намереваясь сам обыскать весь район в поисках Бэзила Шэнда и профессора Хогрима. Я должен найти их прежде, чем маленький профессор закончит сборку своего излучателя!

– Перекрыть ему путь! Не дать уйти!

Я понял, что именно это прокричал капитан полиции, потому что в тот момент, когда я начал отходить, полицейские быстро сомкнули вокруг меня плотное кольцо.

Разумеется, я прошел прямо сквозь них. Лицо капитана стало багровым, и я догадался, что он изрыгает яростные проклятия, бесясь от собственного бессилия.

– За ним!

Судя по всему, таков был его новый приказ, потому что десятки собравшихся к тому времени полицейских, а также дюжина патрульных машин двинулись за мной по пятам.

За этим последовала удивительная сцена. Я вознамерился прочесать эти улицы вдоль и поперек, чтобы найти Хогрима и Шэнда. Полиция же, способная арестовать меня не больше, чем собственную тень, была полна решимости ни на секунду не выпускать меня из виду – без сомнения, в надежде, что моя причудливая способность вот-вот сойдёт на нет.

– Тем лучше, – пробормотал я себе под нос. – Если я найду Шэнда и его сообщников, я наведу на них весь полицейский департамент Нью-Йорка!

Я продолжал свои поиски, а вокруг меня, казалось, стянулись силы едва ли не всего полицейского департамента. Сотни офицеров теперь кишели повсюду, вооружённые пистолетами, автоматами, гранатами со слезоточивым газом и всеми остальными видами оружия. Патрульные машины ехали впереди, оттесняя любопытные толпы. А толпы эти росли с каждой минутой.

Я начал заходить в каждый захудалый многоквартирный дом на своём пути, просовывая голову сквозь двери каждой квартиры, чтобы осмотреть помещения. Эффект получался прелюбопытный: люди поднимали глаза и видели, как моя голова появляется прямо сквозь дверь.

Один субъект с мутным взором, находившийся в глубочайшей стадии опьянения, при виде меня вскочил с постели и рыбкой выскочил в окно. К счастью, он проживал на первом этаже, так что пролетел всего пару футов. Многие падали в обморок. Дети визжали.

Но ни Бэзила Шэнда, ни молодого Кребса, ни профессора Хогрима ни в одном из этих мест не было. Я устал, и надежда начала таять. А полиция всё так же упорно следовала за мной по пятам, заходя вместе со мной в каждое здание и не спуская с меня глаз.

Выйдя из шестого или седьмого дома, я почувствовал странное головокружение и резкий укол боли в лёгких. Я и не заметил, что моё дыхание в последние минуты становилось всё более и более затрудненным.

«Боже правый, неужели запас воздуха…» – мысленно воскликнул я.

Я буквально лишился дара речи, лихорадочно проверяя свой баллон. Запас воздуха был практически исчерпан! Ещё несколько мгновений – и я просто задохнусь от нехватки кислорода, если только не вернусь в обычное состояние и не закачаю в баллон свежую порцию воздуха.

Но если я это сделаю, то в ту же секунду, как я покину контратерренное состояние, полиция схватит меня, и всякая надежда найти Шэнда и его сообщников будет потеряна!

Глава XI. Контратерренный бой

Моё положение было настолько ужасающим, что на несколько мгновений я буквально прирос к тротуару. Мои чувства, должно быть, явно отразились на моём лице, потому что капитан полиции с бульдожьей физиономией, пристально наблюдавший за мной, похоже оживился, решив, что у меня наконец начались затруднения.

Он и его люди в сотый раз попытались схватить меня. Как и прежде, это не дало никакого результата. Но теперь я сорвался с места и стремительно помчался по улице прочь от них.

«Если мне удастся оторваться от них хоть ненадолго и на пару минут вернуться в нормальное состояние, я смогу закачать воздух в баллон!» – подумал я.

Но пока я бежал, полицейские и патрульные машины не отставали ни на шаг. Они не собирались снова выпускать меня из виду. Бег давался мне с мучительным трудом, ведь струйка воздуха из баллона с каждой минутой становилась всё слабее.

В попытке сбить их со следа я пробежал сквозь глухую кирпичную стену здания, стоявшего посреди квартала. Но они, по всей видимости, предусмотрели этот манёвр: едва я выскочил на следующую улицу, как патрульные машины уже появились там. Я снова прибег к той же уловке – и снова безуспешно.

Теперь я хватал воздух ртом, мои изголодавшиеся лёгкие умоляли о кислороде. Полиция, почувствовав, что кризис близок, вновь и вновь пыталась схватить меня. И вот, уже почти готовый сдаться, я заметил в следующем квартале внушительное здание большого банка – и оно натолкнуло меня на одну мысль.

Собрав последние силы, я устремился к банку. Полицейские были уже совсем близко, когда я, пошатываясь, ввалился в роскошный мраморный вестибюль заведения. Среди банковских служащих и клерков поднялся невообразимый переполох: крики полицейских предупредили их о том, что в здание проник Доктор Чудо.

Мои легкие разрывались от боли, перед глазами всё плыло, пока я оглядывался по сторонам. И я нашёл то, что искал – массивные двери банковского хранилища. Они были заперты, поскольку дело шло к вечеру и банк уже прекратил приём посетителей.

Спотыкаясь, я побрёл вперёд и шагнул сквозь массивные стальные двери в просторные недра огромного хранилища. Горевшая внутри электрическая лампочка освещала длинные полки, уставленные стальными ящиками с наличностью и ценными документами. Но я не обратил особого внимания на эти богатства.

Онемевшими пальцами я нащупал переключатель излучателя и вернул себе нормальное состояние. Живительный воздух хлынул в мои лёгкие. Некоторое время я стоял там, внутри огромного сейфа, жадно глубоко дыша.

– На волосок от гибели! – облегчённо прошептал я, переводя дух. – Но нужно торопиться, пока они сюда не забрались…

Я догадывался, что руководство банка, должно быть, рвёт на себе волосы от одной мысли, что я нахожусь внутри их драгоценного хранилища. Они сделают всё возможное, чтобы поскорее добраться до меня.

Поэтому я принялся быстро накачивать воздух в свой небольшой алюминиевый баллон с помощью маленького ручного насоса, составлявшего с ним единое целое. Каждую секунду я ожидал, что внутрь ворвётся полиция, но этого не происходило.

Мне пришло в голову, что на дверях огромного хранилища, должно быть, включился замок с часовым механизмом. Это немного умерило мои страхи, но я продолжал поспешно работать насосом. Воздуха в огромном помещении было более чем достаточно для моих целей. Когда баллон снова наполнился, я переключился обратно в контратерренное состояние и вышел наружу.

Выйдя в вестибюль, я обнаружил, что он забит полицейскими и банковскими работниками, пребывавшими в