вы поймете меня лучше, чем кто бы то ни было. А почему вы должны меня понять? Этого я тоже не знаю. Мисс Рэксол, поведаю вам о своей беде кратко: принц Евгений, Великий герцог Познанский исчез. Четыре дня назад я должен был встретиться ним в Остенде[32]. У Евгения были дела в Лондоне, и он позвал меня с собой. Я заранее отправил Диммока, а сам остался ждать Евгения. Но он так и не объявился. Я телеграфировал в Кёльн – место его последней остановки – и выяснил, что Евгений выехал в соответствии с расписанием. Я также узнал, что он проезжал через Брюссель. Вероятно, он исчез где-то между Брюсселем и железнодорожным вокзалом рядом с набережной Остенде. Евгений путешествовал с единственным сопровождающим лицом, и этот человек тоже исчез. Должен вам объяснить, мисс Рэксол, когда исчезает столь важное лицо, как мой племянник, необходимо действовать крайне осторожно. Давать объявления в лондонской «Таймс» нельзя. Исчезновение особы такого ранга следует держать в тайне. В Познани и Берлине уверены, что Евгений сейчас в Лондоне, в этом отеле. Но сегодня утром я получил прелюбопытную шифрограмму от… от Его Величества императора с вопросом, когда Евгения можно ожидать обратно в Познань, с просьбой заехать сначала в Берлин. Телеграмма была адресована мне. Если император думает, что Евгений сейчас здесь, то почему он решил направить шифровку мне? Я раздумывал три дня, больше тянуть нельзя. Я должен предстать перед императором и рассказать ему все как есть.

– Император – ваш правитель, не так ли? «Первый среди равных», как вы его называете.

– Его Величество – наш верховный владыка, – тихо проговорил Ариберт.

– А почему вы не спешите выяснять, где находится ваш венценосный племянник? – без обиняков спросила Нелла, которой это дело виделось простым и ясным.

– Потому что могло произойти одно из двух: либо Евгения, говоря прямо, похитили, либо он по какой-то причине изменил свое расписание и скрылся куда-то, где нет телеграфа, почты и железных дорог.

– А что это за причина?

– Не спрашивайте меня. В истории каждого семейства есть эпизоды… – Принц замолчал.

– И какова была цель визита принца Евгения в Лондон?

Ариберт ответил не сразу.

– Финансовая, – наконец произнес он. – Наша семья очень бедна. Мы вовсе не так богаты, как воображают в Берлине.

– Принц Ариберт, сказать вам, что я думаю? – спросила Нелла.

Она откинулась на спинку кресла и посмотрела на него из-под полуопущенных ресниц. Бледное, худое, аристократическое лицо с гипнотической силой притягивало ее взгляд. В этом человеке безошибочно угадывался принц.

– Если угодно, – кивнул он.

– Принц Евгений – жертва заговора.

– Вы полагаете?

– Я совершенно уверена.

– Но почему? Какова цель заговора против него?

– Ответ на этот вопрос вам известен лучше, чем мне, – сухо заметила она.

– А! Возможно, возможно, – откликнулся принц. – Но, дорогая мисс Рэксол, откуда у вас такая уверенность?

– На то есть несколько причин, и все они имеют отношение к мистеру Диммоку. Вы когда-нибудь подозревали, Ваше Высочество, что этот бедный молодой человек не был вам предан до конца?

– Он был мне полностью предан, – ответил принц с искренней убежденностью.

– Тысяча извинений, но…

– Мисс Рэксол, если бы кто-нибудь, кроме вас, посмел сделать такое заявление, я бы… я бы…

– Заточили его в самом глубоком подземелье Познани? – весело рассмеялась Нелла.

И она рассказала принцу о событиях, которые произошли накануне его приезда в отель.

– Выходит, между беднягой Диммоком и этим малым Жюлем был сговор?

– Сговор, без сомнений, был.

– Это невозможно!

– Ваше Высочество, для того, кто желает раскрыть тайну, слова «невозможно» не существует! И вот как обстояло дело с юным Диммоком. Полагаю, он раскаялся, и это стало причиной его… неожиданной гибели, а потом и похищения тела.

– Почему же мне раньше никто об этом не сказал? – воскликнул Ариберт.

– Монаршие особы редко слышат правду, – ответила Нелла.

Принц был поражен ее хладнокровием, твердой убежденностью и знанием жизни.

– Мисс Рэксол, – произнес он, – позвольте сказать, что я еще ни разу не встречал женщину, подобную вам. Могу ли я рассчитывать на ваше сочувствие и поддержку?

– Мою поддержку, Ваше Высочество? Каким образом?

– Не знаю, – задумчиво проговорил он. – Но вы могли бы мне помочь, если б только захотели. Если женщина умна, она всегда умнее мужчины.

– Ах! – горестно воскликнула Нелла. – Я не так уж умна, однако уверена, что смогу вам помочь.

Что побудило ее произнести это обещание, она не объяснила бы даже себе. Тем не менее Нелла дала слово, и какое-то смутное предчувствие подсказывало ей, что все получится, хотя благодаря какому счастливому случаю – это ей было неведомо.

– Поезжайте в Берлин, – посоветовала Нелла. – Исполните ваш долг. А насчет остального – мы еще посмотрим. Что-нибудь непременно произойдет. Здесь буду я. Здесь будет папа. Считайте нас своими друзьями.

Прощаясь, принц поцеловал ей руку, и потом, когда Нелла осталась одна, она снова и снова прижималась губами к тому месту, которого коснулись его губы. Теперь, обдумывая дело в тишине и спокойствии, она уже не чувствовала прежней уверенности: все казалось странным и фантасмагорическим. Неужели в наши дни возможны заговоры? Разве в Европе случаются таинственные происшествия? Да еще в лондонских отелях?

В тот вечер Нелла ужинала с отцом.

– Я слышал, принц Ариберт уехал, – произнес Теодор Рэксол.

– Да, – только и сказала она. А об их с принцем разговоре не обмолвилась ни словом.

Глава восьмая

Прибытие и отъезд баронессы

На следующий день, как раз перед обедом, в «Гранд Вавилон» прибыла дама в сопровождении горничной и с солидным количеством багажа. Маленькая пухлая старушка с седыми волосами и в шляпке, сшитой по моде прошлых лет, взирала на все вокруг с доброй наивной улыбкой.

Впрочем, чувствовалось, что она принадлежит к аристократии, хоть и не английской. В ее интонациях, когда дама обращалась на ломаном английском к своей служанке – та определенно была англичанкой – отчетливо слышалось высокомерие человека, знающего себе цену, что характерно для дворянства европейского континента. Имя на визитной карточке дамы гласило: «Баронесса Церлинская». Она желала комнаты на третьем этаже. Нелла в тот момент как раз была в конторе.

– На третьем этаже, мадам? – тоном заправского клерка спросила она.

– Я так и сказала: на тгетьем, – повторила маленькая пухлая старушка.

– Мы можем разместить вас на втором.

– Я желаю быть наверху, подальше от пыль и поближе к свет, – объяснила баронесса.

– Но у нас нет апартаментов на третьем этаже, мадам.

– Неважно, пустяки! Наверное, найдутся две смежные комнаты?

Мисс Рэксол стала неумело просматривать регистрационный журнал.

– Номера