— Он не способен понять, как ему повезло.

— Он другой. Не такой, как ты. Он считает, что мной нельзя гордиться.

— Ты так и не ответила, Жёлтое Дерево.

— Ты станешь хорошим охотником. Я вижу. Сможешь собрать выкуп и выбрать любую из девушек. Она родит сыновей твоей крови. Глупо брать меня.

— Ты тоже родишь мне сыновей.

— Рожу, — Вэл-юу кивает. — Но будет ещё два чужих. Тебе это ни к чему.

— Я сам решаю, кто мне нужен. Ответь, Жёлтое Дерево, если я захочу взять тебя своей женщиной, ты согласишься?

— Да! — выдыхает она. — Разве я в силах отказаться? Я живу, пока ты глядишь на меня! Я не думала, что могу нравиться!

Кожаное платье летит в сторону, и Вэл-юу развязывает мой пояс. Она улыбается, лаская руками, и маня за собой, опускается на траву.

Ночь не похожа на другие. Словно мы видимся в последний раз. А впрочем, может, так и есть. Никогда нельзя рассчитывать надолго. Смилодон сожрёт меня, или я угожу в львиные когти… А может с Вэл-юу что-то случится…

— Если я не вернусь, — тихо говорю ей. — И тебе будет нужна помощь, попроси Камня. Скажи, что я просил помогать тебе.

— Он не поверит.

— Поверит, не сомневайся.

— А если он не захочет помочь?

— Скажешь, что я снова приду из темноты и тогда заберу его с собой.

— Это колдовство! — пугается женщина. — Я не могу так говорить!

— Не говори. Я сам скажу ему заранее.

— Он твой друг, — Вэл-юу качает головой. — Но вы разные. Он очень злой, а ты — нет.

— Камень не злой. Ты просто не знаешь его.

— Он убил двоих женщин!

— Хватит о нём! — притягиваю к себе Вэл-юу. — Скоро рассвет.

— Да, — женщина прижимается что есть силы. — А со следующим рассветом ты уйдёшь за реку! Но знай, я буду ждать! И стану просить у Матери лёгкой дороги для тебя.

— Ты хорошая.

— Нет, плохая! Я лгу своему мужчине. Я лгу всем. Только с тобой я говорю правду.

— Потерпи. Скоро мы будем вместе и тебе больше не нужно будет лгать.

— Ты не обманешь?

— Не обману.

Вэл-юу шепчет ласковые слова. Она просто воплощение нежности, и я снова тянусь к ней.

— Да, — женщина становится серьёзной. — Бери меня ещё раз. Я стану носить твоего сына. Я больше не хочу рожать детей от Плывущего Оленя.

* * *

Следующий день проходит в сборах. Хоть Видящий Тень и протестует, желая отдыхать ещё сутки, но Слышащий неумолим. Мы с Ньив-ирном всецело поддерживаем вождя, а Лату и Васку всё равно. Потому Видящий Тень умолкает, и грустная Бабочка печально глядит за сборами мужа. Охотники сами собирают вещи в дорогу.

Твёрдая Рука, наверное, насмотрелся в видениях на желанную девушку, и теперь просто не находит себе места. Он проверяет оружие, укладывает в сумку вяленое мясо, запасные наконечники и прочие мелочи.

Мне приходится нести самый неудобный груз. Длинный лук, колчан со стрелами и заготовками, четыре дротика и копьеметалка, наконец, тяжёлое копьё и кожаная сумка с разными припасами. Переправить это через реку, не намочив, будет непросто. Придётся ходить дважды.

У Ньив-ирна оружия не меньше, хоть и нет лука. Зато мой почти-брат тащит два тяжёлых копья, палицу и целую связку дротиков.

Лат с Васком пытаются подшучивать над нами, но я говорю им о львином прайде и парни стихают. Каждый из них решает, что следует прихватить ещё парочку дротиков.

Видящий Тень вооружён не легче остальных. Он наслушался рассказов Грынка о человеческих следах, и судя по всему, опасается Кровавых Охотников.

Та-шиа нехотя соглашается делить жилище с Амырой. Она даёт обещание, но весьма недовольна. Я поручаю Солнечному Лучу присматривать за сестрой, и в случае чего, спешить к Камню.

— Когда-нибудь я тоже стану охотником, — произносит мальчишка. — У меня будет лук, дротики и копьё!

— Лук будет у тебя раньше, — улыбаюсь. — Когда вернусь, я сделаю тебе его.

— Правда?

— Да. Но только не угоди в чьи-то когти. Постарайся не ходить с охотниками, пока я не вернусь.

— А если они позовут?

— Скажешь, что занозил ногу и не можешь быстро бежать. Пойми, чтобы стать охотником, надо дожить до этого дня.

— Я понимаю.

— Вот и не забывай.

Мальчишка кивает. Он здорово поумнел, и теперь понимает, почему почти всегда выбирают его.

Мы едва дожидаемся рассвета. Как только показывается солнце, уходим к броду. Он глубокий, и приходится нести вещи над головой.

Вода поутру обжигает прохладой. Ступаю в неё, следуя за Видящим Тень. Мы переносим половину груза, и возвращаемся за второй.

Женщины стоят на берегу, провожая нас. Нёла стесняется обнять мужа при всех, но всё же шагает к нему. Муна убеждает Ньив-ирна вести себя осторожно, а Тэла, матушка Васка, умоляет сына вернуться.

Рождённая Весной тоже здесь. Но в отличие от других матерей, не подаёт виду, что боится за сына. Она не даёт советов Лату, а просто глядит на него. Но я знаю, Рождённая Весной очень переживает, просто считает, что ни к чему показывать свои эмоции.

Та-шиа бросается мне на шею. Кто-кто, а сестра сейчас не думает о мнении окружающих. Она тихонько шепчет на ухо:

— Возвращайся! Я тебя очень жду!

— Я вернусь, — улыбаюсь. — И принесу тебе новые шкуры.

— Будь осторожен, — шепчет сестра. — Мне не нужны шкуры. Мне надо, чтобы ты остался жив.

Снова проходим брод и останавливаемся на противоположной стороне. Не сговариваясь, оборачиваемся, и глядим на провожающих.

Вдалеке я вижу женскую фигуру. Она что-то стирает в воде, и будто не замечает нас. Но я уверен — это Вэл-юу пришла меня проводить.

— Пойдём! — нетерпеливо произносит Твёрдая Рука. — Ну сколько можно прощаться!

Тропа уходит в пойменный лес, и обернувшись, я бросаю последний взгляд на Вэл-юу.

— С Шумящей Водой всё будет хорошо, — говорит Лат, идущий следом. — Мы скоро вернёмся.

Ньив-ирн усмехается, заслышав его слова. Почти-брат не собирается возвращаться без шкуры смилодона, но остальные ещё не знают об этом.

— Вернёмся, — отвечаю Лату. — Обязательно.

* * *

Конец первой книги.

Nota bene

Книга