и вы увидите оружие, от которого континент опустится на колени.

В углу экрана зажёгся красный таймер: 03:00.

Толпа отозвалась новой волной. Ком отошёл назад, в полумрак ложи. К нему подскочил адъютант со стаканом ледяной воды, которую диктатор выпил залпом, и промокнул лоб шёлковым платком.

К нему тут же шагнул человек в дорогом костюме — представитель беглого русского канцлера Барышникова.

— Господин Великий Руководитель, — быстро затараторил он, — вы помните о наших договорённостях? Передача прошла, мы ждём ответных шагов.

Ком снисходительно похлопал его по плечу.

— Помню я о ваших договорённостях. Будет вашему хозяину армия, будет база, будет всё, что просили. Барышников сделал мне царский подарок, и теперь вы наши официальные союзники. Своих не бросаем. Идите-ка сюда… — он подвёл русского к краю балкона. — Слышите, как ликует мой народ? Они знают, что завтра мы будем диктовать условия вашей Империи.

Русский улыбнулся одними губами и покосился на экран. Таймер шёл к нулю.

00:15… 00:14…

Ком вернул адъютанту пустой стакан, поправил френч и шагнул к микрофонам.

00:00

— Узрите момент истины! — крикнул он.

Камера на экране, снимавшая базу с воздуха, рывком пошла вниз, на крупный план. Вода в бухте раздалась, и на поверхность медленно, как поднимающийся из глубины кит, всплыла громадная атомная субмарина. На чёрной рубке блестели имперские гербы.

— Это имперская подводная лодка стратегического назначения! С шестнадцатью ядерными боеголовками!

Площадь ответила долгим непрерывным криком. Где-то ближе к фасаду кто-то снял фуражку и махал ею над головой.

— И теперь скажите мне, — Ком расхохотался прямо в микрофон, разводя руки, — кто справится с такой силой⁈ Наш флот непобедим, неудержим, неуничтожим!!!

— ДА-А-А!!! — отозвалась площадь.

И тогда на экране произошло нечто, к чему сценарий праздника не готовил. Белая вспышка съела изображение, ядерный взрыв разметал корабли элитного флота, превращая их в пылающие обломки. Огненный купол сожрал половину бухты. Экран мигнул, пошёл цветными полосами и потух.

Площадь замолчала. Не сразу — крик ещё несколько секунд держался по краям, потом затих, и десятки тысяч людей подняли головы к погасшему фасаду, не понимая, что им показали.

Ком стоял с открытым ртом. Поднятая рука всё ещё висела в воздухе.

— Успокойте людей, — выдавил он, отступая от микрофона. — Я сейчас…

Он развернулся и ввалился в глубину ложи.

— ЧТО СЛУЧИЛОСЬ⁈ — заорал он, хватая первого попавшегося генерала за воротник и встряхивая его, как мешок. — ЧТО ЭТО БЫЛО⁈

Техники перебегали от пульта к пульту, офицеры орали в рации, кто-то расшвыривал бумаги… Ком кинулся к русскому посланнику.

— Это ваша лодка! Какого дьявола она сдетонировала⁈

Тот попятился к стене, выставив перед собой ладони.

— Это невозможно! Коды безопасности…

— ВЗЯТЬ! — взвизгнул Ком охране. — В подвалы! Готовить к казни! Нас предали! Весь флот… весь мой флот!

Двое гвардейцев заломили русскому руки.

— Мы выполнили обязательства! — кричал тот, упираясь каблуками. — Мы доставили лодку целой! Это не мы!

Ком сел в кресло. Главная база, корабли, «Призраки» — всё ушло за минуту. Кому мстить, что говорить толпе на площади, как объяснять союзникам — он не знал ни одного ответа.

— Господин Великий Руководитель! — к нему подбежал начальник связи, мокрый от пота. — Мы… мы вышли на связь с флотом!

Ком медленно поднял на него глаза.

— С каким флотом? — просипел он. — Ты что несёшь? Там был ядерный взрыв.

— Никак нет! Флот цел! Мы говорим с ними прямо сейчас. Просто были сильные помехи.

Диктатор замер.

— В смысле… цел?

Один из техников щёлкнул тумблером. Экран на площади снова загорелся, и картинка вернулась. Субмарина покачивалась на волнах. Вокруг неё стояли эсминцы и катера, как стояли пять минут назад. Никакого взрыва.

Ком выпустил воздух, который, кажется, держал в груди всё это время. Провёл ладонью по лбу.

— Значит… происки врагов. — он нервно засмеялся, расправляя френч. — Жалкие ублюдки. Не могут победить в бою — решили попугать картинками, фокусники. Хорошо, что вы так быстро вернули сигнал.

— Господин… мы не возвращали. Она сама.

— У нас в системе кто-то чужой! — заорал оператор у соседнего пульта. — Я не могу перехватить экран!

В следующую секунду изображение бухты пропало. На чёрном фоне начали проступать крупные белые буквы. Они набирались по одной, как будто кто-то невидимый стучал по клавиатуре в реальном времени:

«ЭТО БЫЛА ДЕМО-ВЕРСИЯ ПРОИСХОДЯЩЕГО. ПОНРАВИЛОСЬ? УВЕРЕН, ПОНРАВИЛОСЬ. ПРИВЕТ ВАМ ОТ ФЕЛИКСА БЕЗДУШНОГО. НЕ ИМЕЙТЕ ДЕЛ С ПРЕДАТЕЛЯМИ».

— Жалкие ублюдки! — заорал Великий Руководитель, потрясая короткими ручками. — Вы думали меня напугать⁈ Я вас всех уничтожу!!! Всех!!! В ядерный пепел!!!

«ЧТО Ж… МЫ ПЫТАЛИСЬ, НО ВЫ ИДИОТ!» — снова побежали буквы, а в конце почему-то был смайл хрюкающей свинки.

А затем раздался взрыв. И если в первый раз это был монтаж, то на этот раз звук пришёл не из динамиков. Пол под ногами качнулся, по столу адъютанта поползла в сторону папка с печатями, в высоких окнах дворца отчётливо звякнули стёкла, и долгий тяжёлый гул докатился со стороны побережья — такой, что его слышали ушами, грудью и пятками одновременно.

Ком вцепился в подлокотники.

— Ну уж нет, — сказал он. — Два раза этот трюк не пройдёт. Мы не поведёмся. Это снова какой-то фейк!

Он встал, собираясь вернуться к микрофонам.

— Я сейчас всё объясню, — бросил он свите. — Это запугивание. Вы видели, они играют со спецэффектами…

— Господин Великий Руководитель, — начальник разведки шагнул и встал у него на пути. Он говорил негромко, как говорят, когда боятся, что голос подведёт, — связи с флотом нет. Вообще нет…

— Наверное, помехи, — отмахнулся Ком.

— В том квадрате сейчас наш высотный разведчик. Он даёт прямую оптику, без подключения к серверам базы. Вывести?

Ком кивнул, не разжимая губ.

Экран мигнул, на нём появилась зернистая картинка с большой высоты. Там, где десять минут назад стоял элитный флот Корё и трофейная имперская субмарина, бухты в прежнем смысле уже не было. Вода кипела, чёрная от мазута и пепла; в ней качались куски корпусов, которые невозможно было опознать. От портовых сооружений остались бетонные обрубки.

В ложе никто не двигался. Кто-то у дальнего пульта тихо матерился себе под нос — это был единственный звук.

На экране поверх дымящихся руин снова проступили буквы:

«РОССИЙСКАЯ ИМПЕРИЯ НЕ ПОДДЕРЖИВАЕТ ТАКУЮ ПЕРЕДАЧУ ВООРУЖЕНИЙ».