Наши кланы будут поддерживать друг друга. Если кто-то нападет на тебя, мы придем на помощь. И наоборот.

Это было больше, чем я ожидала. Союз между кланами был редкостью, особенно между такими разными, как наш и Ночные Охотники.

Кейден посмотрел на меня, и я увидела вопрос в его глазах. Это было мое решение тоже. Я была альфа, мое слово имело вес.

Я посмотрела на Киру, на сестру, которую я потеряла и нашла снова. Я видела надежду в ее глазах, мольбу. Она не могла просить напрямую, но я знала, что она хотела этого. Хотела мира между нашими кланами. Хотела, чтобы мы были связаны снова, даже если не могли быть вместе.

— Мы согласны, — сказала я, и Кейден кивнул в подтверждение. — Мы поможем вам найти убийцу. И мы заключим союз.

Дариус улыбнулся, и впервые я увидела что-то, кроме холодной жестокости в его глазах.

— Отлично, — сказал он. — Тогда давайте обсудим детали.

Следующий час мы провели, планируя. Дариус рассказал нам все, что знал об убийце — волке по имени Коул, который был изгнан из Ночных Охотников за убийства без приказа. Он был опасен, безумен, и, по словам Дариуса, одержим жестокими развлечениями.

Кейден согласился организовать совместные патрули, поделиться информацией о любых подозрительных активностях на нашей территории. Дариус обещал держать своих людей под контролем, не пересекать границы без предупреждения.

Когда солнце начало садиться, окрашивая небо в оттенки красного и золотого, встреча подошла к концу.

— Кира останется с вами на несколько дней, — объявил Дариус. — Она будет координировать поиски с вашей стороны. Я вернусь со своими людьми на нашу территорию.

Я почувствовала, как Кейден напрягся рядом со мной. Оставить Киру здесь означало доверять ей, доверять Дариусу. Это был риск. Но это также была возможность для меня узнать мою сестру заново. Возможность исцелить старые раны.

— Хорошо, — согласился Кейден. — Она будет под нашей защитой. Если что-то случится с ней…

— Ничего не случится, — Дариус посмотрел на Киру, и я увидела что-то в его взгляде. Заботу? Любовь? — Она сильнейшая женщина, которую я знаю. Она сможет позаботиться о себе.

Кира улыбнулась, и впервые за весь вечер я увидела настоящую улыбку на ее лице.

— Я вернусь через три дня, — сказал Дариус, поворачиваясь к своим людям. — Кира, ты знаешь, что делать.

Она кивнула, и он ушел. Его воины последовали за ним в лес. Через несколько минут мы остались одни — я, Кейден, Кира и наши воины, все еще прячущиеся в тени.

Кейден подал сигнал, и Селена вышла из леса. Ее глаза оценивающе скользнули по Кире.

— Посели ее в гостевом доме, — приказал Кейден. — И убедись, что у нее есть все необходимое.

Селена кивнула, но прежде чем Кира могла уйти, я схватила ее за руку.

— Мы поговорим, — сказала я тихо. — Позже и наедине. Есть так много вещей, которые я хочу спросить…

— Я знаю, — она сжала мою руку. — Я тоже хочу поговорить. Я скучала по тебе, Мина. Каждый день.

— Я тоже скучала, — прошептала я, и мы спешно обнялись снова.

Потом она ушла с Селеной, и я осталась наедине с Кейденом. Он стоял, глядя в лес, его спина была напряжена, руки сжаты в кулаки.

— Кейден, — я подошла к нему, положив руку на его спину. — Я должна была рассказать тебе о Кире. Я просто… я думала, она мертва. Я думала, что никогда не увижу ее снова.

Он обернулся, и в его глазах была боль.

— Ты не доверяла мне, — сказал он тихо. — Даже после всего, что между нами было, ты не рассказала мне о своей семье.

— Это не о доверии, — возразила я. — Это о боли. О ране, которая никогда не заживала. Говорить о Кире… это было все равно что разрывать эту рану снова и снова.

Он смотрел на меня долго, и я видела борьбу в его глазах. Его волк хотел быть злым, чувствовать себя преданным. Но его человеческая сторона понимала.

— Больше никаких секретов, — сказал он наконец. — Что бы ни случилось, мы будем говорить друг с другом. Доверять друг другу.

— Обещаю, — я обняла его, прижимаясь к его груди. — Больше никаких секретов.

Кейден обнял меня в ответ, и мы стояли так, пока звезды не начали появляться на небе. Впереди нас ждали испытания, но сейчас, в этот момент, мы были вместе.

10

Рассвет застал нас в лесу. Кира вела группу из Кейдена, меня, Селены и пятерых лучших воинов клана. Дариус оставил ее координировать поиски, и теперь моя сестра двигалась через подлесок с грацией прирожденного охотника, ее глаза сканировали каждую тень, каждый след.

— Здесь, — она присела у основания старого дуба, ее пальцы скользнули по едва заметным царапинам на коре. — Коул был здесь не больше двух часов назад. Он движется на восток, к старым каменоломням.

— Ты уверена? — спросил Кейден, приближаясь.

Кира подняла голову, и я увидела холодную уверенность в ее глазах, уверенность воина, который знает свое дело.

— Абсолютно. Видишь эти царапины? Он точит когти перед охотой. Это его привычка. И запах… — она вдохнула. — Кровь. Свежая. Он недавно убил.

Мой желудок сжался. Еще одна жертва.

— Мы должны двигаться быстро, — сказала Селена, ее рука легла на рукоять ножа на поясе. — Если он почувствует, что мы близко, он исчезнет снова.

Кира кивнула и поднялась, ее движения были плавными.

— Разделимся на две группы. Кейден, ты возьмешь троих и пойдешь с севера. Я поведу остальных с юга. Мы загоним его в ловушку у обрыва.

— А я? — спросила я.

Кира посмотрела на меня, и я увидела беспокойство в ее глазах.

— Ты останешься здесь с одним из воинов. Коул опасен, Мина. Он убил троих опытных бойцов Дариуса. Я не могу рисковать тобой.

— Нет, — я выпрямила плечи. — Мое место с моим кланом, с моей парой. Я иду.

— Мина… — начал Кейден, но я остановила его взглядом.

— Я не беспомощная омега, которую нужно прятать, — сказала я твердо. — Я доказала это в бою с Селеной. Я иду.

Кира и Кейден обменялись взглядами, и я увидела, как что-то молчаливое прошло между ними. Наконец, Кейден кивнул.

— Хорошо, но ты остаешься рядом со мной. Ни на шаг от меня, поняла?

Мы разделились. Я шла рядом с Кейденом, чувствуя напряжение в каждой линии его тела. Его волк был готов вырваться в любой момент. Через нашу связь я ощущала его эмоции: страх за меня, гнев на убийцу, первобытную потребность защищать свою территорию.

Лес становился гуще, деревья теснились ближе