голос Селены был холодным. — Или сдавайся. Избавь себя от унижения.

Клан завыл. Одни в одобрении, другие в разочаровании. Они уже видели исход этого боя. Слабая омега против опытной воительницы. Это была не битва, а казнь. Но потом я услышала голос Кейдана. Не вслух, через нашу связь:

— «Вставай, любовь моя. Покажи им, кто ты».

Я подняла голову и встретилась взглядом с Кейденом. Его глаза горели золотом, полные веры, которую я не чувствовала в себе. Но он верил. И этого было достаточно.

Я поднялась. Медленно. Мои ноги дрожали, но я встала.

— Еще не закончили, — выплюнула я кровь и улыбнулась. — Даже не начинали.

Что-то мелькнуло в глазах Селены. Уважение? Или просто раздражение? Не важно. Она атаковала снова. Только на этот раз я была готова.

— «Не пытайся победить ее силой, будь гибкой».

Я перестала думать о блоках, о контратаках, о победе. Я просто двигалась. Когда ее кулак летел ко мне, я текла в сторону, позволяя удару пройти мимо. Когда она пыталась схватить меня, я ускользала, как дым между пальцами.

Селена рычала. Она была сильнее, но я была меньше, более юркой. Мое тело омеги, которое я всегда считала слабостью, стало моим преимуществом. Я могла изгибаться там, где она не могла. Могла проскальзывать в пространства, слишком узкие для ее мускулистого тела.

Но уклонения было недостаточно. Мне нужно было атаковать.

Селена замахнулась, вкладывая всю силу в удар, который должен был закончить бой. Я увидела это — момент, когда она слишком сильно вытянулась, когда ее защита открылась. Всего на секунду.

Нырнув под ее руку, мои когти выдвинулись, и я полоснула по ее боку. Неглубоко, так как я не хотела серьезно ранить ее, но достаточно, чтобы оставить след.

Первая кровь. Селена замерла, ее рука инстинктивно прижалась к боку. Когда она посмотрела на свои пальцы, они были красными.

Клан взорвался воем. Половина в шоке, половина в восторге. Омега ранила воительницу. Это было невозможно. Но это случилось.

— Ты… — Селена уставилась на меня, ее глаза были широко распахнуты. — Ты ранила меня.

— Я предупреждала, — я тяжело дышала, каждый вдох отдавался болью в ребрах. — Попробуй меня победить.

Что-то изменилось в ее взгляде. Холодная уверенность сменилась чем-то другим — яростью. Настоящей, первобытной яростью. Ее глаза вспыхнули золотом, и я поняла, что игры закончились.

Она атаковала с удвоенной силой, и на этот раз я едва успевала уклоняться. Ее когти полоснули по моему плечу, оставляя жгучие следы. Ее нога врезалась в мой живот, выбивая воздух из легких. Я упала, перекатилась, вскочила, но она была там, неумолимая, безжалостная.

Удар в челюсть. Я почувствовала, как что-то хрустнуло. Кровь брызнула из разбитой губы. Мир закружился, и я упала на спину, Селена нависла надо мной, ее рука была поднята для финального удара.

— Сдавайся, — прорычала она. — Сдавайся, и я остановлюсь.

Каждая клетка моего тела кричала, чтобы я сдалась. Боль была невыносимой. Я не могла выиграть. Не могла…

— «Ты можешь. Я знаю, что можешь».

Голос Кейдена через связь был якорем в буре. Я посмотрела на него, и он смотрел на меня с такой верой, такой любовью, что что-то внутри меня сломалось. Или, может быть, срослось.

Я не была сильнейшей. Не была лучшей воительницей, но я была его парой. Его Луной. И я не сдамся.

Когда рука Селены опустилась, я двинулась в атаку, туда, где она меня не ожидала. Я использовала ее собственный импульс против нее, схватила ее руку и дернула, одновременно подставляя ногу.

Селена, не ожидавшая этого, потеряла равновесие. Ее глаза расширились от шока, когда она полетела вперед. Я перекатилась, используя ее вес, и в следующий момент наши позиции поменялись. Теперь я была сверху, мои когти прижаты к ее горлу. Не впиваясь, а просто касаясь. Обещание того, что могло бы случиться.

Тишина повисла над тренировочной площадкой. Абсолютная, оглушающая тишина.

Селена смотрела на меня, ее грудь вздымалась от тяжелого дыхания. В ее глазах был шок, неверие, и что-то еще. Что-то, что могло быть уважением.

— Ты победила, — прошептала она. — Закончи это.

Я посмотрела на нее. На эту гордую воительницу, которая хотела занять мое место. Которая считала меня недостойной. Я могла унизить ее сейчас. Могла заставить ее сдаться перед всем кланом.

Но я не хотела этого.

Я убрала когти и встала, протягивая ей руку.

— Вставай, — сказала я просто.

Селена уставилась на мою руку, словно не понимая, что видит. Клан тоже замер, все ждали, что будет дальше.

— Ты… помогаешь мне? — в ее голосе было недоверие. — Почему?

— Потому что ты не враг, — ответила я. — Ты часть этого клана. Моего клана, потому что я принимаю тебя. И мне нужны сильные воины рядом, а не поверженные враги у ног.

Что-то сломалось в ее выражении. Гордость, может быть. Или предубеждение. Медленно, очень медленно, она взяла мою руку, и я помогла ей подняться. Мы стояли лицом к лицу, обе окровавленные, обе измученные. А потом Селена сделала что-то, чего я никогда не ожидала.

Она склонила голову. Не сильно — это не было полным подчинением, но это было признанием. Уважением.

— Ты достойна быть его парой, — сказала она тихо, так, что только я могла слышать. — Я была неправа.

Клан взорвался воем. На этот раз не было разделения, не было сомнений. Они выли в признании, в принятии. Я победила не только Селену. Я победила их предубеждения. А потом сильные руки подхватили меня, и я оказалась в объятиях Кейдена. Он прижимал меня к себе так крепко, что я едва могла дышать, его лицо было зарыто в моих волосах.

— Ты сделала это, — его голос дрожал. — Боже, Мина, ты сделала это.

— Я же говорила, — прошептала я, хотя каждое слово отдавалось болью.

Он рассмеялся, звук был наполовину смехом, наполовину рыданием облегчения. Когда он отстранился, чтобы посмотреть на меня, его глаза были влажными.

— Я так горжусь тобой, — сказал он, его пальцы нежно коснулись моей разбитой губы. — Так чертовски горжусь.

— Кейден, — я попыталась улыбнуться, но мое лицо болело. — Я думаю, мне нужен врач.

— Немедленно, — он поднял меня на руки, игнорируя мой протест. — Лина! Приведи целителя в мои покои. Сейчас же!

Пока он нес меня прочь от площадки, я оглянулась через его плечо. Селена все еще стояла в центре круга, наблюдая за нами. Когда наши взгляды встретились, она кивнула. И нет… это не стало дружбой. Еще нет. Но это было началом чего-то особенного. Взаимного уважения, может быть? Этого было достаточно.

Клан расступался перед