можно в любой момент, а нужного специалиста, самого крутого некроманта во всём Центральном федеральном округе, всё равно пока нет в городе, до завтра точно. Как только явится, Кощеев лично с ним побеседует и заручится поддержкой, а там уже можно будет и дату назначить, «а у вас, Катенька, вообще отпуск, отдыхайте, Катенька, отдыхайте!..»

Отдохнёшь с ними, как же.

В машине я забираюсь на заднее сиденье – очень хочется с ногами, и вот так коленки обнять и носом в них уткнуться, но чехлы с сидений мне же потом и стирать. Мантикоры тут же пробираются ко мне, приваливаются с обеих сторон, зато Гошка запрыгивает на колени к Сашке. Ну и пожалуйста, будем считать, что потенциально опасный объект надёжно зафиксирован. Если он сейчас полезет обниматься, объяснять и уговаривать, я ж разревусь на этом самом месте, а мне оно разве надо? Поговорить ещё придётся, но сейчас самое адекватное, что я могу сделать – не трогать тему вовсе.

Крутого некроманта в доступе всё равно пока нет. Я успокоюсь, я подберу аргументы, я…

Сашка разворачивается ко мне, но я упрямо смотрю в сторону.

– Ты как, – говорит он с такой нарочитой бодростью, что его хочется стукнуть, – домой? Или давай со мной, я к Никитичу поеду, заодно, может, Ирина чего подскажет по амулетам к ситуации, ей как-то больше доверия…

– В Министерство.

Он удивлённо замолкает, потом осторожно интересуется:

– Зачем? Отпуск же.

Не знаю, зачем. Просто не хочу разговаривать ни с кем, кто в курсе всех моих проблем. А хотя вот: Влад же говорит, что у некромантов хорошая библиотека. Попрошу у Дементьева почитать что-нибудь про проклятия и про то, как их снимать. Как накладывать тоже почитаю, Кощеев вот прямо нарывается.

Пожимаю одним плечом, гляжу в окно.

– Владу помогу. Если он вообще после всего на работу вышел.

Мысль, к слову, здравая. Шеф на этой неделе тоже в отпуске, о чём все заинтересованные лица предупреждены. Однако есть такая категория граждан, которая непременно явится именно потому, что начальника нет, чтоб радостно и со вкусом поскандалить на эту тему. Да и заявки в базу всё равно падают, обычным охотникам в целом наплевать, когда там у кого отпуск, им документы нужны от организации, а сейчас как раз сезон на солнечного фазаноголова начнётся.

Сашка считывает моё нежелание общаться, громко и печально вздыхает, убеждается, что не проняло, и заводит машину.

– На пару часов, а потом приеду и заберу, хорошо? У нас медовый месяц, между прочим.

Ага, такой медовый, что скоро всё слипнется.

В Министерстве ничего не изменилось: металлоискатель, охрана, пластиковая карта, которую я забыла выложить из сумки в четверг – господи, сегодня всего-то понедельник, а кажется, что год прошёл! Девочки из канцелярии удивляются, радуются, поздравляют, знакомая из Бюро социализации сверхъестественных существ весело здоровается, Димка Нечаев, один из помощников Дементьева, хмуро кивает и просит пригнать Тараса в подвал, если вдруг попадётся, потому что «задолбал, с утра где-то шарится, пока Славик на больничном, а работу никто не отменял!»

– На больничном? – переспрашиваю удивлённо.

Некромант пожимает плечами и поправляет горловину тёмной водолазки с изображением оскаленной медвежьей морды. Меня передёргивает.

– Ну, он мне позвонил и сказал, что взял день за свой счёт, простудился, что ли. Хрен знает, я не уточнял. Но Тараса всё равно пни, если увидишь, хорошо? Жаркова ребят на кладбище забрала амулеты перезаряжать, а я чего, один столы мыть должен?

Пнуть – это я всегда с удовольствием. Потому что если он торчит у Влада, то мешает ему работать, и хорошо, если в этот раз никаких огарков с собой не прихватил. Пусть не думают, что пока начальства нет, можно забивать на обязанности – и очень жаль, к слову, что начальства нет, к кому мне по поводу книжек теперь обращаться?

А впрочем, почему бы не к Тарасу. Влад же не у Дементьева литературу просил.

Дверь в наш кабинет нараспашку, работой там, конечно, и не пахнет – а пахнет кофе и пирожками.

– О, – радуется Тарас, – Катя! Слушай, как здорово, что ты тоже тут!

Он сегодня одет условно прилично – джинсы синие, рубашка в бело-голубую клетку, только давешние красные кроссовки из цветовой гаммы выбиваются. Зато Влад в чёрном, из-за чего кажется особенно бледным. С утра на небе были тучки и в целом прохладно, но для толстовки с длинным рукавом перебор.

На вопрос о самочувствии он только закатывает глаза.

– Кать, я на работу специально сбежал от бабушки, чтоб мне температуру не мерили каждые полчаса! Хоть ты отстань, а?

От бабушки он сбежал, ишь, колобок нашёлся. Мои нервы всё ещё на взводе, и я с трудом удерживаюсь от лекции на тему легкомысленных балбесов, которые за здоровьем не следят, а потом навещай их в больнице. К счастью, раньше меня начинает говорить Тарас.

– Слушай, – он вклинивается между мной и столом, загораживая приятеля, – я ж как раз с тобой поговорить хотел, и про бабушку тоже. Она, знаешь, так рада, что хоть одну кошку нашли, так переживала, что сама с тобой не поговорила… В общем, я за неё и за себя, спасибо большое, вот. – Он жестом указывает на мой стол, на котором стоит блюдо с пирожками, и добавляет: – Она сама пекла, и я помогал. Ну, как смог, я же не повар.

– Некромант, ага, – ворчит Влад и яростно тычет куда-то мышкой. – Да что ж эта база тормозит с самого утра… Или я, блин, торможу?! – Он зажмуривается, трёт лоб ладонью и мрачно добавляет: – А есть то, что готовил некромант, я б поостерёгся. Мало ли кого ты в эти пирожки покрошил, может, своё же начальство.

Тарас с коротким весёлым смешком оглядывается на него через плечо, потом снова смотрит на меня.

– И я ещё подумал, послушал там этих, из Особого отдела. Если б мы с Владом в гараж одни сунулись, нас бы ровным слоем раскатало. Или медведь выскочил, или ещё чего… Так что я жив, в общем, только благодаря тебе. И я охренеть как за это благодарен, вот. И если чего вдруг надо, ты говори, не стесняйся, любая помощь, чем смогу.

Он улыбается так искренне, что моё мрачное настроение слегка светлеет.

– Эк тебя растащило, – тем же тоном комментирует Влад. – Ещё в ноги ей упади и лбом