вспомнила о дне рождения своей дочери. Она стиснула зубы: значит, поездка на Олимпиаду станет отличным подарком для Яо-Яо!

Невзирая на сопротивление Бэй Яо, Чжао Чжилань заставила всю семью сесть на поезд до Пекина. Нельзя же тратить время и деньги впустую! Поезд шел целые сутки. Бэй Цзюнь тяжело переносил поездку: ему не сиделось на месте, и он постоянно убегал от родителей, чтобы познакомиться со всеми пассажирами. «Ни минуты покоя…» – покачала головой Чжао Чжилань.

Семья ступила на землю императорской столицы. К Олимпиаде Пекин действительно преобразился, а на улицах часто мелькали светловолосые и голубоглазые иностранцы.

Бэй Яо дулась всю дорогу, но в конце концов любопытство и желание посмотреть мир взяли верх, и она перестала злиться.

По «выигранным в лотерею» билетам семья Бэй все-таки попала на место проведения соревнований. На поле спортсмены обливались потом. Трибуны кричали и болели за свою страну. Чувство гордости переполняло каждого гражданина Китая в момент поднятия флага и звучания национального гимна.

Бэй Яо наконец увидела мир за пределами жилого квартала, в котором провела все свое детство. И мир оказался действительно огромен. Даже буйный непоседа Бэй Цзюнь послушно прижался к матери. Ясные глаза мальчика внимательно следили за тем, как люди разных рас усердно сражались на спортивной арене ради своих стран. Дух соревнования передался и ему.

– Папа, я хочу стать спортсменом, когда вырасту, и бегать быстрее всех!

Бэй Лицай громко рассмеялся. Однако другая мечта, словно маленькое семечко, медленно прорастала и внутри Бэй Яо.

Этой ночью Бэй Яо не могла уснуть. Она открыла окно в гостинице и смотрела на луну Пекина, которая, казалось, была так не похожа на луну в ее родном городе. «Птичье гнездо»[58] прекрасно, а яркие мигающие огни на широких улицах ослепительно красивы.

Она накинула кофту и спустилась вниз. Ночной ветерок был слегка прохладным, Бэй Яо стояла на мосту, положив подбородок на руку, и под звуки эрху[59] смотрела на лунный свет в воде, изрезанной следами волн. Прислушиваясь к доносившейся мелодии, девушка достала мобильный телефон и набрала номер Пэй Чуаня.

– Пэй Чуань, я в Императорском городе!

– Ну как, тебе весело?

– Здесь повсюду неоновые вывески, таких в городе С и не встретишь! А какой тут оживленный ночной рынок…

Он молчал, с грустью слушая о том, как Бэй Яо счастлива вдали от него.

– Но, Пэй Чуань… Несмотря на все это, я… почему-то думаю только о тебе… О твоем холодном взгляде, о темных глазах, похожих на ночь. Даже если я тебе не нравлюсь, я все равно скучаю по тебе, как скучаю по дому, как скучаю по нежной луне города С, по мягкому свету уличных фонарей, по прохладному ветру и ласковому летнему дождю…

Мобильный телефон Пэй Чуаня внезапно упал на землю. Он стоял в конце неонового, шумного ночного рынка в ярком лунном свете и смотрел на ее нежную тонкую спину. Он прошептал:

– Яо-Яо…

Бэй Яо обернулась. Ее длинные ресницы слегка подрагивали, как два трепещущих крыла бабочки. В следующую секунду она бросилась в его жаркие объятия. Пэй Чуань прижал ее к себе. Его руки слегка тряслись.

Многомесячная злость и раздражение вылились в одно мгновение. Бэй Яо пальцами вцепилась в его рубашку, причитая:

– Ты просто хочешь меня бросить, как тогда, в средней школе, ты всегда хочешь меня бросить!

Его подбородок уперся в ее лоб. Дрожащим