- Что-нибудь хочешь, рыженький? Дышать не больно? Тебе можно пить, сейчас принесут.

  'Я этот первый день запомню, - начертил ему Рыжий на ладони. - Весь. Навсегда'.

  Илан улыбнулся.

  - Он еще и не закончился, солнце. Еще покувыркаемся, будь здоров.

  Рыжий вздохнул, насколько способен был перевести дыхание.

  - Девушку с тобой оставляю на ночь, - сказал Илан. - Красивую. Чтобы тебе не грустно было.

  Рыжий высвободил руку из пальцев Кайи, потянулся к ней и безошибочно попал на грудь. И слепым, и зрячим путь один.

  - Молодец, - сказал Илан, перекладывая его ладонь Кайе на плечо. - Отлично прицелился. Теперь боюсь ее с тобой оставлять. Не нашалите мне тут ночью.

  Кайя беззвучно смеялась. Зашел с пеленками Неподарок, сообщил:

  - Доктор, вас очень ждут.

  - Ведите себя хорошо, - попросил Илан и кивнул Неподарку: - Пойдем.

Глава 28

 Часть 3

   Могло быть и хуже

  Противостояние в широком госпитальном коридоре разворачивалось нешуточное. Дело происходило на небольшом удалении от палаты Рыжего, ближе к предоперационной, где на стене висели две большие лампы. По одну сторону, ближе к палате, подступы занимал Обморок, разительно отличавшийся от прочих в простой белой рубахе, рядом с ним возвышался новый для гостей из посольства человек - во всяком случае, Илан его ночью после операции не видел. Не заметить его в прошлый раз было невозможно, он на голову возвышался и над Обмороком, и над любым другим представителем Хофры. При этом был худой, с согнутой спиной и уставший до измождения, словно только что с корабля в бурном море или с тяжелых работ. За спинами их собралось хофрское посольство. Но не как в прошлый раз. Всего человек десять, из них только одна женщина, и та завернута в покрывало с ног до головы. Стоят плечом к плечу, как уличная банда перед дракой.

  Вторая сторона, напиравшая от входа в отделение, вела себя свободнее, без натянутого, словно струна, напряжения. Сразу заметно, что они у себя дома. На шаг впереди всех кир Хагиннор, опираясь вытянутыми руками на трость. За ним Намур, секретарь Намура, несколько знакомых лиц из адмиралтейства и человек пять незнакомых. А чуть в стороне и совсем за спинами Илан разглядел и таргского государя, который старательно делает вид, будто он здесь никто, ничто и звать никак, случайно оказался и к делу никакого отношения не имеет. Еще и Мышь с ним рядом, бледненькая, возбужденная и вертит головой, как костяной болванчик.

  Плащи по обе стороны мокрые, обувь грязная, на полу вода. От утреннего ветра над Арденной опять разыгралась какая-то снежная, дождевая или ледяная круговерть, про которую Илан знать не знает. Ему не то, что выйти за порог некогда, он в окно посмотреть времени не находит.

  Неласковая беседа между сторонами шла на ходжерском.

  - Я не требую от вас щедрых поступков мне навстречу, - говорил кир Хагиннор. - Я хочу только чтобы вы имели мужество и называли вещи своими именами, кошку кошкой, а войну войной.

  - Никакой войны нет, - нехорошо наклонял голову Обморок.

  - А то, что происходит у вас, называется кратким рассогласованием между правящими домами, или как-то иначе?

  - Наше внутреннее дело, мы решим его между собой!

  - Ну-ну. Когда вы между собой наконец договоритесь, и если когда-нибудь договоритесь, я не обещаю вам, что мы будем ваши договоренности исполнять. Мне сейчас не интересно, кто что будет решать, и что делить у вас. Но если вы считаете, что мы не хотим принимать в этом участие и позволим Хофре решать за нас, с вашей стороны это серьезная политическая ошибка!

  - Есть общие для нас и вас положения, и эти положения начали нарушать не мы!

  - Важная постановка вопроса, - усмехнулся кир Хагиннор. - Мы не вмешиваемся в ваши дела. Мы ведем себя прилично, особенно у себя же дома. Но, заметьте, посланник Ариран, мы не скрываем как своих интересов, так и того, что у Ходжера достаточно сил, чтобы ответить! Хофра не сможет вести войну и внутри себя, и с внешним противником одновременно и до победного конца!

  - Ходжер тоже не сможет!

  - Ходжер не вел ее и не ведет! Я всего лишь обязан вас предупредить, что будет. Если вдруг. На вашем месте и на месте Хофры в целом я бы сейчас успокоился. Мы готовы к переговорам. К разговору. И либо вы для нас полноценная сторона с открытой и ясной единой позицией, либо вы не знаете, чего хотите, сегодня одно, завтра другое, вам все позволено, и вы не смотрите, куда вас понесло. Но тогда и наши руки развязаны! И в этом случае никаких положений никто соблюдать не будет!

  - Не нужно угрожать! - вякнул было Обморок, но высокий усталый человек взял его за плечо.

  Илан, который не знал, что с этим делать, но ясно осознавал необходимость прекратить перепалку, наконец, собрал в себе решимость, вышел между противостоящими группами, поднял руки и тоже по-ходжерски сказал:

  - Господа, давайте прервемся. Здесь не место для политических обсуждений, здесь нельзя шуметь и беспокоить больных. Пожалуйста, разойдитесь и не спорьте!

  Высокий шагнул к Илану:

  - Вы старший хирург? В-вы... позволите воспользоваться вашей операционной? Оч-чень нужно.

  - Что случилось?

  - П-повторная срочно. П-перитонит.

  - Ну, так скорее. Давайте.

  - С к-корабля уже сняли. П-привезут.

  Кир Хагиннор негромко фыркнул у Илана за спиной и перешел на таргский:

  - Вообще-то я хотел выразить сочувствие, но ведь заел меня, щенок.

  Обморок сделал вид, что это не про него, и высокомерно отвернулся.

  - Посланник Ариран, вы можете вернуться в палату, - разрешил ему Илан. - Только всех с собой не зовите. Достаточно кого-то одного, и чтобы разулся и ничего не трогал.

  Высокий поблагодарил Илана поклоном и двинулся за Обмороком следом. В палату вторым пойдет, видимо, он. И он, похоже, хофрский доктор. С