различала, что именно происходит внизу. Опять же, будь здесь обычный государь, Илан вздохнул бы с облегчением и сбросил с себя ответственность. О делах благотворительности госпожа Гедора знает все, а он ничего. С этим государем Аджаннаром все наоборот. Илан шел рядом и слушал дыхание. На лестнице сопровождающие, включая Намура, отстали на десяток ступеней, так, видимо, полагалось, по протоколу, и Илан сказал: 'Если тебе нужно, чтобы я поехал с тобой в Столицу, я поеду'. Аджаннар вместо ответа снова выставил локоть, но на этот раз для того, чтобы Илан помог ему не остановиться внезапно на половине подъема.

  

  - Не торопись, - сказал Илан.

  

  - У меня нет времени, доктор, - горько усмехнулся владыка Таргена.

  

  Илану тоже стало горько: смысл сказанного распространялся не только на сегодняшний вечер. Государь косо глянул на Илана:

  

  - Зря кир Хагиннор тебя позвал в Адмиралтейство. Ты теперь все время будешь на меня вот так смотреть.

  

  - Буду, - согласился Илан. - И буду все время думать, что могу сделать.

  

  - И придумаешь что-нибудь?

  

  - Надеюсь, да.

  

  Совсем без церемоний все равно было никак. Госпожа Гедора демонстрировала царское воспитание, государь тоже, и Илан остался не у дел. За ними следовали секретари, советники и Намур, куда-то бесследно запихнувший Мышь.

  

  - Парадному залу я предпочел бы кабинет со столом, - сказал государь Аджаннар, - чтобы можно было положить бумаги.

  

  И они все повернули в кабинет доктора Наджеда, а у Илана заболела голова, потому что при упоминании о бумагах у него болела голова всегда, из принципа. Горе-государь Шаджаракта. Воет, когда ему показывают простую квитанцию на доставку оконного стекла. К столу поставили два золоченых, обитых красной парчой кресла (горе-государю Шаджаракте кресла не хватило и он сел с угла на обыкновенный стул, чтоб не мешать секретарям), разложили документы, начали читать, считать, записывать. Цифры назывались все время такие, что ни с трудом, ни без труда в голове у недогосударя Шаджаракты не укладывались.

  

  Достеклить дворцовые окна, перекрыть крышу, переделать канализацию, доставить новое оборудование для второй операционной, для автоклавной и аптеки, привезти дополнительный инструмент, заказать другую химическую посуду, а еще нужна учебная литература и пособия, пригласить бы врачей с Ходжера - но оттуда они ехать не спешат, ценят себя высоко, а у госпиталя еще не тот уровень, чтобы специалисты были профессионально заинтересованы, и хорошо бы госпиталю собственный корабль, чтобы не зависеть от сторонних поставок, которые то ли будут, то ли не будут... Планы огромные. Илан смотрел то в стол, то в потолок. Его внимание привлек только проект замены старой золоченой черепицы на кровельное железо - просто по сумме денег, которые для этого требовались, - и врачи с Ходжера, потому что рук не хватает. Намур тоже скучал, брал в ладонь тяжелую шелковую кисть портьеры, старательно причесывал ее пальцами и отпускал, потом брал снова.

  

  Через четверть стражи подсчетов и обсуждения в кабинет по стеночке прокрался человек в темном, подошел к Намуру и зашептал тому на ухо. Намур кивнул, шагнул к государю и почтительным шепотом передал тому услышанное.

  

  - Конечно, - сказал государь.

  

  И Намур спас Илана от головной боли, склонившись к его плечу и произнеся: 'Пойдемте со мной, вам будет интересно'.

  

  За дверью столичные вежливость и церемонность закончились, и превратились в исконно арданскую беготню. Намур схватил Илана за рукав, сказал: 'Скорей!' - и они помчались вверх, на крышу, на смотровую площадку дворца. Илану на ходу в руки сунули сложенную подзорную трубу уже без футляра, еще одна была у Намура. Повод для переполоха дал парусник 'Гром'. На этот раз плечо под зрительный прибор Илану подставлять никто не стал, он смотрел, как умел. 'Гляди, что делают, мерзавцы!' - комментировал происходящее советник, подкручивая резкость. На паруснике, аккуратно подведя канатную сетку и погасив палубные огни, без суеты и всплесков топили в забортной воде известные свинцовые ящики. С воды было не видно происходящего, а от наблюдателей с берега действо прикрывалось груженой понтонными бочками баржей без огней. Если бы не высокая смотровая площадка на холме, и не увидишь, чем они там занимаются. Ходжерские тайны не пригодились для Хофры. Или же на 'Громе' боялись обыска.

  

  - Что с ними делать, с негодяями? - риторически вопросил Намур.

  

  - Оштрафовать за загрязнение акватории, - пожал плечами Илан. - Насколько мне известно, в порту выбрасывать за борт ненужную дрянь запрещено.

  

  Намур нехорошо засмеялся. Понятно было, что 'Гром' просто так от него не уйдет, и штраф за утопленные ящики - наименьшее, чем Хофра расплатится за причиненные Тайной Страже беспокойства.

  

  - Их кто-то всегда предупреждает, - проговорил Намур сквозь зубы, когда над последним ящиком сомкнулись зимние черные воды, и на 'Громе' приступили к уборке палубы. - Они впереди нас не на шаг, даже не на пол шага. Всего на четверть, но это каждый раз позволяет им уворачиваться. Какая-то сволочь в городе работает на них и против нас. Осторожная сволочь со скользким хвостом, за который я не могу схватить. С утра карантинная служба должна была проверить, травят ли они крыс, как положено, и обойти трюмы - вот результат.

  

  Илан опустил тяжелую трубу, Намур продолжал еще что-то рассматривать.

  

  - Карантинная служба часто обходит суда в порту? - спросил Илан.

  

  - Не знаю. Периодически. Когда хочет продать отраву по тройной цене - обходит. В этот раз с ними должен был идти наш человек.

  

  - Чем карантинная служба травит крыс?

  

  - Вопрос вне моей компетенции, доктор. Чем травят крыс обычно? Тем же и они...

  

  - У кого в городе заказывают отраву?

  

  Намур оторвался от разглядывания порта.

  

  - Спросите у доктора Ифара. Если он не знает, то никто не знает.

  

  Илан понял, что мерзнет, спрятал под одежду руки, хотел отдать трубу секретарю Намура, но тот отошел на почтительное расстояние, чтобы не мешать разговору. Вопросы, которые Илан задавал Намуру, действительно вряд ли касались области ответственности советника. Какое отношение мышьяк, которым травят корабельных крыс, имеет к нападению на 'Итис'? На первый взгляд, никакого. Может быть, только Илану кажется, что какое-то.

  

  -