я очень хотел бы пригласить тебя куда-нибудь отпраздновать. Если хочешь.

— Я больше не пью.

Он усмехается.

— Нам не обязательно пить, чтобы отпраздновать, Елена.

Остаюсь на полу, позволяя ему стянуть с меня платье, поднимая руки, чтобы помочь. И остаюсь в одних стрингах. Он смотрит на меня сверху вниз, трахая взглядом.

— Не уверена, что смогу заняться с тобой сексом прямо сейчас, — говорю я, глядя на его очень твердый член, который находится прямо перед моим лицом.

Он усмехается.

— Милая, ты единственная, кто это предлагает. Я пытаюсь заставить тебя принять душ.

Но, черт возьми, с этим мужчиной трудно не хотеть заняться сексом.

— Душ, — говорю я, кивая. Мне удается встать, и когда я это делаю, моя рука касается его члена. — Член! — кричу я и отдергиваю руку.

Алек борется с ухмылкой.

— Не знал, что ты любишь шлепки, — говорит он, глядя на свой член. — Ему понравилось, если захочешь сделать это снова.

Его член дергается от его слов.

— Извини, — быстро говорю я. Сейчас я могу вести себя только как четверть человека.

— Не извиняйся, — отвечает он, затем поворачивается и идет в душ. Следую за ним. Его душ достаточно вместительный для нас двоих, и теперь я могу чувствовать свой запах. От меня действительно воняет.

Алек протягивает мне зубную щетку с уже намазанной на нее пастой, и я тут же кладу ее в рот, начинаю чистить зубы, а затем сплевываю пену на пол в душе.

Он приподнимает бровь.

— Плевки тоже? Черт, что еще ты от меня скрываешь?

Знаю, что он шутит. И у меня в груди разливается тепло, потому что обычно он не шутит. Всегда так серьезен. Протягиваю ему зубную щетку, и он кладет ее в рот. Мой собственный рот открывается от удивления.

— Что? — бормочет он, держа в руках зубную щетку.

Ничего не говорю и тянусь за гелем для душа.

Он просто смотрит на меня своими зелеными глазами, в которых светится «трахни меня», и я не могу не смотреть на него в ответ.

Он не прикасался ко мне прошлой ночью. Даже когда я, как предполагается, прикасалась к нему во сне. Перебор называть его джентльменом, но для меня он именно джентльмен и даже больше. Он такой необычный. Я теряюсь каждый раз, когда он рядом. Мир вокруг исчезает, и я вижу только его. Алек как будто создает какой-то пузырь и окутывает нас им, но мы оба знаем, что рано или поздно он лопнет. Не может же что-то такое опьяняющее длиться вечно, да?

— Потри мне спину? — просит он и оборачивается. — Ты ее всю обслюнявила.

— Неправда, — усмехаюсь я, затем беру его мочалку и намыливаю его спину. Не торопясь, тру твердые мышцы, а он просто стоит, позволяя мне прикасаться к себе. Я не принимаю как должное тот факт, что он это позволяет. Понимаю, всю значимость этого. Даже не знаю, как далеко мне позволено зайти, поэтому пользуюсь этим в полной мере и другой рукой скольжу по его боку, пока не достигаю его талии. Мои пальцы замирают у V-образной мышцы. Я чувствую, как от моего прикосновения он резко вдыхает, но, как и прежде, не делает ни малейшего движения — не пытается ни взять мою руку, ни направить её ниже. Маленькая часть меня хочет, чтобы он взял все под свой контроль, но остальная знает, что я этого не хочу, хотя и буду наслаждаться каждой секундой его власти.

Я очень медленно тру его спину мочалкой…

Блядь, блядь, блядь. Ты должна быть хорошей девочкой, помнишь?

Алек медленно поворачивается, вода стекает по его лицу и груди. Руками обхватывает мою талию, и я не могу не смотреть на его, блядь, такой ухоженный и красивый член.

— Елена, — хрипло произносит он, и прежде чем я успеваю себя остановить, бросаюсь к нему.

Я просто не могу устоять перед этим мужчиной, и все, что могу или хочу видеть, — это он.

Только он.

Весь он.

Алек ловит меня. Конечно, ловит.

Я чувствую, что могу спрыгнуть со скалы, и он меня поймает. Он поднимает меня, и я обхватываю его талию ногами. Чувствую его между своих бедер, и он приподнимает меня немного выше, прежде чем снова опустить вниз и скользнуть прямо в меня.

Я в раю.

Привет, Бог, ты здесь?

Впиваюсь в его рот. Алек на вкус как мята, и, уверена, я тоже. Он целует меня в ответ, и никто из нас не двигается первым. Ощущаю себя такой наполненной. Изголодавшейся с того последнего раза, когда он остался со мной на ночь.

— Блядь, ты идеальна. Ты создана для меня, правда, милая? — говорит он мне в губы, делая небольшой толчок, попадая во все нужные места.

Наклонившись, я кусаю его плечо и впиваюсь до крови.

— Используй меня, — выдыхает он, поощряя меня продолжать трахать его.

Алек притягивает меня сильнее, еще глубже заполняя.

Черт, это так приятно.

— Используй меня, — снова говорит он, и я покусываю его шею, следуя вверх до подбородка, а затем к губам и кусаю нижнюю. Он целует меня в ответ, принимая все. Идеально.

— Сильнее, — требую я, и его руки на моих бедрах двигают меня вверх и вниз по его члену с большей силой.

— Сильнее, — снова говорю я, отрываясь от его губ. — Блядь, я хочу, чтобы ты вошёл в меня жестче, — выдыхаю, не думая ни о чем, кроме чистого блаженства.

— Ты собираешься выжать мою сперму до капли, милая?

Блядь, его грязный рот. Я снова прикусываю его нижнюю губу и рычу, впиваясь ногтями в его плоть.

— Да, я хочу ее всю.

— Такая охренительно жадная, — подбадривает он меня, а я прижимаюсь ртом к его плечу и впиваюсь зубами, заглушая свой крик, оседлав волну оргазма и понимая, что на нас все еще льется горячая вода.

Он откидывается назад, чтобы посмотреть в глаза, хватает за горло и вбивается в меня.

— Чертовски идеальная.

Не могу не улыбнуться, потому что знаю, что он правда имеет это в виду. У Алека много граней. С некоторыми из них я пока не могу смириться, но лживая точно отсутствует.

— Тебе нравится моя киска, Александр?

Его глаза прикрыты. Знаю, ему нравится, когда я произношу его имя.

— Алек.

Его