прижалась к нему, ее грудь сжалась, когда она прошептала:

— Мне следовало просто убить ее в Агрипе. — Сознание Талии перенеслось к ее матери, похороненной в Хаменосе. Хотя их отношения были натянутыми, она была последней родней Талии. Талия надеялась, что она обрела покой, куда бы ни отправилась. Что, возможно, в следующей жизни ее ненависть не будет связывать ее так, как в этой.

Пальцы Кассия сжались на ее талии.

— Ты сделала то, что должна была, чтобы вытащить нас оттуда.

Талия покачала головой, горло сжалось.

— Если бы я просто убила ее, все существа умерли бы здесь и сейчас. Кто знает, начался бы пожар вообще. Ты бы не пострадал. Ты бы не… не умирал…

Кассий взял ее за подбородок, поднимая его к своему.

— Не зацикливайся на прошлом или на том, что могло бы быть. — Его большой палец кружил по ее щекам, собирая слезы. — Мы оба здесь. Мы оба живы. Вот что важно.

Талия кивнула, прижимаясь головой к его груди. Она могла слышать его сердцебиение, чувствовать подъем и опускание дыхания в его легких.

Живы.

— Но будет непросто, — сказал Кассий. — С дворами.

— Я знаю. Я и не жду, что будет легко.

— То, что ты — лекарство, должно помочь, — задумчиво сказал Кассий, проводя пальцами по ее волосам.

Талия усмехнулась.

— Я надеюсь.

Она слегка отстранилась.

— Я хочу начать сначала, с дворами. — Кассий приподнял бровь, когда она продолжила. — Я хочу заслужить их доверие — по-настоящему. Сколько бы времени это ни заняло, сколько бы сопротивления ни было. Я хочу увидеть этот мир — я хочу увидеть, как Ваккариум процветает. Я хочу увидеть, как Агрипа процветает.

Хотя Талия не знала, признает ли Агрипа ее правление, учитывая, что она приложила руку к убийству собственной матери.

Но несмотря на трудную битву, с которой она столкнулась с дворами, часть тяжести спала с ее плеч.

Это было то, что ей было суждено делать. Это было то, как она выполнит свою клятву — не местью, а тем, что будет жить и увидит то, что хотела увидеть Ариадна: их два мира вступят в эпоху мира.

Талия внезапно повернулась к Кассию.

— Но мне понадобится твоя помощь.

Кассий даровал маленькую улыбку.

— Я всегда твой. Что бы ни случилось.

Талия подняла подбородок.

— И если до этого дойдет, будешь ли ты сражаться за меня, если я попрошу?

— Я умру за тебя.

Его губы прижались к ее, и она позволила себе утонуть в его поцелуе.

Она отстранилась, ее рука лежала на его груди.

— У нас впереди целая жизнь. Давай не будем пытаться умереть в ближайшее время.

— Согласен.

— Когда ты согласился быть представителем, — сказала Талия, глядя на кольцо на пальце, — ты согласился жениться на мне сам, учитывая, что принц так и не смог?

Кассий сглотнул.

— Да. Я всегда — я всегда знал, что это будешь ты, что бы ни случилось.

Горло Талии сжалось, и она перевела взгляд на его.

— Тогда примем клятву официально? — При приподнятой брови Кассия она продолжила: — Пойдем к источникам и поклянемся, что, какой бы мрак ни пришел, даже если мы сами станем тьмой, мы будем рядом друг с другом? Что мы встретим все испытания, которые принесет эта эпоха — вместе, две души, переплетенные.

Кассий взял ее за подбородок.

— Принцесса, я хочу этого больше всего на свете.

Талия улыбнулась, прижимаясь губами к его, их безмолвная клятва была крепче железа.

Эпилог

Три месяца спустя

— Клянусь, ты вообще слушаешь?

Талия дернулась, ударившись коленом о край стола в своем кабинете. Она зашипела, тряхнув головой, пытаясь прояснить мысли. Но это было довольно трудно, учитывая ощущение, которое сейчас поднималось по ее бедрам.

— Что?

Камилла стояла перед ней, золотистые глаза сузились. Она держала в своей темной руке кремовое письмо, но Талия не могла разобрать сургучную печать.

— Я сказала, что Дом Галлинус не будет присутствовать на твоей коронации.

Талия снова покачала головой, пытаясь успокоить учащенное сердцебиение.

— О. — Она проигнорировала вздох, доносившийся из-под стола. Ее пульс участился.

— Как ты хочешь, чтобы я ответила? — Камилла наклонила голову.

Талия замолчала, закусив внутреннюю сторону щеки. Дом Галлинус, казалось, был более против ее предстоящей коронации, чем любой другой Дом. После того как Лорд Адриан отполз обратно в Куписко, он вел себя… тихо. Но это не означало, что завоевать другие Дома было легко, даже несмотря на то, что лекарство теперь распространялось по Ваккариуму, а укушенных Вампиров исцеляли. Потребовались месяцы и бесчисленные встречи с другими Домами, чтобы вернуть некоторую степень их доверия. По крайней мере, сейчас они, казалось, смирились с тем, что она станет правительницей Ваккариума, но ей предстояло еще долго идти, если она надеялась, что ее когда-нибудь будут воспринимать как их истинную правительницу.

Потом. Она займется этим потом.

— Просто оставь, — наконец сказала Талия. — Я разберусь… — Она резко вдохнула, пальцы сжали подлокотники кресла. Маленькие огоньки вспыхивали на ее коже, раскаляя ее нутро. Она попыталась сжать бедра, но там было давление, которое в данный момент удерживало их раздвинутыми.

Камилла приподняла бровь, но положила письмо на стол. Прежде чем уйти, оборотень повернулась.

— О, скажи Кассию, чтобы поторопился. Завтра прибудут Дома, а нам еще многое нужно подготовить.

Она ушла, закрыв за собой дверь в новую спальню Талии.

Талия оттолкнула кресло, задрав подол платья.

— Ты не мог подождать, пока она уйдет?

Кассий откинулся на пятки, на его губах блеснул слабый намек на клыки.

— И упустить то малое время, что у нас есть, пока не начался этот дурдом? — Талия сверкнула на него взглядом, и он усмехнулся. — Прости меня, Принцесса, за желание убедиться, что ты полностью расслаблена и о тебе позаботятся перед коронацией.

Он снова наклонился вперед, синие глаза с такой решимостью, что Талия подавила желание снова раздвинуть ноги.

— Камилла права, — выдавила Талия, глядя на письмо на столе. Кассий замер. — Нам еще столько нужно сделать до прибытия остальных дворов.

Кассий перевел взгляд наверх, вызов был очевиден на его красивом лице.

— Хорошо, что я работаю быстро.

Талия не смогла сдержать усмешку, появившуюся на ее губах. Кассий начал отодвигать складки ее платья, но она остановила его.

— Как мне ответить?

— Никак.

Талия сжала его запястье, заставляя снова обратить внимание на себя.

— Я не могу не ответить, Касс. Все Дома были созваны. Дом Галлинус решает проигнорировать — проигнорировать меня.

Брови Кассия нахмурились, но он встал, взяв письмо, оставленное Камиллой. Он прислонился к столу, просматривая содержимое.

Наконец он сказал:

— Что ж, Лорд