здесь, в системе Геры. Баринов показал запись с местного новостного канала, на которой Арсений и Рита держались за руки, продемонстрировав, что следит за «успехами» однокашника. Баринов восхищённо показал ему большой палец в универсальном жесте и выдал пошлую шутку про королеву. Лебедев рассказал ему свой конфуз с вином, который рассмешил Баринова до слёз. Это ещё Лебедев рассказал только часть истории, умолчав про «любование цветами». Зная характер однокашника, он не желал обтекать под потоком пошлостей, которые неминуемо бы родил Баринов. Между делом Баринов поведал Лебедеву, что «старик» очень недоволен отзывом эскадры и с ним солидарны остальные военспецы эскадры, но приказ есть приказ. Имеющий уши да услышит. Слова «старика» контр-адмирала Селезнева про виновников отзыва эскадры однозначно указывали на причины: «сраные торгаши».

Глава 16. Адмиральские заботы

Огорчение, испытываемое контр-адмиралом Селезнёвым из-за отзыва эскадры, невозможно передать теми матерными словами, которые слышал экипаж флагмана. У него было острое чувство, что он провалил важнейшее дело в своей жизни. В груди уже пожилого военспеца поселилась физическая боль – проявление чувства вины за то, что, когда корпораты сломают сопротивление колонистов Геры, в этом будет и его косвенный вклад. Прикипел Селезнев за эти годы к геруанцам. Вот и слова стал их использовать – «корпораты». Как бы Селезнев ни относился к геруанцам, как бы ни поражался их успехам в экономике и технологиях, молниеносным по меркам землян темпам строительства нового военного флота, в их способность выстоять в военном противостоянии он не верил. Для войны нужна жестокость, а этого качества в геруанцах Селезнев не замечал. Геруанцы строили свою утопию, которая умиляла Селезнева, но высокая мораль – это прекрасно, однако, что с ней станется после первых серьёзных поражений и жертв?

– Вызывали, товарищ контр-адмирал? – в рабочую кают-компанию Селезнева живой струёй просочился Баринов, тут же по-свойски заняв свободный от входа насест-ложемент, но пристёгиваться не стал, просто «приклеился» к палубе обувными магнитами. Уставные отношения между военспецами на военных кораблях в космосе скорее приправа, чем основное блюдо. В приоритете техника безопасности, функциональность и рабочие обязанности, правила «общежития» и только потом военный устав. Вольное поведение старшего лейтенанта не было ничем удивительным, наоборот, Баринов подчеркнуто соблюдал формальности, а мог и по имени-отчеству обратиться. Поэтому военные космонавты называли себя военспецами – военными специалистами, а не офицерами, подчёркивая отличия от наземных военных.

– Да, Валера, хотел обсудить с тобой один вопрос, – обращение по имени означало неформальный разговор. – Ты вроде учился с Лебедевым? Хорошо его знаешь?

– Куролесили вместе в своё время. Что конкретно вас интересует? – вопрос Баринова насторожил.

Грудь не отпускало. «Спишут», – подумал Селезнев. Настороженность Баринова он понимал, поэтому, чтобы получить от него информацию повёл разговор максимально откровенно.

– Я, грешным делом, думал, что кадровики передали в ВАК своих бракованных. А тут вдруг Лебедев... На учениях нас разделал, с этими дурными новобритами отмочил. Геруанцев очаровал, в инфосети на всех ключевых каналах сообщают: Лебедев пошёл сюда, Лебедев сделал то. Пытаюсь разобраться с этим феноменом. В послужном списке никакого намёка на такие способности. Беспокоит он меня. Термоядерный какой-то, а ещё мы уходим...

– Первый раз слышу, чтобы старший военспец не сомневался в компетентности кадровиков...

Селезнев улыбнулся шутке. Видимо, его откровенность Баринову зашла, может, скажет о своём однокашнике чего интересного. И Баринов его не разочаровал.

– Вы знаете, что Лебедев – высокоранговый игрок в «Средневековый бой»?

Об этом в досье Лебедева было упомянуто в разделе увлечений, но Селезнев не придавал этому значения.

– И насколько высокий ранг?

– До четвёртого места доходил в мировом рейтинге.

– Весомо. Всё равно не понимаю, куда ты клонишь.

– Павел Сергеевич, а что вы знаете о «Средневековом бое», кроме того, что её используют для дуэлей?

– Хм. Военная игра, где воют острыми железками, как в древности. У молодёжи очень популярна. Наверное, маньяков там полно, – постарался отшутиться Селезнев, не интересовавшийся играми полноценной виртуальной реальности, кроме симулятора тренировочных боёв. Но симулятор Селезнев игрой не считал, это тренажёр. Да, всё верно, слишком стар он для всяких игр.

– Во-первых, это игра полноценной виртуальной реальности. Гораздо круче нашего военного симулятора.

Это Селезнева не удивляло. Симулятор был заточен в первую очередь на нейроинтерфейс чипов военспецов. Львиная долю взаимодействия с оборудованием корабля военспецы ведут через свои нейрочипы. Поэтому создавать избыточное качество в этом случае бессмысленно. Качество виртуальной реальности симулятора ограничивалось возможностями нейрочипов. Только вот в том и дело, что в обычной жизни военспецы работают через те же нейрочипы, поэтому виртуальность симулятора для них неотличима от «реальной» реальности.

– Из этого следует второе, – продолжал пояснения Баринов. – Мозг через несколько минут перестаёт отличать реальный мир от виртуального. Это другая осязаемая альтернативная реальность, в которой люди могут и становятся как бы другими людьми. Причина, по которой доступ в игры полноценной реальности ограничен только с восемнадцати лет та же, что и у запрета на имплантацию нейрочипа несовершеннолетним. При высоких уровнях синхронизации способность разделять потоки сознания может приводить к расстройству идентичности, то есть раздвоению личности, а не то, что вы подумали. У игроманов это часто встречается. У них как бы формируется вторая игровая личность, которая во многом свободна от социальных надстроек основной личности.

Баринов вдруг смутился, осознав, что сейчас несёт про психологическое здоровье Лебедева.

– В моих словах в основном гипотезы и теории, это непаханое поле для исследований. Но точно известно, что модель поведения и принятия решений у игроков с длительным стажем в жизни и в виртуальной реальности отличается. Со временем особенности игровой личности могут сказываться на основной. А Лебедев... Как мне кажется, он научился гармонично сосуществовать со своей игровой личностью. И потом — игровая личность Лебедева... Знаете его прозвище в игре? Кай. Это из детской сказки, мальчик с замороженным сердцем. В бою он само ледяное спокойствие с безжизненным выражением лица. Очень впечатляет даже опытных игроков, а в рукопашном бою психологическое давление очень важно. Я смотрел его бои. Так вот, под давлением, в сложных ситуациях или в минуты опасности у Лебедева как раз такое выражение лица. И ещё про тактические способности. Рейтинг Лебедева в дуэлях сильно ниже, он не настолько хорош в обращении с острыми железками, как вы говорите. В этой дисциплине он весьма далёк от четвёртого места в рейтинге. Но он очень хорош в свалке с превосходящим по численности противником. Бесстрашен. И он лучший