молить тебя, – развернул он меня к себе лицом снова и, запустив длинные пальцы в волосы на моем затылке, слегка сжал их в кулаке, оттягивая голову назад, заставляя смотреть на него снизу вверх. – И для этого у меня есть особенные молитвы в твою честь.

Я выгнулась всем телом навстречу высокому и сильному мужчине, который точно знал, что именно заставляет меня плавиться в его руках. Дыхание стало прерывистым, коротким, а кожа наэлектризовалась, ощущая каждое касание, словно разряд тока. Эрбос с удовлетворением осмотрел мое лицо и оценил томный взгляд, которым его наградила. Затем неспешно, но страстно поцеловал, толкаясь глубоко языком в рот, иногда легонько покусывая нижнюю, особенно пухлую губу. Руки мои протиснулись между нами и нашли путь от низа живота к верхним пуговицам его рубашки. Стало невыносимо оставаться лишь в тонком замысловатом нижнем белье, сшитом по моде фейцев, в то время как мужчина, который неспешно ласкал мою шею, плечи и губы, был все еще полностью одет.

Вскоре я расстегнула ряд маленьких пуговиц на рубашке Эрбоса, и он сам уже порывисто снял ее, отбрасывая в сторону надоевшую одежду. Ладони мои коснулись его груди и начали спускаться по шелковой горячей коже твердого мужского тела. Потянула за шнурок на свободных брюках и освободила Эрбоса от одежды. Низ живота тут же заныл при виде его естественной необузданной мужской красоты. Края моих губ тронула улыбка, когда я повела лишь кончиками пальцев по чувствительным местам и получила в ответ страстный поцелуй и следом глухой стон в губы.

«Вот оно, – с удовлетворением подумала я, ощущая чувство полной власти над столь мощным и сильным мужчиной, – как раз то, что мне было нужно все это время». Но миг моей власти показался мне пустяком, когда Эрбос спустился передо мной на колени, попутно снимая с меня миниатюрное белье. Его рука коснулась внутренней части моей ноги. Пальцы неспешно скользнули выше поверхностной и аккуратной лаской. По спине тут же рассыпались сотни колючих мурашек.

От нетерпения я подалась вперед, навстречу его рукам, хотелось, чтобы его касания стали смелее, даря наконец то, что от него ожидала. Я тихо застонала, когда он не поддался моей уловке, продолжил бережно гладить ноги, поднялся к плоскому животу и накрыл руками грудь. Поцеловал низ живота и стал опускаться ниже, исследуя ртом мое податливое тело, целуя более чувствительную кожу.

– Забрось свою ногу мне на плечо, – строго приказал он мне.

Я резко вдохнула больше воздуха, готовясь к сладкой пытке, которую для меня приготовил мой жестокий, но такой нежный именно со мной Инквизитор.

Стоя на одной ноге, другую послушно положила на мощное плечо Эрбоса. Сильные руки сжали, удерживая и страхуя меня от падения, а красивый чувственный рот стал сотворять немыслимое. В этот момент я громко застонала. Ощутила, будто умираю и тут же возрождаюсь из-за ласк. От того, что его язык творил со мной и как умело это проворачивал, в голове, словно бой барабанов, шумела разгоряченная кровь. Лицо пылало, но не от стыда, а от невыносимости желания дойти до пика прямо сейчас, прямо в этих руках, практически удерживающих меня на весу.

Буквально за мгновение до падения в бездну наслаждения, когда уже глубоко внутри все сжалось в преддверии волны удовольствия, Эрбос отстранился, вынуждая всхлипнуть от досады, посмотреть на него из-под ресниц как на личного мучителя, злобно и с упреком. Феец на это лишь довольно улыбнулся.

– Моя богиня недовольна. Это нужно исправлять, – подхватил меня на руки и уложил на кровать мой мужчина.

Эрбос покрыл невесомыми поцелуями сначала одну мою щиколотку, укладывая ее к себе на плечо, а затем проделал то же самое с другой. В пору уже мне стало молиться, чтобы он поскорее мной овладел, поскольку почувствовала, что больше не выдерживаю его нежных истязаний.

– Любимый, прошу… пожалуйста, – простонала еле внятно, чувствуя близость наших тел.

– Какая ты чувствительная и нежная, Милли. Мог бы любоваться тобой вот так хоть всю жизнь, – провел он ладонью по моим грудям, животу и ниже, где уже все жаждало его внимания.

Одно движение его бедер, и все натянулось в месте слияния наших тел, казалось, этого мужчины всегда будет слишком много для моего миниатюрного в сравнении с его размерами тела. Но Эрбос знал, что делает, как и знал уже все мои слабости пред его ласками. Он двигался аккуратно и размеренно, впитывая каждую блаженную эмоцию, скользящую по моему лицу. Не спешил, а смаковал каждый дюйм тела. Растягивал сладостные минуты истинной любовной близости. Первая приятная волна растеклась по всему телу, завершаясь тихим стоном. Эрбос замер на мгновение. Затем стал наращивать темп, когда я уже сама стала просить его об этом. Наше слияние не было просто бестолковым получением удовольствия. Моральное единение друг с другом было даже больше, чем физическое. Это я прочувствовала, когда столкнулась с затуманенным, полным страсти и любви взглядом Эрбоса. Этот мужчина смотрел на меня с таким обожанием, что я и сама поверила в свою несокрушимую божественность. Теперь движения его были полны огня, одаривая чувственным танцем нутро, пока моя голова не закружилась от мощного удовольствия, которое накрыло неожиданно и сжалось внизу живота, распадаясь на тысячу лучших ощущений, какие я когда-либо испытывала вообще в жизни.

Когда Эрбос понял, что я добралась до вершины быстрее его, то сладко поцеловал, забирая свою награду с моих губ в виде последнего стона. Следующие его действия были удивительно ловкими и быстрыми. Мужчина поспешно перевернул меня сначала на живот, а затем приподнял выше бедра, ставя перед собой на четвереньки.

– Держись за изголовье, – приказал он мне, и я сразу повиновалась, укладывая обе руки на деревянную поверхность кровати.

Второе его проникновение было более быстрым, но не менее приятным, задевая где-то глубоко уже иные сладостные ощущения, непохожие на те, что испытывала ранее.

Феец обнял мою талию своими сильными руками и стал двигаться уже менее бережно, распространяя по комнате отголоски наших взаимных стонов. Впереди замаячило чувство, обещающее новую, еще более мощную разрядку. Я ухватилась за дерево изголовья, крепко сжимая руки на нем, чтобы не сойти с ума от чувств, переполняющих разум и даже все мое естество. Стала двигаться бедрами навстречу. В один момент нас обоих одновременно пронзила вспышка невыносимого наслаждения, заставляя опасть меня на кровать грудью, а Эрбоса прижаться ко мне всем телом, чтобы не потерять равновесия от столь мощных ощущений.

Дыхание наше сбилось, от чего невозможно было бы выговорить и слова. Язык, полагаю, тоже не претендовал на такие