ни в чем, и такая же неуверенность достается тем, кто находится с ним в отношениях, будь то ребенок, супруг, близкий друг или родитель.

Если бы мне пришлось подобрать другое слово для описания пограничного состояния, я бы выбрала «напряжение», потому что именно так ощущает это расстройство и сам пациент, и его окружение. Чувства напряжены, и поведение напряженное. Даже мелкие проблемы представляются вопросом жизни и смерти, а вскользь брошенные комментарии могут превратиться в многочасовые разговоры, поскольку человек с ПРЛ склонен вникать во все, выискивая признаки, что его хотят бросить. Люди постоянно находятся в напряжении, качаясь на этих эмоциональных качелях. Пациенты с ПРЛ все время требуют поддержки, чтобы избавиться от страха отвержения, но ее всегда недостаточно, чтобы этот страх исчез. Из-за этого окружающие чувствуют себя измотанными и предпочитают держаться на расстоянии, что вызывает еще больший страх отвержения и приводит к еще более настойчивым требованиям близости и понимания. Такой бег по кругу бесконечен и эмоционально истощает всех участников.

Люди с ПРЛ также склонны испытывать более сильные чувства, чем остальные, поэтому они часто прибегают к экстремальным способам самоуспокоения, таким как членовредительство и безрассудные поступки. Хотя такое поведение создает больше проблем и может быть опасным для жизни, для людей с ПРЛ это надежный способ отвлечься от переполняющих их чувств. Близкие часто боятся вывести их из себя, поскольку знают, что это может привести к импульсивному и опасному поведению. Они считают, что должны действовать осторожно, чтобы не спровоцировать человека с ПРЛ, но, к сожалению, это само по себе может стать провокацией. Человек с пограничным расстройством личности может заметить, что окружающие проявляют осторожность или избегают его, и начнет бояться, что слишком многого требует или что с ним трудно находиться рядом, а в итоге его бросят.

Как упоминалось ранее, люди с пограничным расстройством обычно имеют психологическую травму в прошлом. Детская травма может существенно повлиять на способность человека познавать себя, развивать доверительные и стабильные отношения и эффективно справляться с чувствами. Болезненные переживания обычно мешают ему поверить в то, что люди последовательны и надежны и что отношения могут восстановиться после конфликта. Травматический опыт также объясняет страх отвержения, который во многом определяет межличностное поведение. Человек живет в страхе быть покинутым, поэтому постоянно находится в напряжении, пытаясь удержать людей как можно ближе, но затем отталкивает их, так что это он уходит, а не его бросают.

Несмотря на то что люди с ПРЛ часто сами создают себе проблемы, они по-настоящему страдают. В отличие от социопатов, которые не испытывают сочувствия, когда причиняют боль другим, люди с ПРЛ отчаянно нуждаются в эмоционально близких и значимых отношениях и глубоко переживают конфликты. Хотя поддерживать отношения с человеком, страдающим этим расстройством, невероятно трудно из-за его эмоциональной неустойчивости и напряженности, в то же время легко сопереживать ему, если отступить на шаг назад и задуматься о его страданиях. Такие люди взрывоопасны и склонны к манипуляциям, когда чувствуют отвержение, потому что не знают другого способа справиться с ситуацией или с переполняющими их чувствами. К сожалению, само их поведение отталкивает окружающих, увеличивая шансы на расставание. Это жестокая ирония судьбы, и мы можем сопереживать их мучениям, даже если не одобряем поступки.

Важно отметить, что многие люди неустанно борются с чувствами и поведением, связанными с их расстройством. Люди с ПРЛ могут (и, как правило, действительно хотят) пройти терапию, которая поможет им легче и успешнее ориентироваться в отношениях и жизни. Они не хотят чувствовать себя опустошенными и неуравновешенными. Они хотят справиться с отчаянным желанием сохранить близость, которое, к сожалению, только отталкивает других людей. Они усердно осваивают новые навыки преодоления трудностей и стрессоустойчивости.

Но даже с учетом сказанного приходится признать, что люди с ПРЛ бывают абьюзерами. Их отчаянные попытки сохранить отношения могут привести к вспышкам гнева, а когда партнер хочет побыть наедине с собой или пытается уйти, человек с ПРЛ может стать еще более неуравновешенным. Например, начнет говорить гадости — принижать, очернять или обвинять — или даже прибегнет к физическому насилию. Его бдительность и напряженность вызывают у окружающих ощущение пристального наблюдения и страх любым неосторожным словом спровоцировать шквал обвинений и эмоционально напряженные разговоры. Как можно представить из этого описания, с людьми такого типа трудно поддерживать близкие отношения.

У Лейлы нет пограничного расстройства личности

Ангус и Лейла снова поссорились. Ангус очень устал оттого, что Лейла постоянно недовольна им. Сначала она была классной девчонкой — уверенной в себе, расслабленной, без тревог о будущем, — и ему это нравилось, но теперь она стала такой требовательной и критичной. Ангус с удовольствием бы вернулся в те времена, когда Лейла была более независимой и веселой. Тогда ему хотелось ее завоевывать. Но, завоевав ее теперь, он увидел в ней другую сторону. Лейла требовательна и эмоционально неустойчива. Она душит его. Почему она не дает ему жить спокойно? Ее навязчивое желание знать, где он и с кем, сводит его с ума.

Лейла снова в слезах. Отношения с Ангусом так быстро испортились, и она не может понять почему. Их роман начинался так замечательно, все было легко и весело, но затем словно кто-то щелкнул выключателем, и теперь Ангус просто… злой. Лейла расплакалась оттого, что он пропустил ужин с ее друзьями, а когда она высказала претензии, разозлился на нее. Лейла была смущена и расстроена. Ведь Ангус даже не предупредил, что не придет, он просто не появился! Она выглядела как идиотка, постоянно проверяя свой телефон и поглядывая на дверь ресторана в ожидании. Она волновалась, что с ним случилось что-то плохое. Но нет, он просто решил, что ему не хочется идти, и, по-видимому, предупреждать ее ему тоже не захотелось.

— Ну и что, я не могу пропустить встречу с твоими друзьями, если я устал? Мы постоянно видимся с ними, Лейла! Что за контроль? Не тебе решать, куда и с кем мне ходить! — сердито произнес Ангус.

— Я не об этом! Ты действительно не понимаешь, почему я обиделась? Ты даже не предупредил. Я волновалась, что с тобой что-то случилось! Я прекрасно понимаю, если ты слишком устал и не хотел приходить, но ты не ответил ни на одно из моих сообщений или звонков. Ты не можешь просто изменить свои планы и не сказать мне! — возразила Лейла.

— Вообще-то, Лейла, могу. Я не обязан отчитываться ни перед тобой, ни перед кем-либо еще. Это моя жизнь. Если я устал после десятичасового рабочего дня и мне не хочется тусоваться с твоими надоедливыми друзьями, то я и не стану этого делать. Мне все равно, сколько ты