Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Тарелки и миски вышли с переменным успехом. На некоторых из них тонкие трещинки, другие — абсолютно целые. Большой глиняный горшок, предмет гордости Та-шиа, не раскололся. Он выглядит вполне прилично, если не придираться к дизайну.
Горшочки поменьше понесли потери. Два из пяти потрескались совсем, и развалились от прикосновения. Из трёх оставшихся только один пригоден в качестве посуды. Остальные два покрыты изгибами трещин.
Я не очень-то доволен, но в глазах Та-шиа это успех. Уносим посуду, чтобы отмыть от сажи, и по возвращении, принимаюсь осматривать маклюру.
К несказанной радости, торцы, обмотанные кусками пропитанной жиром шкуры, почти не рассохлись, как я опасался. А вот расколоть эту заготовку — отдельная песня. Клиньев понадобится много, хоть и небольших. Выстрогать каждый из них моим инструментом — тяжёлое испытание для нервов.
Пока я занимаюсь этой монотонной работой, наш Слышащий собирает охотников, чтобы выслеживать медведя. За короткомордым отправляется сам Грынк, Иг-нырт, Тке-нор, Тынг, Ят-ча и Ньив-ирн. Они вшестером попробуют добыть зверя.
Сидеть на солнышке и тесать клинья — очень скучно. При дневном свете встреча с короткомордым уже не кажется такой страшной. Я подумываю оставить своё занятие и упросить вождя взять меня на охоту, но при взгляде на родственников, не решаюсь идти вместе с ними. Ведь на охоте придётся больше смотреть за дядюшкой, чем за медведем.
Охотники покидают стойбище, идя по кровавому следу. Женщины тем временем решают сжечь несчастливый шатёр. Они оставляют свои обычные занятия и в небольшом отдалении от стоянки разводят огонь. В него отправляются жерди, потом кожаная покрышка, и все жалкие вещи, принадлежавшие Ин-чу. Женщины что-то причитают, напевая, но мне кажется, что им глубоко наплевать на её смерть. Одна Вэл-юу выглядит по-настоящему грустной. Не знаю, жаль ей погибшую, или просто Жёлтое Дерево находится под впечатлением от случившегося, но на её красивом лице застыла глубокая печаль.
Костёр догорает, и женщины расходятся. Кто-то отправляется собирать хворост, кто-то занимается домашними делами. Та-шиа вместе с Женщиной-Облаком и ещё несколькими, уходит в лес. Нападение медведя это не повод оставаться без топлива.
Ко мне подходит Лат, недоумённо глядя на моё странное занятие, но вместо того, чтобы спросить, зачем я строгаю деревяшки, заводит разговор о ночном визите короткомордого.
— Отец не взял меня с собой… — недовольно бормочет Лат. — Он сказал, что я должен остаться здесь. А Твёрдая Рука пошёл с Волчьим Человеком. Неужели, отец думает, будто я испугаюсь Каменного Старика?
— Хромой Бык не хочет, чтобы Каменный Старик тебя изувечил. В его глазах ты слишком молод для такой охоты. Видишь, меня тоже никто не позвал. Не грусти. В своей жизни ты ещё не раз повстречаешься с Каменным Стариком, если тебе так хочется испытать свою силу.
— Каменный Старик сильнее меня! — удивляется парень. — Он сильнее любого из охотников! Даже Камень не одолеет его в одиночку!
— Тогда зачем тебе охотиться на него?
— Чтобы никто не мог сказать, будто я трус!
— Кому ты хочешь доказать свою храбрость?
— Всем! — произносит Лат уже тише. — Я хочу доказать, что я — мужчина! Твёрдая Рука в прошлом году охотился на Ушастого Зверя и больше никто не сомневается в его смелости! Волчий Человек всегда берёт его с собой на охоту! А как я могу испытать себя?
— А зачем? Ты же сам сказал, что Каменного Старика тебе не одолеть в одиночку. Вот пойдёшь ты на охоту вместе со всеми, и что?
— Я могу ранить его копьём!
— А… — улыбаюсь. — Ты хочешь шкуру Каменного Старика?
— Нет. Мне нужны его когти.
— Хочешь сделать ожерелье?
— Хочу.
— Я не думаю, что их удобно носить на шее. Всё равно каждый в племени будет знать, что ты убил Каменного Старика. Можно и не делать ожерелья.
— Если носить такое ожерелье, то любая девушка захочет стать твоей.
— А выкуп?
— Выкуп… — тяжело вздохнул Лат. — Отец говорит, что мне рано думать о женщине. Он не захочет собирать его.
— А какие подарки нужно сделать отцу женщины?
— По уговору. Ят-ча отдал за Нёлу шесть шкур чёрного быка, десять шкур Плоских Хвостов, топор из зелёного камня, и два копья.
— Не слишком много.
— Нёла не очень красивая.
Это точно. Жена Видящего Тень на мой вкус откровенно страшная. Её имя означает Бабочка, но оно напрочь не соответствует действительности.
— А за красивую тогда что нужно собрать?
— Как её отец захочет. Он скажет, что хочет получить, а твой начинает говорить, что это много. Вот так и договариваются. Бывает, две зимы собирают выкуп, если договорились.
— Потому у Васка ещё нет женщины?
— Да.
— А что ценится больше всего? Есть такое, что готов взять каждый отец?
— Ценится? — Лат был сбит с толку, но пораскинув мозгами, ответил:
— Есть обычай, что нельзя отказать тому, кто снимет с себя шкуру Пятнистого и отдаст взамен дочери. Это очень почётный дар.
— И часто так делают?
— Нет. Мало кто может добыть его шкуру. А тот, кто может, не всегда хочет отказаться от трофея из-за женщины. Шкура Пятнистого даёт уважение.
— Её может носить только тот, кто добыл? Правильно?
— Да.
— Придётся искать Пятнистого, — я усмехнулся.
— У тебя же есть Шумящая Вода! — Лат неподдельно удивляется. — Она красивая. Ты сможешь обменять её на хорошую женщину.
— Я не буду менять её. Шумящая Вода сама решит, как ей поступить.
— Так не бывает, — парень смотрит на меня, как на сумасшедшего. — Она же принадлежит тебе!
— Принадлежит. Но отец поклялся, что даст ей возможность отказаться от мужчины, если она захочет. Я сдержу его клятву.
— Он умер, — неуверенно говорит Лат. — Клятва тоже умерла вместе с ним. Теперь ты можешь обменять Шумящую Воду или получить за неё выкуп.
— Я тоже поклялся перед Солнцем.
Лат морщится при этих словах. Такой глупости он точно от меня не ожидал. Отобрать сестру у дяди и не воспользоваться этим…
Теперь Лат наконец-то спрашивает, чем я занимаюсь. Я говорю, что собираюсь расколоть древесину. Парень явно сомневается в моём душевном здоровье, но больше вопросов не задаёт. Мне кажется, сегодня Лат уверился, что со мной точно не всё в порядке.
Древесина маклюры едва поддаётся моим попыткам раскола. Материал действительно прочный и требует