− сегодня утром я вам самолично приготовил сапогетти.

− Не напоминай мне, аристократу в двадцатом поколении, об этой гадости, − он притянул за пряжку ремня к себе громилу и посмотрел своими чистыми голубыми глазами, полными беспощадной злости и презрения, − твои спагетти больше походили на шнурки с ботинок.

− Почему походили? – недоумённо спросил громила. − Это и были шнурки, из чистой свинячьей кожи, с моих ботинок.

− Только не говори, что ты их не мыл!

− В таких глупостях меня ещё никто не уличал.

− О-о-от… − задохнулся от возмущения капитан пиратов под сдавленное хихиканье команды. Предводитель плотно сжал свои тонкие губы, скривился и неожиданно заорал высоким фальцетом: − Выполняйте приказ, на мыло к каннибалам отправлю! Без выходного пособия!

После столь недвусмысленного намёка команда кинулась утрамбовывать пленников в посудный шкаф, не обращая внимания на их крики и возмущения, затем все кинулись к кладовке и, выстроясь в цепочку, стали перегружать продукты с «Альбиноса».

В шкаф с трудом мог уместиться один человек, но пираты умудрились туда затолкать четверых, причём в два этажа. На верхнем так называемом этаже разместились скрыга и довольно грузный капитант Мистраль. На другом, нижнем, − ротан и мехлин. Естественно, наибольшее неудобство испытывали обитатели нижнего слоя. Хотя наверху также было несладко. В шкафу, где раньше хранилась посуда, было пыльно и пахло старой засохшей тряпкой, что вроде никак не вязалось с идеальной чистотой, которая была на «Альбиносе» до захвата пиратами.

− Какой ужас, − ворчал капитан. − Зира, я тебя уволю, но прежде ты будешь драить палубу целый месяц без перерыва на обед.

− Я согласен, только бы выбраться отсюда.

− Он согласен, это возмутительно, развёл на вверенном мне судне такую грязищу, что даже вздохнуть невозможно.

− Капитан, − тяжело проговорил ротан, − тут невозможно в принципе говорить, я уж не говорю про пыль…

− А я именно про неё и толкую, − он сдавленно чихнул, ещё сильнее придавив мехлина. Тот от чрезмерного давления и обилия пыли тоже чихнул несколько раз подряд, что вызвало возмущение Мистраля: − Стюард Зира, он же старший помощник, попрошу сдерживать себя, а то у меня почему-то сыреют штаны, видимо, от вашего усердия.

− Тогда вам надо сдерживаться, − зло прошипел ротан.

− Отставить замечания командному составу, у Зиры от пыли обильное слюноотделение, я-то знаю, поэтому и беспокоюсь, что сейчас мы утонем в выделениях мехлина.

− Ох, нам этого ещё не хватало, − с трудом проговорил Пупырь.

− Хватит тарахтеть в шкафу, − раздался голос какого-то пирата, − если не нравится, то отправим в свободный полёт.

− Куда угодно, только вытащите нас отсюда, − яростно закричал скрыга.

− Что ты с ними разговариваешь? − раздался другой голос. − Нам пора идти на нашу «Кильку».

− А кто будет на этой лахудре?

− Да никого, куда она денется, мы её привязали и сейчас дрейфуем с попутным ветром, он как раз дует в нужном направлении.

− А что скажет комадор? − голос засомневался.

− Он сам сказал, что сегодня будет банкет в честь великого завершения.

− Чего «завершения»?

− Я бы знал. Пошли, а то наша орава съест все припасы.

− Идём, идём, − поспешил пират, − а что с пленниками делать? Они воють.

− Главное, чтоб не сбежали.

− Не получится, смотри, какой громадный замок, а ключ у капитана.

Вскоре пленники услышали удаляющиеся шаги, звук закрывающейся двери, и необычная тишина заполнила всё пространство. Было тихо, пыльно и до отчаяния грустно, не говоря уже про тесноту.

− Никогда не думал, что так проведу остаток своей жизни, − филосовски заметил капитан Мистраль, с трудом двигая рукой.

− Прекратите, капитан, мне больно от вашего локтя, − прохрипел скрыга.

− А всё из-за этой псисы, − не унимался Мистраль.

− Кэп, давайте помолчим, мне невмоготу слышать ваш голос, − отчаянно проговорил мехлин, − он отдаётся во всём моем теле, это невыносимо.

− Стюард Зира, он же старший помощник, прекратите панику!

− А вы – свой вольный трёп, − прорычал ротан, − от него пыль поднимается.

Капитан ничего не ответил, а лишь обиженно засопел.

Так они просидели, казалось, целую вечность. Все части тела у пленников окаменели и отяжелели, словно якоря. Некоторое время всем ужасно хотелось пить, но чуть погодя от невыносимой тесноты даже скромные желания пропали, и лишь тяжёлый стук в голове загонял их мысли куда-то внутрь. Галлюцинации и видения блуждали среди крепкой укладки пленников, поэтому звук падающего замка и скрип дверцы никто не воспринял как реальность. А когда яркий свет и свежий воздух хлынули в шкаф, то всем показалось, что они точно попали в рай. Однако радостный голос Джухли-Мухли быстро опустил их на бренную землю (ну не может же быть, чтобы в раю встречались такие попугаи!).

− О, приветствую вас, мои замечательные друзья! Я так рад, что вас не выбросили за борт. Да здравствуют счастливые обстоятельства!

− Я никогда больше не буду есть сардины в банке, − неопределённо протянул капитан и свалился с мехлина тяжёлым мешком.

− Ура бодрым покорителям воздушного пространства! − не унимался попугай, прыгая рядом со шкафом.

− Выключите, пожалуйста, радио, меня тошнит от вашего парада! − обречённо попросил мехлин. Скрыга, подобно капитану, также упал и долго не мог выпрямить ноги, они сложились в невероятную фигуру цирковой гимнастки, демонстрирующей прелести змеиного поведения.

− Достойный отпор агрессорам!

− Я сейчас убью эту псису, − выдавил из себя ротан.

− Свежие пастилки детям, драные подстилки вероломным искусителям!

− Положите, пожалуйста, этот испорченный приёмник в шкаф, − командным голосом тихо попросил капитан Мистраль.

− Это вы о ком, храбрый капитан? − деловито осведомился Джухли-Мухли.

− Всё о тебе. − Скрыге наконец удалось подняться, но он ещё неуверенно стоял на ногах, приходилось придерживаться за дверку.

− Я что-то недопонял, вы недовольны моим вмешательством в ваше избавление?!

− Ещё один лозунг, и это будет в самом деле, − уверил его ротан, с удовольствием растирая затёкшие ноги.

− Дорогая псиса, − обратился к попугаю капитан.

− Можно просто Джухли-Мухли Четырнадцатый, Пурпурный, царских кровей поставщик нежных пёрышек к опахалам, − поправил его попугай.

− А-э-э, слушай, как тебя, Джу-хлам… − капитан старался быть вежливым.

− Что, трудно запомнить такое короткое имя?! – недовольно заметил попугай. − Я могу привести вам тысячу примеров очень длинных имён.

− Хватит, Джу-хлам, лучше скажи, где пираты?

− А, эти… − таинственно повёл глазами Джухли. − Они отбыли на неизвестную землю.

− Каким образом?

− Я открыл верхние клапаны на их «Розовой козочке»…

− «Розовой кильке».

− И на ней тоже, − невозмутимо добавил попугай. − Затем переклевал трос, на котором они были привязаны к нашему «Альбиносу», и… все дела.

− Молодца, − удовлетворённо похлопал себя по карманам капитан.

− А вот