в классе была Соня, и, когда Лея просила её о помощи, та с радостью откликалась.

— Эй, у тебя уже неплохо получается работать с краями. А отверстия просто идеальны.

— Научи меня изменять форму линейки в расчёску и обратно, — попросила Лея.

Соня задумалась.

— Мы этого ещё не проходили. Чёрт, выходит, Каприс была права, — признала подруга.

— Давай попробуем составить формулу самостоятельно.

— Эй, ты уверена? Вдруг получится какая-нибудь кракозябра?

— Ну и пусть. Главное, знать отменяющее заклинание, — парировала Лея.

Соня принесла из комнаты линейку. Девочки стали практиковать в комнате досуга, как и было предписано Уставом. В спальнях заниматься непроверенной магией строго запрещалось.

Кракозябра у них действительно получилась. И выглядела она, как расчёска с идеальной ручкой, но торчавшими в разные стороны кривыми зубьями.

— Эй, мы что-то напутали в формуле.

— Наверное, нужны более плавные движения палочкой.

— И меньшей амплитуды, — согласилась МакБраун.

Более менее приличная расчёска получилась с девятого раза. И Лея не оставляла попытки. Каждый вечер перед сном тренировалась. А в четверг соседки по комнате уже не могли отличить настоящей расчёски от дубликата.

 

— Эй, как экзамен?

Лея плюхнулась на кровать, даже не взглянув на подругу.

— Не знаю. Результаты утром. А потом инструктаж и допуск. Если сдала.

— Ты ужинала?

— Да. Нам оставили поесть. А где девочки?

— Ушли в парк.

— А ты?

— Эй, я же не могла уйти, не зная, как ты сдала.

Лея невольно улыбнулась.

— Знаешь, а я так и не потратила купюру с королевой. Если тётя заберёт меня со следующего триместра, у меня останется память о тебе и о школе.

— Ты будешь мне писать?

Лея покачала головой, чем очень расстроила подругу. И добавила, что не может сказать почему.

— Жаль. А я бы хотела встретиться с тобой ещё. Через годы.

— Интересно, мы бы узнали друг друга в толпе? — Лея пристально посмотрела на соседку, пытаясь запомнить её черты.

— Эй, ну конечно! Я так точно! Твои глаза невозможно не узнать. Они такие... выразительные.

В дверь постучали. Вошла тьютор.

— Мисс Ли, директор хочет с вами поговорить. Пойдёмте, пожалуйста, со мной.

Лея следовала за облаком розовых юбок. За Луной тянулся сладковатый цветочный аромат. Смешиваясь с чувством тревоги, он вызывал приступ тошноты.

Они спустились до третьего этажа, но не пошли к каменному фениксу. А сразу за статуей большого кота юркнули в дверь. На ту самую площадку, где Лея занималась и где однажды видела блондина. Миссис Санни взмахнула своей палочкой молочного цвета. Замок щёлкнул, впуская их в коридор с зелёными стенами. Тут же войдя в соседнюю дверь, они спустились на этаж ниже. Здесь тоже у стены стоял каменный феникс. А рядом светлая дверь с табличкой, на которой была изображена пантера.

— Миссис Луна, здесь живёт директор? — почему-то шёпотом спросила Лея.

— Да, мисс. Зимой она переезжает в эту комнату, — тьютор постучалась и, получив приглашение войти, открыла дверь.

Непривычно было видеть МакГрегори в домашней одежде. Тёмно-зелёные шаровары ниже колена и цвета свежей зелени свободная футболка. И без трости.

— Прошу, мисс, — директор жестом указала на мягкий бежевый диванчик. — Чаю?

— Н-нет, спасибо, — пробормотал Лея, не понимая, зачем она здесь. Какое такое серьёзное дело не может подождать до утра?

— Я буду снаружи, — пропела Санни и вышла, осторожно прикрыв дверь.

Директор взяла с журнального столика конверт и села рядом в кресло.

— Я не удержалась и посмотрела вашу аттестационную работу в первую очередь. Поздравляю, мисс. Вы успешно сдали экзамен. Причём не просто успешно, а лучше всех. В истории Эль Кастильо такое происходит впервые. У вас, помимо редкого дара, удивительная способность к запоминанию больших объёмов информации.

— Спасибо, директор, — Лея очень волновалась. Не знала куда деть руки. И от этого волновалась ещё сильнее.

— Завтра в десять утра жду вас в медицинском крыле.

— Это всё, директор?

— Разумеется, нет. Иначе я бы не позвала вас.

Она встала и прошла в соседнюю комнату. Вскоре появилась в дверях с объёмной папкой. Раскрыла её перед Леей на столике. Внутри лежало множество буклетов. МакГрегори с лёгкостью нашла тот, что был нужен.

— Вот, мисс. Вам, конечно, до специализации ещё далеко, но рассмотрите это предложение. Поступить в университет при клинике Сант-Бессетт очень сложно. Поэтому, если решитесь, начинать готовиться нужно как можно раньше.

— Спасибо, директор, но... кажется, моя тётя... не хочет, чтобы я продолжала учёбу в Канаде.

— Обещаю, я поговорю с ней. Если... для вас это тоже важно.

— Угу.

— Что ж, идите отдыхать. Завтра важный день, — директор взяла её за запястье и улыбнулась.

Такой радостью светились глаза пожилой женщины, что Лея едва не расплакалась от нахлынувших чувств. Но когда она шла по лестнице вслед за тьютором, думала вовсе не об университете при клинике Сант-Бессетт, а о старом ржавом ключе от загадочного замка.

 

Лею, как самую младшую из волонтёров, оставили в медицинском крыле. Она должна была сидеть здесь в ожидании пациентов, заполнять документы и улыбаться. В случае острой необходимости — оказать первую помощь. Но для этого ей в напарники оставили Эндрю Миллера. От которого Лея не знала, как избавиться, чтобы завладеть ключом. Хотя бы на несколько минут. Она с тоской смотрела на часы. Турнир уже начался. Нужно действовать.

— Эндрю, хочешь чаю? Я заварю.

— Не голоден, — Миллер поправил очки.

— А я, пожалуй, выпью чашечку, — Лея встала из-за стола. — Не покидай пост.

— Тебе очень идёт халат. Не то что мне... — юноша вздохнул. — Висит, как мешок.

Лея скрылась в кабинете месье Леру. Достала бумагу и карандаш, чтобы сделать чертёж. Открыла дверцу шкафа и... увидела, что ключа нет.

— Лея, чай отменяется. Пострадавшего привели.

Первым пациентом оказался Крис Лейк. Сломал палец на левой руке.

— Неудачно упал, — пояснил мальчишка. — Зато обогнал Дэна.