вообще имел вид животного, истощенного жизнью и весьма близкого к смерти. 7 мая 1918 г. я пересадил ему в правую сторону мошонки, повыше его собственного семенника, четыре крупных куска, составлявших целый семенник, взятый у молодого барана. Приблизительно через два месяца после пересадки животное стало неузнаваемо. Недержание мочи и дрожание ног совершенно прекратились; исчез боязливый вид, весь его организм оживился и поздоровел. Старый, еле живой баран приобрел юношеский вид и подвижность. Он был заперт в стойле с молодой овцой, что дало нам возможность наблюдать не только за пробуждением в нем полового инстинкта и мужской силы, утраченных им уже в течение многих лет, но и за следующим фактом: овца, покрытая им в сентябре 1918 года, в феврале 1919 года родила здорового сильного ягненка. Этот факт не должен вас удивлять. Старые животные подобно старым людям сохраняют в своих семенниках вполне жизнеспособные сперматозоиды, и только атрофия клеток, выделяющих внутренний секрет, мешает им испытывать половое влечение.

На этом же баране (№ 12) я не только мог наблюдать чудесное влияние пересадки, но и разрушительное действие ее уничтожения. Желая через год ознакомиться со структурой пересаженной железы, я вырезал ее и передал для гистологического исследования проф. Реттере. Через три месяца после изъятия железы я заметил, что мой баран, так недавно еще полный жизни, стареет с невероятной скоростью и становится вновь боязливым, равнодушным и кротким. От его вновь приобретенной молодости не осталось и следа — он снова превратился в несчастное, старое животное. 7 июня 1919 г. я сделал ему новую пересадку, и результаты не замедлили сказаться. Теперь мой баран опять полон сил, высоко носит свою красивую голову и выказывает признаки нежности по отношению к своей подруге.

Таким образом, я мог убедиться, какое могучее влияние на организм имеет внутренняя секреция семенников и какую громадную пользу можно извлечь из нее. Не открывается ли перед нами возможность — в тех случаях, когда недостаток внутренней секреции семенников является причиной старческого одряхления — бороться с ней, как с болезненным явлением, путем восстановления источника сил и жизненной энергии, утраченных с возрастом? Не можем ли мы предполагать, что в этих случаях могла бы быть продлена и сама жизнь, в этом нет ничего невероятного, так как хирургическая кастрация или кастрация физиологическая, являющаяся результатом старости, большею частью укорачивает жизнь? Евнухи редко достигают преклонного возраста, и моему барану два года тому назад оставалось жить не более нескольких недель. Теперь же он поражает вас своей жизненной энергией и молодостью, которая отражается во всех его движениях. Глядя на него, создается впечатление, что с каждой новой пересадкой у него является новый приток жизненной энергии и что силы его увеличиваются.

Я повторил этот опыт над многими другими животными, как кастрированными, так и находившимися в состоянии глубокой старости, и результаты никогда не обманывали. Баран № 15, о котором я уже говорил, пробыв молодым 14 месяцев, стал быстро стареть после того, как я удалил у него пересаженную ткань, чтобы передать ее для исследования проф. Реттере. Новая пересадка, сделанная 22 апреля 1919 г., возвратила ему его мужскую силу и жизненную энергию. Баран № 14, такой же старый и несчастный в 1918 г., как и баран № 12, в 1919 г. превратился в великолепное, дышащее здоровьем и полное сил животное. Сравните снимки, сделанные накануне операции и через год после нее. Они являются лучшим доказательством действия пересадки семенников.

Я мог бы привести еще целый ряд примеров, но посещение моей лаборатории даст вам более полную картину и позволит наблюдать те осязательные результаты, которые были мною получены.

Подкожные вспрыскивания вытяжки из семенников не дали тех результатов, которых ожидал от них Броун-Секар, потому что вытяжки из желез быстро портятся, не содержат в себе полностью всех продуктов внутренней секреции и даже иногда становятся ядовитыми, что было доказано известным профессором College de France — доктором Глей.

Пересадка же, включая в организм самую железу, позволяет ей постоянно выделять в кровь активные вещества, до тех пор пока не прекратится ее деятельность. Эндокринные железы являются как бы могучими фабриками, где вырабатываются вещества, уравновешивающие функции нашего организма. Изъятие из организма таких маленьких железок, как паращитовидные или надпочечные — влечет за собой смерть; отсутствие щитовидной железы порождает кретинизм; отсутствие внутреннего секрета, выделяемого семенниками, ведет к полному физическому и моральному упадку.

Возможность восполнить эти недостатки или восстановить функцию этих желез путем пересадки новой — вот тот идеал, к которому, мне кажется, должна стремиться современная терапия.

Прошло больше года с тех пор, как я делал этот доклад, и результаты, о которых я говорил, не только не изменились, но и обогатились новыми данными.

Старый баран № 12, будучи уже отцом, после вторичной пересадки сделался отцом второго ягненка, родившегося 22 февраля 1920 г. Баран № 14, запертый в стойле с молодой овцой, в свою очередь, делается отцом. Все остальные животные пользуются прекрасным здоровьем и до сих пор ничего в них не напоминает о том ужасном состоянии, в котором они были до пересадки. Можно соглашаться или не соглашаться с моим мнением о роли половой железы, но факты налицо, и их легко проверить, так как животные, которым были сделаны пересадки, до сих пор живут при Физиологической станции в Parc des Princes. Лета их легко определить: ветеринары могут указать их довольно точно. Многие из этих животных перешли тот предел, до которого обыкновенно доживают животные, и, вместо того чтобы выказывать признаки старости, истощения, дряхлости, которых не избегает ни одно животное, достигшее предельного возраста, они выказывают все признаки жизненной энергии и силы поистине удивительной.

Сколько времени продлится такое состояние, когда, наконец, пересаженная железа в свою очередь атрофируется и прекратит свое возбуждающее влияние на организм — я этого не знаю. Будущее нам это покажет. Я могу только сказать, что одни животные уже в течение двух, другие — трех лет пользуются здоровьем, каким они не пользовались до пересадки, что некоторые из них сделались отцами, к чему они были совершенно неспособны и что из несчастных, боязливых, грустных, выказывающих все признаки старческой дряхлости они превратились в великолепных, сильных, полных жизненной энергии и пыла животных.

Мое мнение по этому поводу установлено твердо, потому что я видел их в самом печальном состоянии и никакого иного лечения, кроме пересадки ткани, взятой у молодого животного, к ним применено не было. Я знаю, что изобретатели часто принимают за факты то, чего они стремятся достичь, и принимают за действительность то, что на самом деле происходит лишь в их