— ты не причинишь мне вреда. Лазурный дракон — часть пророчества о хранителе. Твой союзник.

— Кто он? — спросил Велехов.

— Никто не знает, — покачала головой девушка, — лазурных драконов давно нет. Последний погиб почти сто лет назад.

Никита наконец привлёк Арнаву к себе:

— Я только что видел его.

— Это хорошо, — берегиня обняла его в ответ. — Значит, где бы он ни был, он нашёл тебя и установил с тобой связь. Это очень хорошо.

Велехов слушал спокойное биение сердца Арнавы.

— И я с тобой, — прошептала она. — Если станет совсем темно, вспомни об этом, и останусь только я, а всё другое отступит.

Ещё какое-то время они стояли обнявшись, но берегиня, наконец, отстранилась и тяжело вздохнула:

— Брада приказала мне вернуться к ней до совета. Я должна идти.

Арнава ушла первая, велев Никите дождаться сопровождающего, и едва стена кустарника сомкнулась за берегиней, его руку пронзила боль. Очертания лезвия проступили на предплечье тонким светом, и кожа разорвалась ровно по границам талисмана. Кровь закапала на песок.

Велехов ждал этого, так что положил поверх ладонь и стоял несколько минут, успокаивая разум и гнев в нём. Рана затянулась, но казалось, что чувство света в сознании ослабло.

Звать хранителя пришёл Лютик. Таким мрачным он его ещё не видел. Никита не произнёс ни слова по дороге к залу совета, шёл, погруженный в свои и мысли, и оборотень не стал ему мешать.

А Велехов наконец всё осознал. Берегини защищают свой мир от всякого зла в любом его проявлении. А кто он, если не такое же потенциальное зло?

Всё это время он не задумывался об этом. Что будет, если магия белых волков не справится с волей тёмного оборотня. Кем он станет и когда это произойдёт? Со всей очевидностью Никита понял, что этой битвы ему не избежать, но как победить в ней, он не знал.

Глава 5

Большой зал совета походил на дворцовую площадь. Огромное, окружённое рядами колон пространство, в котором разместились трибуны для зрителей и круглый стол для участников.

Сейчас зрителей не было. За столом собирались берегини, воеводы и князья. Арнава уже сидела на своём месте возле Брады, рядом с ней Вурда, дальше Рагор, а по другую сторону… Иван.

Рилевский радостно поднялся навстречу племяннику, с минуту осматривал его, а потом крепко обнял.

— Тебя не узнать, — удивился князь, — скоро меня в плечах догонишь.

— Ты откуда здесь? — обрадованно спросил Никита.

— Оттуда, — засмеялся Иван, — прибыл следом за тобой.

— А Софья?

— Приедет завтра вечером вместе с Северсветом. А про твоё путешествие мне уже всё рассказали, — Рилевский взял племянника за плечи и посмотрел в глаза: — Выбора у тебя не было. Если бы ты на медведя не бросился, сейчас мы бы с тобой не разговаривали. Так что…

— Так что времени у меня мало, — усмехнулся Велехов.

— Ну, не говори так, — укорил Иван. — Берегини найдут лекарство.

— У них не будет такой возможности, — ответил Никита.

Рилевский вопросительно поднял бровь, но вопрос не задал, сам понял.

— Даже не думай, — тихо произнёс он. — Я дал слово тебе, что отвезу домой, сразу после того, как талисман окажется в Алавии. Талисман в Алавии. Тебе нужно побыть здесь ещё пару недель, пока берегини сделают какое-нибудь зелье, чтобы блокировать проявления тёмной крови. Сядем в машину и уедем.

Велехов окинул взглядом членов совета за столом. На него тоже смотрели со всем вниманием. Об особенности нового хранителя знали все, и каждый понимал, чем грозит то или иное решение сегодня.

— А ты бы уехал? — спросил Никита.

И увидел, как изменилось лицо Ивана. Князь и удивился, и нахмурился, и было видно, что уже в мыслях дал ответ.

— Нет, — покачал он головой, — не уехал бы.

— Так о чём меня просишь? — улыбнулся Велехов. — С чего взял, что я отступлю там, где ты не отступишь?

Иван ещё мгновение смотрел на племянника, а потом тяжело вздохнул:

— Половину жизни искал тебя — нашёл, годы спасал тебя — спас, а в последнюю минуту потеряю и даже рядом быть не смогу.

Никита хлопнул его по плечу:

— Зато гордиться мной будешь. И не зря искал.

Рилевский только улыбнулся:

— Я тобой и так горжусь.

Байтар прервал их разговор и позвал за стол. Иван оглянулся на членов совета. Все уже расселись и ждали только князя Рилевы. Так что он ободряюще улыбнулся племяннику и тихо сказал:

— Тяжело с ним справиться будет, но ты пытайся.

Велехов согласно кивнул, и князь отправился на своё место.

— Сразу к делу, хранитель, — начал воевода, едва Никита сел. — Чтобы было понятно, я — глава военного совета Алавии…

— Я всех знаю.

Байтар удивлённо взглянул на Велехова после этих слов.

— Сразу к делу, — напомнил тот.

Собственно, не обманул. Незнакомыми остались лишь некоторые из присутствующих, остальных Никита узнал по описанию Рагора. Князь Мирадор — второй воевода Алавии, заместитель Байтара — ярко выделялся на фоне остальных. Так как человеком он был только наполовину и в его жилах текла кровь лельвов, светло-фиолетовый оттенок кожи сразу бросался в глаза.

Тидан, серебряный дракон верховной берегини, отличался своей молодостью, во-первых, по сравнению с остальными членами совета, а во-вторых, тем, что был оборотнем, как и Рагор. Тонкая серебряная броня покрывала его тело и в человеческом облике.

Вторую берегиню совета тоже несложно было узнать. Гинева была вторым воином после Брады и её заместителем. Красоты и осанки женщине было не занимать, отличали её соответствующие нашивки на боевой одежде, в которых Велехов разбирался благодаря Рагору. В общем, пяти минут внимательного осмотра вполне хватило, чтобы понять, кто есть кто.

Брада щёлкнула пальцами, и над столом образовалась объёмная карта. Предполагаемая линия фронта подсветилась красным, точки крепостей — белым и на одном участке — синим. Это была линия обороны Синевы, которая тянулась от золотых гор Нохарта — княжества золотых драконов, к зелёному лесному массиву Огатора.

— Сначала о нынешней ситуации, — сказал Байтар, — потом о талисманах. Мы ждём нападения со дня на день и полагаем, что Скарад вложит всю силу в один удар. Сейчас его преимущество в том, что мы не можем верно оценить его силы.