взглядом, предупреждая: попробуй только соврать. — Где Линда?

— Не могу сказать, — прошептала Синди, и глаза ее наполнились слезами. — Я хочу, — добавила тихо. — Думаю, то, что они делают — ужасно, но я не могу идти против ее воли.

— Против ее воли? — Я вскочил. — Что, блядь, происходит? — рявкнул я. — Говори, Синди.

— Не могу, Кайл, — шепнула она.

Подойдя к двери, она открыла ее и улыбнулась.

— Я буду на связи, — сказала она и вышла, закрыв дверь за собой.

Господи, если мне скоро не разъяснят, что происходит, я слечу с катушек.

В этот момент зазвонил телефон. Я застонал, поднося его к уху:

— Надеюсь, это важно, — пробормотал, даже не глядя на экран. Мне было уже плевать.

— Как там мой будущий зятек?

У меня кровь застыла, а потом мгновенно превратилась в раскаленную лаву, когда я услышал пьяный голос Джимми Беннетта.

— Лучше, чем у тебя, судя по всему, придурок, — прорычал я. — Рановато, чтобы бухать, не находишь?

— Как мой маленький внучок? — протянул он, издеваясь.

Я вскочил и начал шагать по кабинету, кипя от ярости.

— Как твоя маленькая шлюшка?

— Похоже, у тебя проблемы с инстинктом самосохранения, Джимми, — процедил я. — Напомнить тебе, что я сказал в последний раз, когда ты упомянул мою семью?

— Это и моя семья, пацан, — огрызнулся он.

— Нет, — прошипел я. — Ты утратил право называть Ли своей семьей в ту секунду, когда впервые поднял на нее руку — и каждый раз после этого, восемнадцать долбаных лет. — Я зажмурился, пытаясь успокоиться. У меня были дела поважнее, чем этот пьяный ублюдок. — Чего ты хочешь, Джимми?

— Деньги, — ответил он мгновенно. — Что мне должны. Плати, Картер, и я оставлю вас в покое. Навсегда. — Он хмыкнул. — Ты хочешь, чтобы я свалил из жизни Делии, а мне нужны деньги. Сотрудничай — и все будет как по маслу. — Голос его стал холодным. — Но если нет — тогда, пацан, я приду за своим…

— А я буду ждать, ублюдок, — заорал я и швырнул телефон о стену. Он разлетелся в щепки, и от этого хотя бы часть злости ушла — приятное чувство сломанной вещи помогло немного выдохнуть.

— Насилие ничего не решает, сын, — раздался знакомый голос, и я громко застонал, уронив голову на стол.

Почему я?

Почему, блядь, я?

— Чего тебе, Дэвид? — устало спросил я, не поднимая головы. Черт, лучше бы я не вставал сегодня с кровати. День пошел под откос, как только я вышел из дома. — Майка тут нет, — проворчал я, махнув рукой над головой. — Как видишь.

— Я просто хотел сообщить, что разобрался со стукачом. Он больше не создаст тебе проблем.

Я резко поднял голову.

— Со стукачом? — Я откинулся на спинку кресла, изучая его непроницаемое лицо. Его глаза были того же цвета, что и мои, волосы такие же — только с сединой. Он был высоким, не таким плечистым, как я, но каждый раз, когда я смотрел на него, это было будто смотрю на свое будущее — и от этого меня пробирал холод. Нет в нем ничего, на что я хотел бы быть похожим. Он — яд. Чистый яд.

— Понятия не имею, о ком ты, — добавил я, притворяясь скучающим.

— Перри Франклин, — спокойно сказал Дэвид, прислонившись к двери, сунув руки в карманы брюк. — Мелкий паразит, который вынес свое вранье на национальное телевидение и опозорил нашу семью.

Он отошел от двери и подошел к месту, где валялись остатки моего телефона. Присев, он начал собирать его.

— Он зашел слишком далеко, — произнес Дэвид, вставляя батарею и защелкивая крышку. — И заплатил за это.

— Что ты сделал? — тихо спросил я, не уверенный, хочу ли услышать ответ.

— Не задавай вопросов — не придется лгать, — только и сказал он. — Все, что тебе нужно знать — он больше не проблема.

Он подошел к столу, положил передо мной уже целый телефон и вздохнул.

— Видишь? — сказал он, указав на полностью восстановленный телефон. — Даже самая разбитая вещь может быть собрана заново. Пусть она уже не работает так, как должна, но с чуть большей терпимостью и временем она все еще может быть… полезной.

Я сидел неподвижно, переваривая его недвусмысленный намек, пока он так же бесшумно не вышел из кабинета.

Его попытки восстановить отношения были пустой тратой времени — и его, и моего. Примирения не будет. Я ему не доверяю. Да и, похоже, уже вообще никому не могу доверять.

ЛИ

— Что с тобой, Кайл? — окликнула я, когда любопытство взяло верх. Кайл был задумчивым с тех пор, как пришел с работы. Он поужинал с нами, помог мне искупать Хоуп и уложить ее, но все это время в его взгляде была отстраненность. Миллион разных тревог и страхов вертелись у меня в голове, сводя с ума.

Скинув одежду, я натянула старую футболку Кайла, освободила спутанные волосы и забралась в нашу кровать.

— Сегодня что-то произошло? — спросила я.

Кайл вышел из ванной, одетый лишь в черные боксерские шорты, с зубной щеткой во рту.

— Когда у меня хоть что-то не происходит, принцесса? — пробормотал он, подарив мне огромную пастой измазанную улыбку — улыбку, которая не скрыла тревоги в его глазах.

— Правда, — согласилась я, подходя к нему. — Но ведешь себя страннее обычного. — Я не собиралась позволять ему отмахнуться. Что-то было не так. — Что случилось?

— Все нормально, — фыркнул Кайл и вернулся в ванную. — Ты накручиваешь себя по пустякам.

Я прислонилась к дверному косяку и внимательно изучила его.

— Ты мне врешь, — спокойно сказала я. — Сегодня что-то случилось, я чувствую. Так что перестань пытаться меня защищать и скажи правду.

Кайл не посмотрел на меня. Он просто продолжал чистить зубы, глядя в раковину перед собой. Сплюнув пасту, он ополоснул рот под краном.

— Ты слишком много переживаешь, Ли, — пробормотал он, вытирая лицо полотенцем. — Ну, как у тебя прошло с мамой? — Бросив полотенце на раковину, он прошел