вертится по кругу, почти так же, как и во время испытания. Он снова беседует с кем-то, но очень тихо, почти неслышно.

Слышащий дольше всех сопротивлялся воздействию дурмана, но наконец и воля Грынка уступила Белому Цветку. Вождь отрешился от происходящего и замер, только его губы что-то бесшумно шепчут.

Камень медленно встаёт и отходит к сложенным поодаль копьям. Ни у кого из охотников под рукой нет оружия, даже ножей. Камень выбирает копьё и усаживается напротив остальных.

— Нужно следить за ними, — негромко говорит охотник. — Пока Белый Цветок владеет их телами, мужчины беспомощны, как малые дети.

Близость Плывущего Оленя раздражает. При взгляде на его руки, я вспоминаю синяки на лице Вэл-юу, мне очень хочется взять палицу вождя и опустить на эту голову.

Тынг, наверное, улавливает моё недовольство. Он машет рукой, предлагая сесть рядом с собой, и я нехотя соглашаюсь.

— Я обещал Слышащему стеречь ушедших к духам, — веско говорит Камень. — Каждый из них должен увидеть рассвет.

— Да, — соглашаюсь. — Сегодня они беспомощны. Нехорошо, если что-нибудь случится.

— Нехорошо.

— Расскажи про путь к горам.

— На равнине львиная семья, — задумывается охотник. — Большая. Надо спешить, чтобы обойти её. Вы пойдёте по нашим стоянкам. На третий день увидите маленькое озеро. Семья бродит вокруг него. Там ночевать нельзя. Нужно дойти к лесу. В нём, у сожжённого дерева, мы становились на ночлег. Потом пойдёте к горам, но держась на закат солнца, а не на восход. На восходе ещё одна львиная семья, а на закате мы никого не встретили.

— Много хороших камней отыскали?

— Много. Я дам тебе несколько готовых наконечников. Если повстречаете льва, лучше иметь надёжное копьё.

— Ты прав.

— И ещё, — произносит Тынг. — В горах есть люди. Мы видели следы, но не их самих. Наверное, кто-то из племени Кровавых Охотников.

— Они наши враги?

— Ты всё забыл, — сокрушается Камень. — До гор — наша земля. По ту сторону — их земли. Они не должны ходить к нам, а мы к ним. Если встретите их на наших землях, то надо убить.

— Я хочу попросить тебя присмотреть за Шумящей Водой, пока не вернусь.

— Присмотрю, — охотник морщится. — Но пусть она живёт не одна. Пусть ночует у Колючки или у Женщины-Облака, и ходит за дровами только с кем-то из них.

— Думаешь, кто-то может обидеть её?

— Если кто-то силой возьмёт Шумящую Воду, я его убью, — спокойно ответил Камень. — Но если кто-то решит от неё избавиться… Может оказаться поздно. Скажи ей, чтобы она меня слушалась.

— Скажу.

— Твёрдая Рука пойдёт с тобой. Смотри в оба глаза. Волчий Человек поручит ему сделать так, чтобы ты не вернулся.

— Я буду осторожен.

— Твёрдая Рука глуп, но охотников мало.– отвечает Тынг. — Не убивай его. Лучше будет, если вы вернётесь вместе. Нам нельзя больше терять мужчин.

— Я не стану убивать Твёрдую Руку.

— В горах много духов. Слышащий сторожил каждую ночь. Надо жечь яркий костёр и ходить вокруг спящих. Духи подкрадываются тихо и незаметно. Но мы были осторожны, и им не удалось отведать нашей крови.

Молча киваю в ответ. Тынг снова произносит:

— Видящий Тень будет старшим из охотников, но он не опытен. Доверяй только себе, Красный Топор. Жаль, что ты ничего не помнишь.

— Жаль.

Лат что-то выкрикивает, и Камень резко поворачивается к нему.

Сидеть и караулить одурманенных мне не хочется. Убедившись, что Тынг в любом случае останется их сторожить, говорю:

— Мне нужно уйти сейчас. Я вернусь на рассвете.

Камень ухмыляется:

— Колючка стара. Добрая тебе не нравится… Я догадываюсь, к какой из женщин ты торопишься.

— Не думаю, что ты догадался.

Тынг скептически хмыкает.

— За кем из них, — добавляет он очень тихо, — мне нужно присмотреть особенно хорошо? За ним? — охотник легко кивает на Плывущего Оленя.

— Не угадал.

— Только не говори… — Тынг кивает на вождя и лицо его хмурится.

— Нет. Я же говорю, что ты не догадаешься.

Тынг удивляется. Он обводит взглядом охотников. Возможных женщин остаётся трое — Нёла, Улга и Муна. Тынг сразу отметает жену Видящего Тень, и переводит глаза на Живущего в Воде.

— Нить? — тихо спрашивает он.

— Не угадал.

— Земля? — несказанно удивляется охотник. — Но ведь она старая!

— Не всегда это плохо, — улыбаюсь. — Старая, значит, опытная. Но ты ошибся, друг. Это не Земля.

— Бабочка? — Тынг пренебрежительно морщится.

— Ты спрашивал, за кем смотреть, — я киваю на охотников. — За ним, — рукой указываю на Лата.

— Но у Тапира нет женщины!

— Да, но есть Рождённая Весной. Тапир не одобрит, если застанет меня в объятиях своей матери.

Камень открывает рот. Он изумлён до крайности, но тут выдержка меня подводит, и я фыркаю от смеха.

— Я не мог поверить, — говорит Камень, смеясь. — Рождённая Весной! Да ты бы лучше взял медведицу вместо неё! У медведицы хоть иногда бывает хорошее настроение.

— Пойду, — улыбаюсь. — Ты сам понимаешь, нельзя заставлять её ждать.

Камень только машет рукой, но уже не смеётся. Он бросает взгляд на Плывущего Оленя и тут же глядит на меня.

— Жёлтое Дерево, — почти неслышно произносит Камень. — И не говори, что это не она.

— Не скажу.

— Иди, — ухмыляется охотник. — До рассвета немного времени. А ты должен вернуться раньше. Белый Цветок скоро потеряет власть над ними.

Глава 26

Ухожу, хоть Жёлтое Дерево меня не ждёт. Но с ней нужно поговорить. Вот только подобраться к её шатру просто так не получится. Чаг бдительно стережёт лагерь. Он носит копьё и тяжёлую палицу, мерно обходя стоянку. Завидев меня, двоюродный брат удивляется и подходит к горящему костру напротив шатра Грынка.

— Слышащий сказал, вы вернётесь утром, — Чаг смущён и растерян. — У меня всё спокойно. Только волки вертелись у ремней с мясом, но я отогнал их.

— Слышащий не присылал меня, — говорю достаточно громко. Неподалёку шатёр Плывущего Оленя, и я надеюсь, что Жёлтое Дерево услышит мой голос. — Я сам пришёл, почти-брат. Узнать, не нужна ли тебе помощь. Но вижу, что ты хорошо справляешься. Ты