— Ты очень глуп. Кто сказал, что я не собираюсь пойти с тобой?

Такого охотник уж точно не ожидал. На его лице застыла гримаса удивления. Он замялся, с недоверием глядя на меня, и произнёс:

— А тебе зачем пятнистая шкура?

— Как зачем? Я тоже хочу выбрать красивую девушку. Ты заберёшь свою Большие Глаза, а я выберу какую-то другую. Собирать выкуп мне не хочется.

— Я думал, ты хочешь обменять Шумящую Воду.

— Нет, не хочу.

— Слышащий не отпустит нас обоих. Охотников слишком мало.

— Тогда надо придумать, как можно уйти, чтобы не спрашивать разрешения.

— Твои раны не дадут тебе уйти. Скорее, они убьют тебя.

— Может случиться и так, но если они зарастут, то я пойду с тобой, почти-брат.

— Я думал, ты ненавидишь меня.

— Нет. Это глупо. У нас тоже одна кровь. Вокруг слишком много зубов и когтей, готовых оборвать жизни. Мы должны помогать друг другу.

— Я не хочу помогать тебе.

— Не помогай. Главное, не мешай мне.

Краем глаза я уловил сестру, бегущую к нам. В руке у Та-шиа виднелось копьё.

— Ты разрешаешь женщине прикасаться к оружию! — презрительно фыркнул охотник. — Оттого тебе и не видать удачи!

— Удача была со мной, когда я встретился с Каменным Стариком.

— Была ли? — Твёрдая Рука кивнул на мои раны.

— Была, — уверенно отвечаю. — Когда зверь бежал на меня, я думал, его оскал будет последним, что я увижу в этой жизни. Но он погиб, а я остался жить. Удача была рядом. Только поэтому я сейчас здесь.

Та-шиа подбежала и уставилась на двоюродного брата. Казалось, она раздумывает, как лучше угодить в него копьём. Твёрдая Рука хмыкнул и шагнул прочь. Шумящую Воду он не любил ещё больше, чем меня.

— Ты где была? — спрашиваю у сестры.

— Ходила за копьём!

— Зачем?

— Мы должны убить Живущего в Воде!

Про зверя я совсем позабыл. Впрочем, убивать сейчас кого бы то ни было, не имел ни малейшего желания. Зуб едва попадал на зуб, и не столько от холодного воздуха, сколько от бьющего изнутри озноба.

— У нас много мяса. Нам не нужен Живущий в Воде.

— Нужен! — возмущается сестра. — У него шкура!

Нехотя подхожу к берегу и шлёпаю по воде ногой. Никакого ответа. Я повторяю удар несколько раз, и всё так же безрезультатно. Живущий в Воде не откликается на звук.

— Уплыл! — Та-шиа обиженно поджимает губы. — Он узнал, что я хочу убить его!

— Как он мог узнать?

— Я думала о нём и он услышал!

— Ты громко думала?

— Не смейся! Каждый зверь чувствует, когда думают о нём! Живущий в Воде хитёр! Он услышал меня и уплыл.

Очевидно, она верит, будто звери действительно способны читать мысли охотника. Разубеждать не берусь. Это бесполезно. В отличие от неё, я доволен, что животное убралось из заливчика.

Та-шиа не хочется идти прямиком к стоянке, и она предлагает пройти до галечной косы и от неё уже к стойбищу. Я соглашаюсь потянуть время, чтобы не возвращаться в опостылевший шалаш. Молча идём вдоль берега, и неподалёку от упавшего вяза замечаю на земле большой коричневый клубок.

— Живущий в Воде! — вдруг радостно шепчет сестра. — Он вышел на сушу!

Теперь и я разбираю, что вдоль древесного ствола бродит низенький тёмно-коричневый зверь. Он то замирает, что-то вынюхивая в земле, отчего сразу горбатится, напоминая пушистую кочку, то продолжает своё ленивое передвижение.

— Надо обойти со стороны реки! — Та-шиа дрожит от нетерпения. — Ты не дашь ему вернуться в воду!

— Я не успею.

— Тогда я обойду, а ты заколешь его!

— Ага. А ты как собираешься его задержать? Будешь хватать руками?

— Нет, — теряется сестра. — Я не знаю.

— Оставь его в покое, Шумящая Вода. Ну зачем он нам нужен?

— Мы нашли его! А сейчас кто-то другой придёт и добудет зверя! Так нельзя! Это наша шкура!

Я молча протягиваю ей копьё. Она на мгновение задумывается, но берёт оружие.

— Ты обойдёшь его, и когда зверь побежит от меня, ударишь копьём. Только не подставь ноги под укус!

Та-шиа охотно кивает. Она стремглав бросается наперерез животному, и я только пытаюсь не слишком отставать.

Живущий в Воде услышал шорох гальки. Он поднимает морду, тараща чёрные глазёнки, и бежит к реке, неуклюже переваливаясь. Та-шиа гораздо быстрее. Она мечется перед зверем, преграждая дорогу, и улучив момент, ударяет его копьём.

Острый наконечник с лёгкостью прорезает шкуру и мышцы, под ударом Та-шиа впиваясь всё глубже в тело. Она налегает на древко, пробивая зверя насквозь. Раздаётся негромкий треск. То ли сломался наконечник, то ли звериные кости.

Живущий в Воде кричит тонко и жалобно. Он тянется к древку, вгрызаясь в него своими внушительными зубами. Несколько движений, и древко перекусывается пополам. Та-шиа едва не падает сверху на зверя, и только чудом успевает отскочить в сторону.

Зверь бьётся, пытаясь освободиться от засевшего в теле копья. Из него течёт ручей крови. Понятно, что жить ему осталось недолго. Но животное собирается с силами, и вновь старается доползти к спасительной реке.

— Нет! — кричит Та-шиа.

Она падает на колени, ловя зверя за хвост. Он оборачивается, скаля зубы, и Та-шиа отпускает руки.

Добивать его особо и нечем. Галька, валяющаяся кругом, мелкая и не пригодна для убийства. Швыряю в него первыми попавшимися камнями, пытаясь остановить. В это время Та-шиа отыскивает камень побольше и с размаху бросает его на звериную голову. Череп выдерживает удар, но лапы дрожат. Живущий в Воде потерял слишком много крови.

Наконец зверь затихает. Та-шиа в полном восторге. Я только думаю, как бы не упасть рядом. Побегав за грызуном, лишаюсь остатков сил. Мне не хочется ни мяса, ни шкуры. Хочется добраться к шалашу и улечься наземь.

Убитый зверь чем-то похож на бобра. Такой же приземистый и мохнатый. Только хвост его вовсе не широкая лопата, а тонкая длинная верёвка, вроде ондатрового. Зубы этого грызуна действительно впечатляют. Они кривые и изогнутые. Размером сантиметров пятнадцать. Брюшко и нижняя часть морды ослепительно белого цвета, который сейчас медленно пропитывается кровью.

— Надо его отнести!

Легко сказать, отнести. Зверь тяжёлый. Он весит под сотню килограммов, если не больше. Я чувствую, что если