привела домой другого мужчину, он, скорее всего, убил бы его. А тебя? Нет. Мой брат никогда не причинит тебе вреда.

Само собой разумеется. Когда я с Алеком, я чувствую себя в большей безопасности, чем когда-либо. Но это слишком много для восприятия. Я обычный человек. Не из их мира. И мне интересно, насколько мне придется измениться, если я решу быть рядом с ним.

— Ты рассказала родителям о новой роли? — спрашивает Аня, когда я встаю и беру сумочку. Я допиваю остатки шампанского, наслаждаясь легким опьянением, которое оно дает, мне оно понадобится, раз речь идет о моих родителямях.

Я не звонила родителям, чтобы рассказать. Я еще не готова. Я знаю, что Арчер будет в восторге и вернется в город, чтобы посмотреть мое первое выступление, но я все еще не знаю, будут ли родители впечатлены тем, что у меня главная роль в настоящем бродвейском шоу.

Повышение зарплаты довольно приятное, и возможности, которые эта роль мне даст, будут даже больше, чем сейчас. Но я не знаю, достаточно ли этого. Достаточно ли меня.

— Пока нет. Я хочу подождать, пока не выступлю несколько раз. Как ты заметила, они не очень-то благосклонны к моей карьере.

Аня закатывает глаза, и ее легкий русский акцент становится слышен сильнее, когда она говорит:

— Возможно, ты разочарована тем, что мы убиваем людей, но, по крайней мере, мы не убиваем детские мечты.

Я бросаю на нее косой взгляд и не могу не ухмыльнуться.

— Ты пытаешься быть поэтичной или поддержать?

Клэй, который ждал нас, открывает нам заднюю дверь машины, а Вэнс стоит рядом.

— Ой, заткнись, а то засуну тебя в багажник. Я в этом деле хороша, — говорит она с холодной улыбкой.

Не думаю, что когда-нибудь смогу преодолеть шок от таких ее слов, но кажется, ей нравится подшучивать надо мной на эту тему.

И мне на удивление… приятно.

ГЛАВА 38

Александр

Уилл, конечно, мудак, но эффективный. Он нашел все, что нужно, чтобы освободить Синиту от людей, напавших на нее. Имея информацию о последнем человеке, который следил за ней, я намерен избавиться от него сегодня вечером.

Но сначала мне нужно увидеть выступление Елены. Это ее последний выход, и хотя я уже видел ее пение в этом же шоу бесчисленное количество раз, я хочу увидеть ее еще раз, прежде чем она перейдет к новой работе.

Описать ее можно только словом «очаровательная».

Вэнс снова нянчится с Синитой. Я посоветовал ей собрать вещи, потому что завтра она снова будет сама по себе, и мы поставим точку. Это мой прощальный подарок ей. Все, что будет дальше, — ее дело.

Если бы не Елена, я, скорее всего, не смог бы освободиться от оков, которыми я ошибочно привязал себя к Сините.

Аня назвала это комплексом спасателя. Я не считаю себя чьим-то спасателем или героем, но, возможно, это было именно так. Не хочу теряться в этих мыслях.

Поправляю перчатки, приближаясь к старому, обветшалому бару на окраине города. Эти люди никто, связаны с Братвой только тем, что торговали небольшими количествами наркотиков.

Как Синита связалась с такими людьми? Они даже не влиятельные. Но теперь очевидно, что ее интересовало только то, как получить следующую дозу.

— Ты бы расценил это как опыт сближения братьев? — спрашивает Ривер через мое плечо.

— Я, блядь, терпеть не могу этого придурка, — говорит Уилл. И наши чувства взаимны.

— Я же говорил, что вам не нужно приходить, — напоминаю я им.

— Ладно, Рокки, успокойся. Ты думаешь, что сможешь в одиночку одолеть целый бар? — спрашивает Уилл.

Этот вопрос скорее риторичный, потому что уверен, что каждый из нас способен на это разными способами.

— Аня сказала, что мне нужно быть здесь. А если Аня говорит, то так и будет, — признается Ривер. — И, кроме того, я хотел опробовать несколько своих игрушек.

— И все это ради женщины, с которой ты даже не трахаешься, — лениво говорит Уилл, кладя руки на затылок.

Я игнорирую его намеренные подколы.

То, что вот-вот должно было произойти, требовало моего полного внимания и, разумеется, моего наслаждения.

После этого наши с Синитой пути разойдутся.

ГЛАВА 39

Александр

Я в уборной бара, мою руки — на перчатки попало немного крови. Поднимаю взгляд на зеркало и замечаю тёмные капли на лице. Стираю и их тоже.

Один из подвесных светильников все еще качается, когда я выхожу. Ривер и Уилл, слегка навеселе, непринужденно сидят на барных стульях. Бармен — единственный, кого мы оставили в живых — дрожащими руками наливает им по порции виски.

Всего сегодня вечером здесь было одиннадцать мужчин. Парень, преследующий Синиту, возможно, считал себя важнее, чем он есть на самом деле, и, судя по всему, ему было все равно на торговлю наркотиками на нашей территории.

Либо мы бы с ним разобрались, либо Крю Монти, который управляет итальянской мафией здесь, в Нью-Йорке. Я обязательно дам ему понять, что он не справляется со своими обязанностями, раз позволил этому ускользнуть от его внимания. Но часть меня уверена, что они не вели здесь дела, пока Синита не сбежала в Нью-Йорк.

— Хотите отпраздновать выпивкой? — спрашивает Ривер. — Уборщики должны приехать через несколько минут.

— Я думал, ты больше из тех парней, которые пьют кровь своих врагов, — говорит Уилл. — Но, как говорится: не встречайся со своими героями.

Ривер вздыхает.

— Ты действительно хочешь получить пулю во второе плечо?

— Если это произойдет, ты за это заплатишь, — парирует Уилл.

У меня в кармане жужжит телефон. Аня.

Отвечаю и вздрагиваю от громкой музыки, льющейся в мои уши.

— Аня.

Брови Ривера приподнимаются, и он становится похож на потерявшегося щенка, потому что она позвонила мне, а не ему.

— Эээ, Елена очень пьяна. И танцует на столе, — говорит она. — Клэй попытался ее спустить, но она выплеснула свой напиток ему в лицо.

— Сейчас три часа ночи, Аня, говори, блядь, по-английски.

Несмотря на то, что я почти никогда не сплю, я чувствую смертельную усталость, поскольку уровень адреналина начинает спадать.

Сквозь грязное окно бара вижу, как подъезжает фургон, и понимаю, что это бригада уборщиков, которая приехала избавиться от тел.

— Елена танцует на столе. Думаю, утром она об этом пожалеет, но слушать сейчас меня не