темноте я чувствовал, как внимательно она на меня смотрит. Ее ладонь легла мне на щеку. — Ты считаешь, что хоть что-то из этого правда?

Да…

— Нет.

ЛИ

Я проснулась посреди ночи в пустой постели и с бешено колотящимся сердцем. Сжав глаза, нащупала на тумбочке выключатель лампы и щелкнула. Боже, как же я ненавидела темноту. Мне было нормально спать без света, когда рядом был Кайл, но по холодной стороне кровати я поняла, что его здесь не было уже давно.

Открыв глаза, я медленно выбралась из постели и вышла из нашей комнаты, сначала проверив дочь, а затем спустившись вниз, в поисках ее отца.

Я нашла его в кабинете — он сидел, сгорбившись, с опущенной на стол головой и рукой на компьютерной мышке. В последнее время Кайл почти не спал, и у меня не было сил будить его и добавлять ему тревог.

Но он был только в боксерах, поэтому я быстро прошла по коридору, взяла одеяло в шкафу с бельем на первом этаже, вернулась в кабинет и накрыла его плечи. Видимо, я задела его руку, потому что экран компьютера загорелся, показывая, чем он занимался перед тем, как уснуть. Он был посреди написания письма…

Кому: Линда Стоун

От: Кайл Картер

Тема: Подавленная скорбь

(Да, видишь тему? По словам терапевта Дерека, у меня этого ― ведро.)

Линда, я больше ничего не понимаю. Все словно выходит из-под контроля, и я чертовски потерян без тебя. Я так до черта скучаю и схожу с ума от тревоги. Я правда не знаю, что я сделал такого, чтобы так глубоко тебя обидеть, что ты со мной не разговариваешь, но что бы это ни было — прости.

Мне нужен ты, Линда. Все зависят от меня. А ты… Ты та, на кого завишу я.

Суд пугает меня. Я не могу никому сказать, особенно Ли, но я до смерти боюсь.

Если Ли сломается на даче показаний — все… Рэйчел могут выпустить через пять—семь лет по причине недееспособности.

Это очень вероятно, Линда, и я понятия не имею, что делать и как со всем этим справляться.

Пожалуйста, дай знать, что ты в порядке. Один знак, что с тобой все хорошо — и я перестану слать эти жалкие гребаные письма…

Тихо ускользнув, полная чувства вины, я вышла из кабинета и закрыла дверь. Прислонившись к ней спиной, закрыла глаза и резко выдохнула. Внутри все горело от злости, пока я пыталась понять, что делать для него — как ему помочь. Я не могла поговорить об этом письме, потому что не должна была его читать. Какого черта Линда так с ним поступает? Это жестоко, а Кайл не заслужил такого обращения. Но то, что он боится, заставило и мой собственный страх расползтись, как болезнь…

Оттолкнувшись от двери, я медленно пошла обратно в спальню — с тяжелым сердцем и грузовиком тревоги.

ГЛАВА 6

Кайл

Ли рылась в ящиках комода, когда спросила:

— Это опять Майк? Что-то случилось в отеле…

Ее голос оборвался, когда она равнодушно взглянула на свое отражение в зеркале над комодом. Она поднимала и опускала волосы руками, будто примеряя варианты причесок.

— Все нормально, принцесса, — буркнул я, посмотрев на экран телефона, где мигало имя моего брата, потом выключил звук и кинул телефон на тумбочку.

Я не появлялся в отеле неделями и вынужден был признать: мой сводный брат Майк оказался толковым, способным управляющим. Поэтому если он и звонил с «чрезвычайной ситуацией» — значит, все реально серьезно. — Майк со всем разбирается, — соврал я. Позвоню позже, но Ли не нужно влезать в мой очередной стресс. Ей нужна была тишина. Нам обоим. Вся эта хрень с Трейси, Джимми и судом давила не хуже пресс-машины, и я понимал: прятаться от проблем бесполезно, но нервы у меня были на пределе.

— Придется подстричь, — проворчала Ли, вырывая меня из задумчивости. — Слишком длинные… слишком кудрявые.

Я закатил глаза, едва сдерживая смех. Ну точно бред. Ее длинные, темно-каштановые, мягкие завитки падали ей до середины спины. Цвет — стопроцентно натуральный, а кудри — до черта сексуальные.

Я вспомнил, как Кэм выкладывала сотни баксов, чтобы накрутить себе такие же, и никогда не понимал, почему Ли ненавидит свои волосы, если, по словам Кэм, женщины готовы на все ради «эффекта уложи-меня». Хрен его знает, что это значило, но я точно хотел уложить Ли каждый раз, как смотрел на нее. Так что теория Кэм была чем-то да верна.

Ли что-то невнятно пробормотала, затем стянула с запястья резинку и убрала волосы в хвост.

— Ты шикарная, — сказал я, закинув руки за голову и наслаждаясь великолепным зрелищем перед собой.

— Ага, конечно, — хмыкнула она саркастически, роясь в комоде. — Ты звонил Дереку вчера? — спросила она, доставая трусики и натягивая их. Смешно до черта наблюдать, как она одевается: моя рубашка на ней остается любой ценой, даже когда она натягивает белье. Показная скромность. Смысла — ноль. Я видел Ли больше, чем она сама. Я принимал роды нашей дочери. Видел все. И любил ее за каждую деталь еще сильнее. — Как он? Обрадовался, что увидел родителей? Ты думаешь, он нормально ест?

— Успокойся, я говорил с ним вчера. Он в порядке, детка. Думаю, ему нужна была эта передышка… — сказал я, ловя себя на том, что просто пялюсь, как она натягивает узкие голубые джинсы. Господи. Смотреть, как эта женщина вползает в джинсы — как бесплатное порно. Никогда не надоест.

— А как он звучал? — спросила Ли, замерев пальцами на молнии. — Ты думаешь, он снова пьет?

— Ему и понадобится, чтобы пережить свою мать, — фыркнул я и тут же мысленно дал себе по башке: у Ли лицо мрачно опустилось, глаза потускнели. — Ли, он в порядке, малышка. Через неделю вернется, — мягко добавил я.

Дерек и правда шел на поправку. Он снова говорил с родителями, поехал домой в Айдахо с давно назревшим визитом. Огромный, мать его, прогресс. С каждым днем я видел все больше прежнего Дерека — и черт, как же это радовало. В ту ночь, когда он вернулся, это было как будто мне вернули жизненно важную часть тела, о которой я даже не подозревал, что потерял…

— О чем задумалась, принцесса? — спросил я, заметив ее расфокусированный взгляд.

Она моргнула пару