В этом мире умных людей оказалось слишком мало. Будь их отец рассудительнее и хоть немного прозорливее, семья вообще не попала бы в эту странную сеть из обмана и ненависти; будь Юкай способен отпустить прошлое и пойти дальше, то не угодил бы в свою же ловушку. Запертая в клетке из воспоминаний и собственного отчаяния, принцесса уже вечером будет обивать пороги императора, и вспыльчивый юнец не упустит возможности предотвратить беду, надеясь вернуть хоть каплю смысла в свою пустую жизнь.

Чужие промахи множились, прокладывая Фэн Юаню путь к светлому будущему. Только одну деталь он не учел и поначалу посчитал неважной, но теперь не мог унять беспокойства. Странный ушастый мальчик, при виде которого начинал неприятно ныть затылок. Полудикое капризное существо, в глазах которого было что-то слишком знакомое.

Тихий шорох привлек внимание принца. Под дверью его покоев торчал уголок простой сероватой бумаги; лист был небрежно сложен пополам.

Не касаясь письма, принц приоткрыл дверь и выглянул наружу. В дальней части коридора маячило несколько солдат, исправно охраняющих покои Фэн Юаня; от скуки они бесцельно бродили туда-сюда. Вряд ли им пришло бы в голову обмениваться записками.

Закрыв дверь, Фэн Юань поднял бумагу и развернул немного смятый лист. Строки были начертаны твердо и с сильным наклоном: «Я могу помочь вам выбраться из заточения. Вместе мы сможем обезвредить орудие. Если вы готовы принять руку помощи, прошу указать время и место для встречи. После ужина оставьте свой ответ на подносе, я буду ждать его не дольше десяти дней».

Фэн Юань нахмурился.

— Совершенно некстати, — пробормотал он.

Смяв послание, принц на мгновение задумался, и в глазах его промелькнуло сомнение.

Может ли существовать способ уничтожить меч? Или это письмо — чья-то глупая шутка?

Опустив бумажный ком на глиняную подставку, принц наклонил свечу. Яркие языки пламени охватили письмо своими колючими рыжими лапами, превращая в плотный серый пепел.

Боги или демоны, тот мир или этот — слабые навсегда останутся инструментом в руках сильных. Нечистое, неправильное, больное должно быть уничтожено, но порядок этого мира никак его не касался.

В последние дни в голове Кота бушевал такой шторм, что он перестал бороться с инстинктами и часто засыпал, свернувшись клубком на одном из широких дворцовых подоконников. Плотные шторы скрывали его от чужих взглядов, а в сонных зеленых глазах отражался снегопад.

Очередной день неспешно проплыл мимо, отгорел закатом и канул в темноту. Кот потянулся всем телом, едва не свалившись; внезапное острое раздражение вырвало его из дремы, заставляя дыбом вздернуть хвост и прижать уши к голове. Вздрогнув, он в растерянности спустил босые ноги на пол.

Чувства путались, и свое сливалось с чужим. Тряхнув головой, Кот зевнул во весь рот и метнулся по коридору, разбрасывая остатки душного сна.

У императорских покоев навытяжку замерли несколько солдат. Будь у них кошачьи уши, наверняка бы дрожали сейчас от возбуждения, ловя отголоски разгорающейся ссоры. От дверей тянулся тяжелый шлейф цветочного аромата и искрящееся чувство напряжения.

Не обратив на посторонних никакого внимания, Кот ужом скользнул мимо них к двери и бесшумно чихнул. Запах забивал ноздри и проваливался в горло, оставляя горький привкус во рту.

Из-за осторожно приоткрытой двери повеяло холодом.

Принцесса стояла на коленях, прямая и строгая. Волосы ее были заплетены в тугие косы и короной уложены вокруг головы, и ни единый камень или жемчужина не оскорбляли их гладкой темноты. Строгое синее платье казалось ученическим, придавая ей вид покорный и бледный.

Тонкая струйка сквозняка заставила огни свечей трепетать.

— Войди и закрой дверь, — нетерпеливо приказал Юкай откуда-то из глубины комнаты. Голос его прозвучал глухо и раздраженно.

Кот опустил уши и проскользнул внутрь. Поймав заинтересованный взгляд одного из охранников, мальчишка с невинным видом показал ему язык и захлопнул дверь.

— Я отвечу так, как посчитаю нужным, — продолжил Юкай и проводил взглядом взъерошенного Кота.

Мальчишка мигом осмотрел всю комнату, сморщился при виде Фэн Жулань и забился в большое кресло, блестящими глазами наблюдая за происходящим.

Принцесса склонила голову.

— Я должна была предупредить, — просто ответила она. — Не знаю, хватит ли у вас сил справиться с мощью моего отца, но я готова помочь вам и провести к Сибаю. Границу врагам не пересечь, однако корабль с наследницей пройдет без помех. Если справитесь с Волной и сумеете ее отразить, я помогу вам уничтожить отца и того монстра, которого он мнит богом. Пока хоть один из них жив, покоя вам не будет — обид не спустят ни один ни другой. Это и было моей целью с самого начала, однако я не имею возможности собрать войско или отдать приказ. Кровная клятва не даст мне напрямую навредить правителю, но она не помешает мне встать за вашей спиной.

— Сказки о богах? Я чуял пару богов в степях, но они не показались мне серьезными противниками. Мощь вашего отца существует на самом деле — или только в ваших фантазиях?

— Мне незачем врать, — отрезала Фэн Жулань. — Ничего не знаю о других богах, но монстр, обитающий в наших пещерах, никогда не чурался крови. Его сил хватает, чтобы отрезать Сибай от всего мира, а каждого жителя сдерживать клятвой. Я не знаю пределов его мощи.

— Переворот моими руками? — Юкай подошел ближе.

Невзирая на поздний час, он был полностью одет, и даже истрепанный доспех занял свое место. Волнистые, коротко обрезанные пряди завивались сильнее, едва касаясь плеч.

— Не переворот. — Фэн Жулань подняла голову, снизу вверх глядя на императора. В глазах ее плескалось спокойствие, одним коротким шагом отделенное от безумия. — Уничтожение. Уничтожение ради свободы. В награду вы получите покой, море и острова, а то и благодарный народ в придачу — разве этого мало? Я не стану ни на что претендовать, я просто хочу увидеть их крах своими глазами.

— Вы казались мне женщиной, которая выживет вопреки всему. Что изменилось? — В глазах Юкая медленно разгоралось серебристое пламя.

Заметив смутные тени, мелькающие вокруг высокой