Прочитав треть книги, я поежилась. Неудивительно, что моя бабуля сбежала с дедушкой в механический мир. Получалось, что феи находились в зависимом, подчиненном положении и не могли даже силой пользоваться по собственному усмотрению.

Теперь стало понятнее, почему Жозеф опешил, когда увидел, как я применяю пыльцу. Для него я олицетворяла грубейшее нарушение установленного эльфами порядка. А что если он решит со мной разобраться?

В памяти всплыло ощущение внутренней пустоты после первого испытания. Тогда Жозеф использовал свет во время моей ссоры с Натаном. Выходит, он и правда может влиять на мой дар. Не удивительно, что феи признали власть эльфов. Им нечего было противопоставить их силе. Или все же есть, только об этом дальше написано?

– Вижу, книга произвела на тебя сильное впечатление, – заметил герцог.

До этого он сидел так тихо, что я окончательно утратила связь с реальностью и ушла в размышления о судьбе предков.

– Это мягко сказано, – криво усмехнулась я.

– И что ты думаешь по поводу фей и… эльфов?

Я взглянула Стаблису в глаза и, несмотря на скрывавшую его лицо тень, уловила гримасу отвращения, исказившую резкие черты. Он что, недолюбливает обитателей леса?

– Мне сложно судить о них только лишь по фактам из книги. Возможно, если бы я побывала в Зачарованном лесу, то смогла бы сделать выводы. А так… Не хочу быть предвзятой.

Герцог подался вперед, тень отступила, и я увидела выражение неприязни на его лице.

– Поверь мне, кто попал в Зачарованный лес, прежним не вернется.

Я похолодела, пульс подскочил, на лбу проступила липкая испарина. Казалось, Стаблис хочет о чем-то меня предупредить. Вот только я понятия не имела, о чем.

– Давай выпьем чаю, – с любезной улыбкой предложил он, словно и не было той странной фразы про лес.

– С удовольствием, – промямлила я, сбитая с толку его поведением.

Пока мы наслаждались горячим ароматным напитком и сладостями, меня не покидала мысль о том, что у герцога есть большие претензии к эльфам и феям. Тогда почему же он позволил их представителям попасть в замок на турнир? Не выдержав, я напрямую его об этом спросила.

– Понимаешь, Олия, – пояснил он, – я предпочитаю знать о планах врагов. Для этого нужно держать их поблизости, иначе не получится предотвратить катастрофу вовремя.

– А почему вы хотели отравиться моим блюдом? – выпалила я, боясь передумать.

Стаблис поставил чашку с недопитым чаем на столик и посмотрел на меня с невозмутимым видом, будто я его спросила о погоде. Но в разноцветных глазах отразилась застарелая боль.

– С чего ты взяла, что я хотел отравиться? – Его голос звучал глухо, безжизненно, точно он контролировал каждое слово, лишь бы не дать чувствам прорваться наружу.

– Возможно, я не так опытна в магии, как другие участники, но ваше желание свести счеты с жизнью мне под силу распознать. Я когда-то была близка к подобному решению, и знаю, какова усталость от жизни на вкус.

Лицо Стаблиса вытянулось, в глазах отразился страх. Он подскочил из кресла, метнулся в мою сторону, упал передо мной на колени и заключил в объятия.

– Олия, пообещай, что никогда так не поступишь! – взмолился герцог. – Духи не прощают тех, кто не ценит их великий дар.

У меня сдавило спазмом горло. После предательства мужа я с трудом нашла в себе силы двигаться дальше. Временами на меня накатывало отчаяние, лишающее воли к жизни. И все же я ответила:

– Обещаю. Но только если и ты оставишь попытки отправиться на тот свет.

Герцог отстранился и заглянул мне в глаза.

– Меня практически невозможно убить, Олия. Большинство ядов для меня безвредны, поэтому я могу без последствий пробовать все, что готовят участники. Я надеялся, что мясо голубого брача станет исключением, но…

– Я бы не простила себя, если бы кто-то погиб по моей вине.

Стаблис коснулся длинными пальцами моего подбородка и прошептал:

– Запомни, что бы ни случилось, твоей вины в отравлении кого бы то ни было не будет. Только духи решают, кому жить, а кому умереть.

– А как же яд в неправильно приготовленных блюдах?!

– Это воля духов предков, – пожал плечами герцог и поднялся с колен. – Мы все в их власти.

Он отвернулся и уставился на языки пламени, танцующие в камине. Его точеный профиль заострился еще сильнее, и Стаблис показался хищной птицей, наметившей очередную жертву.

– Уже поздно, Олия. Тебе пора возвращаться. К сожалению, книгу о феях я не смогу тебе дать с собой. Спасибо за чудесный вечер, и я надеюсь на новое свидание.

– Свидание? – эхом повторила я.

– Конечно, – с лукавой улыбкой отозвался герцог. – Это наше тайное место для свиданий. Я бесконечно счастлив от того, что провел с тобой наедине несколько часов. Я бы хотел, чтобы это стало нашей традицией – встречаться после каждого испытания здесь.

– Думаешь, я смогу дойти до конца?

– Я в этом не сомневаюсь.

Герцог подал мне руку, проводил к выходу из библиотеки и притянул ближе. Его тонкие губы изогнулись в горестной усмешке. Он наклонился и поцеловал меня в щеку, не настаивая на большем. Я вспыхнула и отстранилась. Рядом с Итьеном я чувствовала себя иначе, чем с Морисом, герцог не вызывал во мне влечения, зато интриговал бесконечными тайнами.

Вездесущий туман окутал меня, и я ощутила, что погружаюсь в прохладную дымку.

– Жду твой новый кулинарный шедевр, – донеслись до меня последние слова Итьена, и я очутилась в своей комнате.

А там меня ждал сидящий возле распахнутого окна Морис.

Глава 31

Морис поднялся, и его мускулистая широкоплечая фигура заполнила собой почти весь проем окна. Темный силуэт отбрасывал длинную тень и казался угрожающе гигантским, словно Морис успел пройти трансформацию еще до моего появления. Желтые глаза светились во мраке ночи, как два зловещих огонька в лесной чащобе.

– Что ты здесь делаешь? – спросила я, стараясь говорить уверенно, но голос все равно предательски дрогнул.

Не произнеся ни слова, он направился в мою сторону. Морис двигался бесшумно, с необыкновенной грацией, словно даже не касался каменного пола ногами.

– Морис? – в замешательстве выдавила я, отступив на шаг к двери.

Одно смазанное движение, и напарник уже очутился за моей спиной, отрезав единственный путь к отступлению. Его горячие ладони