Я заочно познакомилась со всей своей родней и друзьями семьи, так что теперь не растеряюсь.

Остановившись возле дальнего края полок, он окинул взглядом ряды книг и провел пальцем по форзацам. Потом присел на корточки, поискал на нижней полке, извлек толстый, очень старый на вид фолиант и сдул с него целое облако пыли.

— За это время ты могла бы с ними очно познакомиться, вместо того, чтобы прятаться в саду и забивать себе голову лишними подробностями. В конце концов, я-то тебе на что? Подскажу по ходу дела. — Он полистал книгу и сунул подмышку. — Я ее заберу? Все равно сюда только покурить сигары ходят, никто не заметит.

— Ворюга, — прокомментировала Вероника. — Допустим, сегодня подскажешь, завтра тоже, но ты ведь не вечно будешь за мной присматривать.

«Хотя я бы не отказалась, — добавила она про себя. — Он, конечно, бывает невыносимым, но с ним хоть можно поговорить нормально. Даже о той, прошлой жизни. Уйдет — и она лишь в моих воспоминаниях останется».

— Но сейчас-то я здесь, — тихо проговорил он, и Вероника пожалела, что напомнила о неминуемом возвращении на тот свет. — Ладно, тебе пора. Встретимся на завтрашнем ужине.

Глава 11

Господин Хьюго Гаррет явился ровно к назначенному часу, минута в минуту. Судя по реакции леди Монтеро, такая пунктуальность не считалась похвальной в их кругу. Прежде чем на лице матери Доминики появилась дежурная улыбка радушной хозяйки, ее тонкие брови чуть заметно приподнялись, а губы сжались в тонкую линию. Всего на долю секунды, но Вероника успела заметить.

— Пунктуальность — привычка рабочих с фабрик и служащих низшего звена, — прокомментировал ангел, проследив, куда она смотрит. — А знатным господам не пристало постоянно смотреть на часы. Они даже на службу никогда вовремя не приходят, за редким исключением.

«Как хорошо, что я знатная госпожа», — порадовалась Вероника. Она вечно везде опаздывала, и в прошлом не раз приходилось выслушивать по этому поводу.

— А вот Хьюго Гаррет любит приходить на свой завод раньше рабочих, подает пример. Время — деньги, а деньги для него важнее приличий. Истинный представитель буржуазии, родство с ним не делает тебе чести в глазах старой аристократии.

Глядя на будущего свекра, Вероника догадывалась о причинах такой неприязни. Он выглядел и держался как хозяин жизни и казался полной противоположностью отцу Доминики, сибариту и потомственному аристократу.

Господин Гаррет был высок, широкоплеч и строен, как его сын, обладал роскошными густыми волосами, слегка посеребренными сединой, и таким четким скульптурным профилем, что хоть на монетах чекань. Скупой на улыбку, немногословный, с цепкими внимательными глазами — Веронике показалось, что пока они здоровались, он рассмотрел ее насквозь и вряд ли высоко оценил увиденное.

Этот взгляд она то и дело ощущала на себе во время ужина. Тяжелый, словно гранитной плитой придавливал. Как и полагается благовоспитанной девушке, она в основном молчала, лишь отвечала, если к ней обращалась, и старалась быть немногословной.

Вероника вовсе не пыталась по совету ангела изобразить дурочку. Это выходило само собой. Украдкой она радовалась, что родители Доминики превосходно владели искусством светской беседы, и ей не нужно было развлекать гостей.

Разве что Альберту, который взялся за ней ухаживать с особым рвением, приходилось уделять внимание, но роль стеснительной невесты позволяла скромно молчать, опустив ресницы.

— Леди Доминика, не соизволите ли показать мне сад? — неожиданно спросил гость, застав Веронику врасплох.

— Но ведь вы еще не отведали десерта! — возразил было глава семьи, но господин Гаррет ответил, что сыт и желал бы совершить небольшую прогулку перед чаепитием.

— Он хочет поговорить с тобой, — шепнул ангел. — Будь внимательна. Перестать сидеть, разинув рот, и скажи, что с радостью прогуляешься.

— Я с удовольствием провожу вас, — наконец проговорила Вероника. — Мне тоже не помешает подышать свежим воздухом. Простите, что вынуждена вас ненадолго оставить, — сказала она родителям и поднялась из-за стола.

Альберт подорвался следом, но Хьюго Гаррет остановил его и велел развлечь хозяев беседой в его отсутствие. Не удержавшись, Вероника поискала глазами своего помощника, но тот предпочел остаться невидимкой.

— Я слышал, в последние дни вам нездоровится? — безо всякого участия в голосе спросил господин Гаррет, едва они сошли со ступеней крыльца. — Полагаю, вам будет не до светской жизни в ближайшее время.

— Благодарю за заботу, но мой недуг временный, и скоро я смогу посетить все запланированные встречи, — осторожно ответила Вероника, украдкой пытаясь по выражению лица понять, к чему он клонит.

— Вы сегодня бледны. И почти не притронулись к еде. Поверьте, не стоит рисковать и мучить себя, у вас впереди еще много сезонов в столице. Пропустите один и поезжайте в Зеленую долину, вы молоды и к следующему году восстановите силы...

За спиной раздалось насмешливое фырканье. Вероника догадалась, куда клонит ее собеседник, вспыхнула и перебила его самым невежливым образом.

— Я не беременна! — воскликнула она, но тут же спохватилась, извинилась и потупилась.

Последовала довольно долгая пауза. Они медленно прошлись по дорожке, огибавшей крохотный прудик, где толстые бело-рыжие карпы лениво шевелили плавниками. Вероника покосилась на господина Гаррета и встретилась с внимательным, испытывающим взглядом.

— Жаль. Я был бы счастлив узнать о грядущем появлении внука и наследника, неважно, если он родится чуть раньше положенного срока.

Он остановился и предложил присесть. Она послушно притулилась на краешке скамейки, не зная, чего ожидать от этого странного разговора.

— Я человек прямой, вам придется к этому привыкнуть. И вы не просто владелица земель и титула, на которые претендует мой сын, вы станете частью семьи. Поверьте, мне небезразлично, как сложится ваша дальнейшая жизнь, потому послушайте совета и отправляйтесь в Зеленую долину немедленно после свадьбы.

— Скажи ему, — прошептал ангел так близко, что Вероника ощутила кожей его дыхание. — Я не могу уехать так скоро...

— Простите, но я не могу уехать так скоро, — послушно повторила она.

–...потому что хочу немного развлечься в городе, а не сидеть в глухомани до следующей весны. Ну пожалуйста! Я еще даже в театре ни разу не был!

«Ах ты подлец!» — выругалась Вероника мысленно, глядя, как Хьюго Гаррет нахмурил брови.

— Я прекрасно понимаю ваши чувства. Вы ведь так юны и жаждете развлечений. Но вы не могли не слышать сплетен о своем женихе.

— Это все пустые слухи, я уверена.

— Значит вы просто глупы. Слухи, конечно, всегда преувеличивают, но они не возникают без причины, — он поймал ее взгляд, и Вероника не смогла отвести глаз, будто подчиняясь молчаливому приказу. — Я всем сердцем люблю своего старшего сына, более того, втайне горжусь его проделками, пусть никогда