говорить. Да и я сама – птица не столь высокого полета, чтобы передо мной отчитываться. Думаю, барон отлично понимает: если я кому-нибудь заикнусь о том, что сегодня произошло, меня сочтут наркоманкой, употребляющей психотропные вещества. Его же репутация останется чистой, как снег.

– Теперь ты уедешь? – внезапно спросил Солус, не поворачивая головы.

У меня внутри что-то екнуло.

– А ты отпустишь?

Он все-таки оторвал взгляд от дороги, посмотрел на меня удивленными глазами.

– Конечно, отпущу. Я же не тюремщик.

– Тогда – уеду, – кивнула в ответ. – В декабре, после маскарада. Я ведь обещала подарить тебе танец.

У Солуса дрогнули уголки губ.

– Эд, – снова позвала я. – Ты расскажешь мне о себе?

Он пожал плечами.

– Спрашивай.

– В сказке описаны реальные факты, да? Ты поехал с братом и сестрой на ярмарку, и там на тебя напал незнакомый мужчина…

– Сказка – ложь, да в ней намек, – усмехнулся Эдуард. – В тот день мы с Антуаном и Аннабель действительно ужинали в «Орионе» и действительно познакомились с неким господином, который утверждал, что знает простой способ продлить человеческую жизнь. Но он не нападал на меня, София. Все произошло с моего согласия. Будь я против, этот господин просто поговорил бы с нами и вернулся к своим делам.

– Сколько же тебе тогда было лет?

– Двадцать семь.

Я покачала головой.

– То есть, ты правда поверил, что случайный человек, которого ты никогда до этого не видел, знает секрет бессмертия? Доверился ему и согласился выйти вместе с ним на задний двор, чтобы он совершил с тобой некие действия? Извини, конечно, но разве твой поступок не был легкомысленным?

– Это был самый правильный поступок в моей жизни, – серьезно заметил барон. – К тому же, путешественник оказался честным человеком. Он действительно подарил мне небывалое долголетие.

– А еще распорол горло и наградил кучей условностей, с которыми теперь приходится мириться.

– Не без этого, – согласился Эдуард. – Ну, так что ж? Нельзя приобрести, не отдав что-нибудь взамен. Что до легкомыслия, то здесь я с тобой соглашусь. Сейчас я бы дважды подумал, прежде чем довериться незнакомцу. Впрочем, тогда были другие времена, да и душевное состояние у меня было иное. Сейчас совершеннолетний человек может делать все, что заблагорассудится. В годы моей юности люди очень зависели от своей семьи и ее традиций. Я был старшим наследником, после окончания университета мне полагалось поселиться в Ацере и заниматься его делами. Так делали мой отец, дед и прадед. Я же во время учебы увлекся машиностроением и страстно хотел заниматься им и впредь. Отец считал, что мне необходимо забыть о своих столичных увлечениях, вернуться домой, жениться и вести жизнь обычного провинциального аристократа. Классический конфликт отцов и детей, София. С сопутствующими ему ссорами и обидами. Сейчас я понимаю, насколько глупо вел себя по отношению к родителю. Он слабо понимал мои чаяния, однако желал добра и искренне надеялся сделать счастливым. Тогда же мне казалось, что и он, и весь мир настроены против меня. Я считал, что теряю в Ацере время. Двести лет назад медицина была не столь развита, как сейчас, люди едва доживали до шестидесяти лет, и я не раз воочию наблюдал, как человек, посвятивший себя тому или иному делу, умирал, так и не доведя его до конца. Я знал многих людей с самыми смелыми и прекрасными мечтами, которые не успевали их воплотить из-за внезапной болезни или груза скучных повседневных обязанностей. Каждый прожитый год казался мне драгоценностью, София. В Ацере же бесценные дни утекали, как вода сквозь пальцы. Меня это очень раздражало. И вдруг появился человек, утверждавший, что может дать столько времени, что его хватит на воплощение всех моих идей. Конечно же, я заинтересовался его предложением.

– И позволил ему распороть себе горло?

– Распоротое горло стало сюрпризом, – усмехнулся Эдуард. – Видимо, новый знакомый не удержался от искушения хлебнуть свежей крови. Я предпочитаю думать, что это была своеобразная плата за его услугу.

Я невольно поежилась.

– Ты помнишь, что именно он с тобой сделал?

– Нет, – покачал головой Солус. – Помню, как разговаривал с путешественником в «Орионе», как вышел с ним на улицу. И все. Когда в следующий раз открыл глаза, оказалось, что я нахожусь в малой гостиной Ацера, а моя семья оплакивает меня, как покойника.

– Значит, тот человек был вампиром?

– Наверняка.

– А ты сразу стал таким же, как он?

– Нет. Изменения происходили постепенно. Правда, в достаточно быстром темпе, – Эдуард усмехнулся снова.

– И что же это были за изменения?

– Сначала я перестал чувствовать голод. Вообще. Мог не есть несколько дней подряд, пока тело не охватывала слабость. Тогда понимал, что организму нужно топливо, а значит, надо что-нибудь проглотить. Потом выяснилось, что еда и напитки потеряли свой вкус. Мясо, хлеб, пирожные, шоколад – любые продукты создавали впечатление, будто я жую траву или бумагу. Еще они отчего-то перестали быть питательными. После их употребления я по-прежнему чувствовал слабость и едва мог пошевелиться. Так было до тех пор, пока мне не принесли плохо прожаренный бифштекс. Попробовав его, я впервые за много дней что-то ощутил.

– Это был вкус крови?

– Да. Говядина по-прежнему казалась бумагой, а вот выделявшаяся из нее жидкость стала живительным бальзамом, вернувшим мне силы. Когда же я попробовал чистой крови, выяснилось, что один-два глотка вызывают необыкновенный прилив энергии, которого хватает на долгое время.

– Это так странно…

– Вовсе нет. Кровь – очень сильный природный энергетик. Некоторые народы севера пьют кровь оленей, чтобы пережить затяжные морозы или выжить в сильную метель, когда очень холодно и нет возможности достать другую пищу. Правда, они прибегают к этому в крайнем случае.

Ну, разумеется. На этаких вампиров оленей не напасешься.

– Еще энергетически ценными оказались капуста и овсяная каша, – продолжала барон. – И некоторые виды трав.

– Поэтому ты и пьешь те травяные отвары? Они заменяют тебе еду?

– И позволяют реже употреблять кровь, – кивнул Солус. – Она хоть и питательна, но от этого не менее отвратительна.

– А есть разница между кровью человека и животного? Чья придает тебе больше сил?

– Разницы никакой нет. Однако я все-таки предпочитаю животную. Ее проще достать.

– Выходит, ты пробовал и человеческую?

– Пробовал пару раз. Но мне не понравилось – ее употребление отдает каннибализмом.

О да, здесь я с ним полностью согласна.

– Как часто тебе нужно питаться кровью?

– Примерно раз в две недели. Иногда чаще. Раньше одного стакана хватало на месяц-полтора, теперь – нет. Старею, видимо.

Я хмыкнула.

– Для своего возраста ты неплохо сохранился.

– Да, это один из приятных бонусов, которые принесло мое