Постепенно поток монстров иссяк, и деканы и боевые маги засобирались войти в Лабиринт, чтобы поискать тех, кто еще оставался, притаившись в призрачных тоннелях.

В другой раз Дарк сделал бы то же самое, но не сейчас. Он давно уже изнывал от тревоги.

– Не вижу смысла, – буркнул Дарк. – Они все равно уберутся восвояси. Вернутся к своему Источнику, который уже скоро породит новых тварей. В чем резон гнаться за этими, рискуя своей жизнью в Лабиринте?

Замолчал, прикидывая, уж не сболтнул ли он чего лишнего, потому что в запале боя, заляпанный кровью монстров, с подрагивающим в руке огромным мечом и истратив почти половину своего резерва…

Он забылся и снова стал Дарием Валлахом, Воином Тьмы. У Дарка вылетело из головы, что сейчас он сражался в Элеоне, а вовсе не в Шаддаре.

Но, как оказалось, ничего лишнего он не сболтнул.

– У нас два прорыва, – добавил Дарк. – Один был в сторону моего факультета, а вторая волна, кажется, ушла к Земному. Поэтому я должен убедиться, что все мои студенты…

Вообще-то, моя студентка, сказал он себе. Но вслух этого не произнес.

Распахнул портал, оставив позади тех, кто принялся организовывать патрули, чтобы прочесать территорию академии, и церберы шагнули за ним. А еще Гора, который подошел к Маделин, предлагая ей свою помощь по зачистке факультета.

И не только помощь, усмехнулся про себя Дарк, нисколько не сомневаясь, что Гор своего не упустит.

Потому что его самого Маделин Хаес не интересовала.

Еще один пространственный разрыв, но пробил Дарк его чуть ли не из последних магических сил. На стенах факультета Некромантии стояли серьезные заклинания, мешавшие передвигаться портальными заклинаниями, но его такое остановить не могло.

А отнять часть резерва – запросто.

И вот он уже стоял рядом с комнатами женского общежития. Но почти все двери были нараспашку, и он не чувствовал присутствия в комнатах живых.

– Ведите! – приказал он своим псам, мысленно посылая им образ Александры Дельвейн.

Да, он мог бы и сам активировать заклинание слежения, но магии у Дарка оставалось довольно мало, и ее следовало экономить, раз уж произошел прорыв и монстры все еще могли оставаться в коридорах факультета.

Уже скоро Дарк следовал за своими псами.

Сперва – до лестницы, где он узрел монструозную черепаху со снесенной головой и разбрызганной по ступеням темной жижей ее крови. Слишком густой, чтобы быть человеческой, с приторно-горьким запахом Тьмы.

Дарк замер, прикидывая, что именно могло вызвать подобное смертоносное увечье. Он знал несколько сильнейших заклинаний, способных нанести такой удар, но дело в том, что считанные им магические отголоски на лестнице оказались довольно слабыми.

Напрасно он искал знакомые следы – у него ничего не сходилось.

Наконец Дарк шумно втянул через ноздри воздух, внезапно различив отдаленно знакомый запах. Кажется, это была сера и…

Времени на раздумья у него не имелось, но он не сомневался, что к произошедшему приложила руку Александра Дельвейн. Можно сказать, тут угадывался ее специфический почерк.

– Дальше! – приказал он своим псам, и те послушно протопали мимо дохлой адской черепахи, после чего покрутились, повизгивая, внизу возле лестницы, словно там их что-то встревожило.

Спустившись, Дарк попытался понять, что именно. И снова – необъяснимые магические отголоски. Довольно слабые, но при этом необычные.

Снова решив, что имя этому феномену – Александра Дельвейн, он отправился вслед за церберами. Дальше и дальше по коридорам, к огромному облегчению Дарка, ведущим как раз к библиотеке.

И шагал спокойно до тех пор, пока за очередным поворотом не увидел побоище.

Но сперва Дарк почувствовал сильнейшие некромантские вибрации, заодно ощутил отголоски Тьмы. Напрягся, приготовившись к бою, но вместо этого узрел гору трупов – там были как умертвия, так и лежали вповалку черепахи со сколопендрами и еще парой довольно прытких порождений Тьмы.

Судя по всему, их растерзали ожившие мертвецы, завсегдатаи местного кладбища. С ними Дарк уже успел познакомиться, когда проводил там занятия по защите от Темной Магии.

Но сейчас он даже не мог предположить, не понимал, как Александре Дельвейн удалось натравить умертвия на порождение Лабиринта!

Он в очередной раз ощутил непонятные магические колебания, но при этом в них не было ничего необычного – все довольно простенькое… А еще повсюду, напитанные иллюзорной магией, валялись розовые и красные ленты.

При его приближении они принялись дергаться, словно в агонии, и Дарк, посмотрев на них недоуменно, упокоил еще и кусочки атласа.

Затем приказал своим церберам прикончить тех тварей Тьмы, которых не приговорили умертвия. Сам же активировал заклинание, и ожившие мертвецы, по дороге собирая потерянные и оторванные в бою челюсти и конечности, дружно двинулись на выход из факультета.

– И аккуратно там заройтесь в свои могилы, – буркнул он им вслед. – Я приду и проверю!

Сам же…

Александра уцелела, подумал Дарк, и эта мысль привела его в неожиданно хорошее расположение духа. Поэтому он нагнулся и подхватил пару ее лент.

Хотя нет, собрал все до единой и сунул себе в карман. Решил, что они ему пригодятся. У него будет отличный предлог, чтобы с ней поговорить…

– Вообще-то, я декан этого факультета, – вслух напомнил он себе. – И предлоги для разговора мне не нужны.

От этой мысли настроение стало еще лучше. Он зашагал дальше, и уже скоро, к своему облегчению, церберы привели его к дверям библиотеки.

– Все закончилось, – отправил Дарк сообщение всему факультету усиленным магией голосом. – Прорыв из Лабиринта остановлен, и Тьма разбита.

Вскоре двери распахнулись, и Дарк вошел внутрь. Его тотчас обступили плотной толпой, принялись расспрашивать о прорыве и бое, кажется, нисколько не боясь его церберов, хотя до этого псы из Темного мира вызывали у студентов панику.

Может, потому что еще один, украшенный бантами и лентами, сидел с блаженной улыбкой на жуткой морде, а его расчесывали в две руки некромантки?

Но не Александра Дельвейн.

Та была занята другим и не обращала на Дарка внимания. Осматривала ногу бледной девицы, а рядом с Александрой ошивался студент с четвертого курса.

Дарк не помнил его имени; он вообще не особо удосуживался такое запоминать.

Парень пытался помогать, но даже со своего места Дарк видел, что выходило у него совершенно бездарно.

– Ты все делаешь не так! – возмущенным голосом воскликнула склонившаяся над пострадавшей девицей Александра. – Отдай мне бинт, я сама перевяжу!

Внезапно Дарк понял, что студент как раз все делал именно так. Потому что намного больше перевязки его интересовал вырез платья Александры и мелькавшие в нем округлости девичьей груди, на которые он и пялился.

И Дарий