по крайней мере, известно о 19 написанных им книгах (изданных в разных странах по самым скромным подсчетам тиражом около 1 000 000 экземпляров) и более чем о 200 опубликованных статьях и заметках. Книги Воронова переведены на многие языки и переизданы в разных странах — Франции, Великобритании, России, США, Испании, Бразилии, Португалии, всех не перечесть…

Серж обладал прекрасным слогом, был начитан и образован в самом широком смысле этого слова, обладал большим количеством жизненных впечатлений от встреч и общения со многими выдающимися деятелями того времени. Все это позволило ему создать прекрасные книги, которые легко написаны и интересны не только специалистам, но и широкому кругу читателей.

Даты издания монографий свидетельствуют о том, что по крайней мере три книги написаны Сержем Вороновым в годы эмиграции. В них и других произведениях ученый изложил свое жизненное и научное кредо, поделился мыслями и соображениями о двух основополагающих явлениях существования человека в окружающем мире — о его жизни и смерти.

В конце нашего рассказа об этом удивительном человеке вместе с читателем пролистаем страницы двух его литературных шедевров (одного раннего и одного позднего), чтобы выдающийся ученый и врач предстал перед нами в образе философа, мыслителя и психолога.

Итак, одна из первых книг Воронова — «Жизнь. Изучение средств восстановления жизненной энергии и продления жизни»[55]. Далее представлены наиболее значимые отрывки из нее, уже в начале карьеры молодого врача и исследователя раскрывающие образ мышления, научные убеждения и моральные качества будущего великого хирурга.

«Мы испытываем ужас перед дряхлостью, разложением, немощью старости. Прежде чем прийти к ним, каждый из нас вкусил радости, которые приносят расходы нашей энергии. Мы научились любить труд, и нам было приятно чувствовать, что мы были полезны, что наши усилия способствовали счастью близких и дорогих нам людей, успеху какой-то заветной идеи.

И в тот момент, когда приобретенный нами опыт позволяет разглядеть допущенные нами ошибки и осознать поступки, которые оправдало время, в тот момент, когда наш дух созрел для создания великих и прекрасных произведений, наша сила к работе покидает нас. Память слабеет, мысль запаздывает, усилия становятся мучительными. Мы стареем слишком рано, мы умираем, прежде чем сможем выполнить свою задачу.

Вернуть былые силы и здоровье тем людям, чья работа росла с годами, чей дух обогатился накопленными знаниями, чья душа смягчилась от соприкосновения со всеми страданиями, пережитыми или увиденными за долгое существование, наделить таких людей новой энергией и снова сделать их пригодными для производительного труда — значит выполнить работу, приносящую общественную полезность, внести вклад в мировой прогресс.

Те, кто видел в прививке половой железы, которая восстанавливает все энергии, не более чем обновление источника тех удовольствий, для которых возраст установил срок, поняли лишь малую часть проблемы. Вопрос касается более высокой и более универсальной области. Трансплантация этой железы будет не просто способствовать сохранению и умножению человеческой расы и тех животных, в интенсификации жизни которых мы заинтересованы, но также и продолжительности наших интеллектуальных сил и нашей способности работать.

Идеал, к которому стремятся наши усилия, — это сохранить жизнь во всей полноте ее разнообразных и множественных проявлений, заставить смерть отступить к ее самым дальним пределам».

Вторая — поздняя, можно сказать итоговая, книга Сержа Воронова посвящена оценке развития умственных способностей человека и их связи с развитием и старением организма. Она написана эмоционально, читать ее легко может любой человек без специального образования, это не научный труд, а сборник эссе эпистолярного характера с личными мнениями и оценками выдающегося физиолога, что делает этот труд научно-художественным медико-биологическим и психологическим бестселлером на все времена.

Серж назвал ее «От кретина к гению»[56] и посвятил своей любимой жене Герти, написав в посвящении: «Разве любовь не является самым чудесным стимулятором мысли и вдохновения?»

Далее приведены избранные выдержки из этой замечательной книги, о которой, как мы писали выше, писал в своих воспоминаниях А. А. Громыко. Мы не комментируем их по тексту, пусть читатель просто прочтет их и увидит Воронова не только талантливым хирургом и физиологом, но и выдающимся философом, мыслителем, создателем оригинального креативного психо-физиологического направления.

«Мое исследование разума и эмоций в животном мире “Любовь и Мысль у животных и людей” было опубликовано в Лондоне в 1937 году. Приведенные в нем подлинные примеры доказывают, что животные могут принимать решения, определяемые произвольными мыслительными процессами, в ситуациях, которые их инстинкты не предусматривают. Интеллект различается по степени у всех видов животных, так же как и у людей; некоторые особи умны, а некоторые глупы. Некоторые лошади очень хитры, и многие собаки, лисы, медведи и т. д. проявляют черты интеллекта. Известно, что индийские слоны предпринимают независимые действия после тщательного обдумывания и действуют точно так же, как люди в аналогичных обстоятельствах». <…>

«Наблюдая за своими обезьянами, я не только видел действия, которые требуют концентрированной мысли, но также заметил среди более умных склонность к изобретательности и способность приспосабливать для большей пользы предоставленные в их распоряжение объекты. Мои исследования предоставили мне исключительные возможности наблюдать за животными, особенно за обезьянами (более тысячи за последние двадцать пять лет), и я тщательно оценивал их разумные действия в бесчисленных случаях. Мозговые клетки высших животных показывают под микроскопом ту же общую конструкцию, что и наши, но они менее развиты.

Мозг шимпанзе, орангутанга и гориллы, некоторые образцы которых у меня сохранились в моей лаборатории, не отличается от нашего по строению, но только потому, что у него меньше складок и извилин. Поэтому, поскольку нет фундаментальной разницы между мозгом высших животных и нашим собственным, то отсюда следует, что связь между их мозговым веществом и их умом должна быть той же природы, что и связь между нашим.

В этой книге, изучающей проявления гениальности в человеческом уме, я привожу примеры людей, абсолютно лишенных интеллекта, кретинов с атрофированными мозгами, но одаренных каким-то родом гениальности, благодаря выживанию некоторых мозговых клеток, случайно наделенных чрезвычайными качествами. Такие крайние случаи помогают нам более ясно понять отношение между разумом и мозговой материей и доказывают, что пока существует даже самый маленький фрагмент мозга, он будет производить мысль». <…>

«Гениальный человек — творец. В каждой области, искусстве, литературе и науке он создает произведения, качество и оригинальность которых превосходят силы обычного интеллекта, каким бы большим он ни был; и его собственный сознательный интеллект не обладает этой силой. Гений — это врожденная автономная способность, независимая от общего менталитета и проявляющаяся внезапным вдохновением.

Гениальный человек — провидец. От рождения он наделен наследственностью изумительной способностью, возвышенным даром,