убьешь их просто потому, что не смог заполучить меня? — Он бросает на меня многозначительный взгляд. — Это безумие, Алек.

— Александр, — поправляет он меня.

— Это безумие, — снова говорю я.

— Разве безумие — желать кого-то так сильно, что готов убить ради него? — спрашивает Алек, наклоняясь ближе. — А я чертовски сильно хочу тебя.

Мое дыхание становится тяжелее от его прикосновения, и я закрываю глаза, потому что это все, что я хочу услышать, но знаю, что должна бежать. Наши отношения не продлятся долго. Лучше пережить боль сейчас, чем она уничтожит меня в будущем. Он не должен иметь возможности сделать это со мной.

Но уже поздно...

— Никакие другие отношения не сравнятся с тем, что между нами. Ты же понимаешь, да? Однажды, когда ты выйдешь замуж и будешь трахаться со своим дерьмовым мужем, ты вспомнишь и пожалеешь, что это не я тебя трахаю.

Я ахаю, широко распахивая глаза, удивленная отчаянной мольбой в его голосе.

— Возможно, я и не уверен сейчас насчет детей, и знаю, что я облажался…… — Мой живот скручивается, пока я жду продолжения. — Но я мог бы быть мужем. Твоим мужем. Твоим самым большим поклонником. Если дети — это то, чего ты действительно хочешь… — Он сглатывает. — Но я не уверен, что могу быть хорошим отцом.

Провожу рукой по его щеке.

— Ты когда-нибудь думал о такой возможности?

Алекс смотрит на меня с тоской, и это меня ломает.

— Я никогда не думал, что смогу любить кого-то так сильно, как люблю тебя. Так что, возможно… если ты сможешь меня научить.

Мое сердце останавливается, и я не могу дышать. Бабочки порхают в моем животе.

— Ты только что сказал, что любишь меня, Алек?

— Неужели это так удивительно? — спрашивает он. — Я просто не могу отпустить тебя. Я отказываюсь. Я дам все обещания, приму все обеты и буду говорить тебе, что люблю тебя каждый день, просто чтобы напомнить, как правильно, что мы вместе. Мы созданы друг для друга, Елена. Я всегда думал, что убийство — моя единственная цель в этой жизни, пока я не встретил тебя.

Моя нижняя губа дрожит.

— Алек, ты протащил меня через свой ад.

— Знаю, что со мной не легко, но я дам тебе все, о чем ты попросишь, Елена. Даже пришлю открытку из преисподней.

Не могу сдержать смех, и на глаза наворачиваются глупые слезы.

— Я не буду вторым выбором, Алек. Ты не заставишь меня снова почувствовать себя менее важной. Мое сердце больше не выдержит.

— Я буду боготворить землю, по которой ты ходишь. Я не хотел причинить тебе боль, Елена, клянусь.

Ненавижу, как легко его слова возвышают меня. Но они так же быстро могут меня уничтожить.

— Я не вынесу ещё одних американских горок, Алек.

Он застывает, как будто весь его мир только что рухнул, и мое сердце разрывается. Потому что этот мужчина каким-то образом стал для меня всем. Это приводит в ужас и меня, и его.

— Но мы попробуем. Еще раз, — говорю я, прижимаясь губами к его губам. Я чувствую его дыхание на своих губах, пока напряжение спадает с него, и он отчаянно поглощает меня.

— Ты нужна мне, — рычит он, скользя руками по внешней стороне моих бедер, и по моему позвоночнику пробегает дрожь, потому что я точно знаю, что он нужен мне чертовски сильнее.

ГЛАВА 43

Елена

— А вот это флеш, — говорю я, с ухмылкой выкладывая свои карты. — Снимай.

Алек вздыхает, сбрасывая карты в центр матраса. Пока что я проиграла только одну раздачу и сняла одни лишь серьги.

Алек же остался в... ну, после того как снял свои свободные пижамные штаны... ни в чем. Он удобно сидит обнаженный на краю моей кровати. Гора мышц с полутвердым членом.

Прикусываю нижнюю губу, осознавая, что в этой игре я проиграла.

— Аня не против, что ты реже появляешься на аукционах? — спрашиваю я, собирая карты.

— Пожалуйста, не говори о моей сестре, пока я сижу голым на твоей кровати, солнышко.

Я хихикаю.

— Я вчера купила тебе кое-что, — говорю я. — Дай мне пару минут.

Поворачиваюсь, чтобы встать с кровати, но он хватает меня за лодыжку. Я прыгаю на одной ноге, пытаясь удержать равновесие.

— Не волнуйся, я ненадолго.

Улыбаюсь, и он медленно отпускает меня, хоть и выглядит недовольным.

Выбегаю из комнаты, слегка возбужденная. Алек выгнал Синиту две недели назад, и с тех пор он каждую ночь остается здесь. Мы вошли в удобную рутину. Проводим время вместе между моими репетициями. Осталась всего неделя до моего первого выступления с новой театральной труппой, и я полна предвкушения и волнения.

Черная коробка, которую я оставила закрытой, находится в моей гостевой комнате. Я хотела спрятать ее, чтобы это был сюрприз. Некоторые из аукционов, которые они с Аней проводят, посвящены сексу, и, хотя Алек ничего конкретно от меня не просил, я уверена, что могу попробовать что-то с ним.

Сбрасываю пижаму и застегиваю кожаные манжеты на запястьях. За последние несколько недель, пока мы были в нашем маленьком мирке, Алек купил мне всевозможное нижнее бельё, которое хотел на мне видеть. Здесь были только мы.

Уверена, что даже немного похудела из-за репетиций и секса. Очень большого количества секса.

Возвращаюсь в комнату и вижу, что он держит в руках мой розовый вибратор, приподняв бровь.

— Эй, я оставила тебя на две минуты, а ты уже роешься в моих вещах? — отчитываю его я.

Его взгляд скользит по моему обнаженному телу, и он крепче сжимает вибратор.

— И ты вернулась в этом.

Я прикусываю нижнюю губу и делаю шаг вперед. Распорку, которую я несу, можно зацепить между ног или рук. Как ему захочется.

— Иди сюда, — командует он, когда я делаю шаг вперед. Он хватается за перекладину и тянет меня к себе. Я хихикаю, мое сердце колотится.

Его взгляд скользит к висящему растению в углу моей комнаты, и я вижу, когда в его голове загорается идея. Его член тверд, как камень, когда он подводит меня к нему. Сначала я в замешательстве и, возможно, немного обеспокоена тем, что люди в здании напротив могут нас увидеть.

Но Алек невозмутимо снимает висящее растение с крючка.

— Ладно,