– Марида, успокойся, я прошу, – Нейтан понизил тон и надавил голосом на свою чересчур быструю омегу. Он стал говорить медленно, отделяя паузами слова. – Ты родила сама. Молодец. Не будем торопиться. Могут быть осложнения. Сегодня ты с малышами останешься здесь. Я буду с вами. Еды тебе наготовлено на неделю. Все отметились, начиная с Акмоль и заканчивая дедом. Кроватками и колясками заняты родители. Все?

– А одежда? Я не собираюсь одевать детей одинаково! Меня это в детстве достало.

– Я позвоню и донесу твои пожелания до родителей. Все?

– Нет. Ты командуешь!

– Я буду командовать, если дело касается твоего здоровья. Сейчас ты сдашь анализы, поешь и ляжешь спать.

– А дети? Их надо покормить. Лорис и Дорума, – Марида заулыбалась, чего она в самом деле спорит.

– Корми, потом я за ними послежу.

Все-таки Римада гений, рассуждала сама с собой Марида, возвращаясь из смотрового кабинета, где у нее взяли по приказу Нейтана кучу мыслимых и немыслимых анализов. Все предусмотрела ушлая сестренка. Марида, похоже, действительно поверила, что Лорис ее дочь, потому что в крови неведомо как появились нужные вещества. Может, уколы сработали?

Состав крови подтверждал, что у Мариды и должны были родиться омега и альфа. А группы крови детей однозначно указывали, что Марида и Нейтан их родители. Глубоких исследований крови, конечно, никто делать не стал. Пока врачи качали головами, пытаясь понять, почему омега не проявилась раньше, Марида мысленно посылала сестре здоровье и надеялась получить весточку от нее.

Сестра помогла ей родить, пусть и заставила, но Марида не держала на нее обиды. Сравнивая, она все равно выбрала бы медпункт на заброшенной турбазе, а не родовую палату в больнице. И если бы можно было переиграть, она ничего не стала бы менять. Кроме одного. Угрожающе ослепительной красоты сестры. Так ярко, великолепно цветет роза, перед тем как увянуть.

Римада захотела исчезнуть так, будто ее вообще не было. Марида понимала почему, понимала, сколько мужества нужно для такого решения. Она сама никогда бы не смогла так поступить. И в честь Римми, она тоже решила быть мужественной. Что бы не творила сестра, смерть спишет все ее грехи. А Марида отменит свои надзорные заявки, она больше никого не боялась. Оставит надзор только над родителями Римады. Совсем опустившегося, постоянно пьяного отца и озлобленную, истеричную тетю Дамиру она не хочет прощать.

Никто и представить не мог, насколько сильно Марида изменится с рождением детей. Омеги часто становились наседками, пестовали детишек как цыплят. Марида же превратилась в коршуна. Когда она гуляла в парке с коляской, зорко посматривая по сторонам, от нее шла такая энергия, что прохожие обходили ее стороной. Прежней топтыжкой она становилась только дома, в присутствии Нейтана, который не верил рассказам знакомых о новых повадках Мариды и продолжал относиться к ней по-прежнему. Баловал и звал карамелькой.

По утрам Мариде требовалось время, чтобы загрузить в себя всю информацию последних недель. У нее дети, пару месяцев назад она родила двойню. Только после этого Марида вставала, шла в детскую и еще полчаса смотрела на малышей. Как они таращат глазки, сосут кулачки и морщат лобики. Она искренне удивлялась, что эти детки ее и Нейтана. А вот тому, что готова любого порвать за них, не удивлялась.

Их с Нейтаном родители вели мини-войны, которые происходили почти каждый день. Кому гулять с малышами, кому кормить и следить за ними ночью. В квартире не хватало места для всех желающих потискать Лорис и Дорума. Поэтому дедушки решили вопрос просто – купили большой дом для Мариды и Нейтана, с садом и спортивной площадкой. Для всех, кто любил нянчиться.

Марида разводила руками. Она столько сил тратила на то, чтобы родня не приставала к ней, а рецептик-то был прост – завести детей. Конечно, Марида следила за тем, чтобы дети не подвергались придирчивому воспитанию. Наказывать детей не разрешалось никому, кроме Нейтана. Пусть на наказание детки еще не скоро наскребут, но Марида предпочла сразу установить правила.

А еще Марида запретила насаждать кулинарные традиции. После гостевания Недда и Назара пришлось запретить навязывание космических традиций. И медицинских. Марида считала, что у детей должен быть выбор. Хотя ей самой безумно хотелось узнать, передался ли деткам их семейный кулинарный талант.

Чтобы не мешать переезду, а всеми делами занималась мама, Марида отправилась в любимый парк, только не на беговую дорожку, а на детскую площадку с коляской. Настроение с вечера было смурным и плаксивым. Даже любимая осень не радовала. Иногда Мариде было стыдно, что маленькие дети спокойнее ее. Она даже просила у Нейтана каких-нибудь таблеток, чтобы не грустить. Нейтан вздыхал и предлагал потерпеть. Он все списывал на послеродовую депрессию.

На сердце было неспокойно и Марида старалась думать о хорошем. Про дедушку и Петру, они стали вместе жить, чему Марида была очень рада. Дедушка хвастался Петре, как помогал Мариде прятаться от Чарли, а Петра фыркала и упирала на то, что без нее Марида вообще бы развода не увидела. Про скорую свадьбу Акмоль, которая состоится, конечно же, на орбите. Про карьеру Нейтана, ему предложили высокий пост в министерстве здравоохранения.

Думала про новый дом с огромной кухней и столовой, комнатой для детей, похожей на магазин игрушек, кучей спален для гостей, кабинетом для Нейтана, комнатами для всего на свете и балкончиком для Мариды, с него она собиралась следить за детьми, играющими в саду. Марида глубоко ушла в свои мысли, на автомате качая коляску, и не заметила как на скамейку рядом с ней опустился незнакомец с портфелем.

– Добрый день, Мари, – альфа средних лет, худой, невысокий, в строгом черном костюме тронул Мариду за плечо.

– Здравствуйте, вы кто? – от неожиданности Марида подпрыгнула. И уже догадалась о беде, зажмурилась, надеясь, что этот человек исчезнет и не расскажет ей плохих новостей.

– Я поверенный Алексы Торан, – незнакомец привстал и поклонился. – У меня для вас есть документ.

Глава 20. Между мужем и сестрой

Глава 20. Между мужем и сестрой

Незнакомый альфа, знавший имя Мариды, выглядел приветливо, не излучал угрозы, но сам факт его появления всколыхнул все страхи Мариды. Ей даже захотелось стукнуть этого нахала. Прогнать с глаз.

– Я не знаю никакой Алексы Торан, – выпалила Марида и застонала. Это же Римада. Точно. В их последнюю