него замуж. И любой, кто скажет сейчас грубое слово мне или моему альфе, вылетит из моего дома в ту же секунду и навсегда.

Под конец речь Мариды напоминала скороговорку Тиффани. Последнюю угрозу Марида могла бы не говорить, гости проглотили языки. Лишь переводили взгляд с Чарли на Нейтана, с Нейтана на Мариду и снова на Чарли. Нейтан, не пряча улыбку, встал и отправился в прихожую за шампанским. Дедушка громко засмеялся и обнял Мариду.

– Мари, детка, ну ты выдала.

– Не смей клеветать на Римадочку! – тетя не смолчала, но выкрикнула как-то без энтузиазма. – Ты ей завидуешь.

Римада кривила губы и сверлила Мариду странным взглядом, Фрэнк лыбился как идиот, а Чарли, вдруг что-то сообразив, воскликнул:

– Когда это мы с тобой развелись?

– На днях, – уклончиво ответила Марида. Ее немного потрясывало, выходил адреналин. Жар то спадал, то снова накатывал. Главное она сказала, детали не так важны. И она не будет ничего выяснять с Чарли. Достаточно она прогибалась, никто не оценил ее усилий, никто не вникал в то, что она чувствует.

– Не было такого! – Чарли растерянно посмотрел на Фрэнка, потом на Римаду. – Она же все врет? Мы не разводились.

– Я тебе высказывала свое желание расстаться. Сразу же, как ты вернулся якобы из командировки. А, на самом деле, проводил время с Римадой и Фрэнком в постели. И мы развелись, – пошла Марида ва-банк.

– Но… – Чарли хлопал глазами, не узнавая всегда покорную жену.

Нейтан принес пакет из прихожей, достал из него бутылки и конфеты. Все продолжали сидеть как приклеенные, поэтому Нейтан, осмотревшись, сам достал из стеклянной витрины бокалы. Открыл без хлопка шампанское и начал разливать по бокалам.

– Предлагаю выпить за победу Мариды в серьезном кулинарном конкурсе. Все были в восторге от ее обеда. И еще выпьем за новое и счастливое замужество, – Нейтан подмигнул Мариде.

– Да и было-то разок, напоила меня Римада ваша, совратила, – двигаясь бочком, Чарли подобрался к Мариде. – Малыш, я не давал тебе развода. Я не хочу никакого развода. Я люблю тебя. Только тебя. Зачем мне другие? Римада эта. Ты самая лучшая. Разве я тебя обижал?

– Ах ты, скотина, – очнулась мама Мариды, подлетела к Чарли и отвесила ему смачную пощечину.

– Кретин, ты синяков ей наставил. Побои зафиксированы, лучше тебе не вякать, – Нейтан пихнул Чарли обратно на диван.

– Что? Мари, как же? – мама чуть не заплакала, моргая обиженно, как ребенок. Развернулась к Чарли и вмазала снова. – Как ты посмел бить мою дочь? Я тебя засужу!

Защищаясь, Чарли оттолкнул маму Мариды и на него тотчас коршунами налетели отец и дедушка. Фрэнк попытался встрять и утихомирить. Родня кинулась, кто растаскивать, кто помогать, завязалась потасовка. Нейтан обнял Мариду, отошел с ней к камину.

– Когда это побои фиксировались? – зашептала Марида. – Или ты чтобы припугнуть?

– Уже забыла как с синяками прибежала за справкой? Ты же не думаешь, что я спущу кому-то наезды на тебя?

– Нейтан, можно мне шампанского? – Марида потерлась щекой о грудь своего альфы.

– Сегодня можно, – Нейтан потрепал ее по волосам.

– Только сегодня?

– У тебя течка начинается, карамелька, скоро тебе будет не до шампанского.

– А ты откуда знаешь? – вытаращила глаза Марида. – Даже я не знаю. У меня, правда, не было еще. Я же бракованная.

– Ты не бракованная, ты высшего качества, – Нейтан улыбнулся. – Уж поверь, карамелька, течку у своей омеги я в состоянии определить.

За разговором они не обратили внимания, что за ними пристально наблюдала Римада. Ситуация ее взбесила. Она так здорово все устроила. Марида прикрывала ее по всем фронтам. Какого черта ее понесло в разоблачения? Где они с братьями прокололись? Три месяца все было отлично. Эта дурочка таскалась за ними как хвост и ничего не замечала. Готовила на всех.

Потом вдруг Чарли охладел к их общению на троих. Стал обхаживать Мариду. Римада до сих пор не могла простить Чарли цветы и браслет для сестры. Она даже потихоньку стащила браслет, а эта недотепа и не хватилась. И альфу какого себе отхватила? Когда, где?

– Дорогой Нейтан, – манерно протянула Римада, касаясь плеча альфы. – Буду рада познакомиться поближе, когда семейные скандалы утихнут. Сейчас, увы, мне нужно уйти.

– Любовников своих захвати с собой. И родню тоже не забудь, – Нейтан отвернулся от Римады и подвел Мариду к столу. Вручил ей бокал с шампанским и подмигнул. – Все не так уж плохо получилось, а? Мама у тебя огонь.

– Мари, почему ты никогда нам не говорила, что у вас с Чарли все так плохо? – мама услышала слова Нейтана и тоже взяла бокал в руки. Она была расстроена и не скрывала этого.

– Я сама разобралась, – Марида проследила, как Римада с Фрэнком ушли, за ними еще несколько родственников, а Чарли встал у входа и смотрел на нее тяжелым, но каким-то умоляющим взглядом.

– Вот всегда она такая, сама, сама, – пожаловалась мама Нейтану. – Никогда помощи не попросит. Если бы мы знали, разве ж мы позволили бить ее.

– Я не бил ее, – подал голос Чарли. – Это она… Марида, давай поговорим. Наедине. Я не понял ничего. Почему ты говоришь, что мы развелись?

– Я объясню, – Нейтан остановил Мариду. Он подошел к Чарли и вывел его из гостиной.

– Вы будете меня с победой поздравлять? – Марида оглядела притихших гостей. Остались не все, но большая половина. Завтра по родне разойдутся рассказы о вечере. – Шампанское для чего?

– Мари, ты правда в космос полетишь? – дедушка уже всем расхвастался, какая у него внучка.

– Деда, я шеф-поваром буду, а не космонавтом.

После яростного выступления Мариды никто не сказал ей неодобрительного слова. Это было странно и немного настораживало. Не могут же люди так быстро измениться. Марида каждому посмотрела в глаза, может, ты скажешь, что этот альфа слишком хорош для меня, или ты фыркнешь, что правильно мне муж изменял? Но все пили шампанское, чокались, улыбались, поздравляли и ни словом не помянули потасовку, развод и Римаду.

– Переночуй дома, дочь, – отец чокнулся с ней шампанским. – Поговорим, наконец.

– В другой раз, – незаметно вернувшийся Нейтан поднял бокал и никто ему не возразил.