бы нечестно по отношению к нам обоим. Я хочу, чтобы ты меня простил… конечно, я хочу твоего прощения, но не до того момента, пока ты не узнаешь правду… пока я не дам тебе ответы, которые ты заслуживаешь.

Ты был прав, когда сказал, что я не была собой в январе, дорогой, и ты был прав еще в одном. Я не влюбилась в Майка. Я не влюблена в Майка и не выбрала его вместо тебя. Наверное, это не имеет смысла, и я, наверное, все порчу, рассказывая это сейчас, но я больше не могу лгать себе, дорогой, а ты заслуживаешь правду.

У меня так много секретов, Дерек. Они меня разрушают, и тебе нужно это знать… О боже, не могу поверить, что пишу это… Наверное, лучше начать с самого начала:

Помнишь, когда мы впервые встретились? Я ответила на объявление, которое ты и Кайл повесили на студенческую доску объявлений в C.U.:

ТРЕБУЕТСЯ: Женщина-сожитель с хорошей фигурой, для совместного проживания с двумя первокурсниками. Желательно одна, курящая, и БЕЗ ДРАМ. Звонить Дереку 555—38474

Помню, как я позвонила тебе, чтобы проверить, такой ли ты засранец, как подразумевалось в объявлении, и, как оказалось, такой и был. Я влюбилась в твое чувство юмора по телефону в тот день. И когда я переехала, я не видела Кайла или других парней. Мое сердце остановилось, когда я впервые увидела тебя.

Твои глаза!

Дерек, ты должен знать, что у тебя самые завораживающие зеленые глаза, которые я когда-либо видела. Мне было восемнадцать, и когда ты смотрел на меня, одних только твоих глаз хватало, чтобы прожечь мое сердце насквозь. И когда ты улыбнулся мне в коридоре… О, Дерек, когда ты улыбнулся, я была твоей. Я никогда не говорила тебе этого, потому что тогда особо не думала об этом, но правда в том, что я твоя с первого курса.

Ты стал моим лучшим другом, Дерек. Ты был первым мужчиной, который обращался со мной как с настоящим человеком, а не просто с моделью. Ты хотел меня настоящую, внутреннюю, и ты заставлял меня это знать. Ты бросал мне вызов каждый день. Ты относился ко мне как к равной, заставлял чувствовать себя единственной девушкой на свете, заставлял меня смеяться до боли в боку над твоими шутками, я набирала четыре фунта от твоей готовки, а потом ты нанес удар в самое сердце, когда проиграл тот дурацкий спор в ночь моего дня рождения. Ха, ты всегда был ужасен в покере. Я до сих пор не верю, что ты это сделал… Мне так нравилось, что когда ты спросил, почему я выбрала пингвина, ты не рассмеялся. Ты даже не протестовал. Я была поражена. Я помню, что ты сказал, когда я объяснила свой выбор животного. Ты сказал… ты сказал, что не против, чтобы я оставила свой след на твоей заднице — что тебя не волнует, потому что однажды ты оставишь свой след на моем животе нашими детьми… А потом ты вышел на улицу, перепрыгнул через садовую стену и украл камешек с соседского двора.

У меня он до сих пор.

Он в моем кармане, пока я пишу это. Наверное, это заявление ведет меня к моему признанию…

Я многому научилась за последние несколько месяцев. Я поняла, что время не лечит. Оно лишь держит рану открытой. Правда лечит. Так вот моя правда…

Помнишь, когда мы ели те сомнительные ягненковые кебабы по дороге из Луизианы? Мы оба два дня подряд тошнили… Я же тебе говорила, что место выглядит гадко, но ты меня не слушал… Извини, я отвлекаюсь… Пищевое отравление, наверное, повлияло на мою таблетку. Я была беременна в январе, Дерек, и, как ты, наверное, догадался, сейчас уже нет.

У меня был аборт, Дерек.

Я прервала нашу беременность, и я не могу это отменить. Я не могу исправить то, что сделала. Если бы могла, сделала бы, но так не работает. Пожалуйста, не переставай читать. Я знаю, что ты злишься, но прошу тебя дочитать это письмо.

Мне жаль. Мне так жаль. Я ужасно, ужасно извиняюсь… Я знаю, что нет слов, чтобы загладить это. Я понимаю это и не ищу сочувствия. Мои действия непростительны. Ты, вероятно, никогда больше не захочешь меня видеть — и это понятно. Я понимаю, если ты меня ненавидишь. Но тебе нужно знать мои причины… нет, мои оправдания. Это самое честное слово. У меня не было причин. У меня были оправдания.

Я узнала за день до Рождества, что задержка менструации была пару дней, и утром на вечеринке сделала тест. Я собиралась тебе сказать, хотела сказать, но потом Ли заболела, Кайл пропал, а ты так разозлился на Кайла за то, что он был, и я цитирую, “чертовски безответственным”… Все, о чем я могла думать тогда: «Ли и Кайл ждут ребенка. В их возрасте. В нестабильных отношениях». Помню, как ты часами ругался на Кайла за то, что он был без защиты. Ты был так возмущен его поступком, что я едва могла крикнуть: «Сюрприз, я тоже беременна». Ужас… Мы стояли на пороге выпуска. У нас было удивительное будущее, а все это испортили кебабы и один телефонный звонок…

Утром после Нового года, утром, когда я взорвалась на тебя (я знаю, ты помнишь это утро, потому что после того, как я бросила твой телефон тебе в голову, я вернулась в твою комнату, разрезала задницу твоих лучших джинсов и накормила Брюно твоей полкой с едой, а заодно сожгла твое задание по философии), я собиралась тебе сказать. Когда я наконец собралась с духом, чтобы рассказать (я думала, что лучше сказать это, пока ты в душе, потому что если ты вспотеешь, вода остудит тебя), зазвонил твой телефон. Держись…

У тебя есть ребенок, Дерек. Девушка из твоего родного города в Айдахо утверждает, что ты отец ее трехлетнего сына. И это правда. Я знаю это. Я слышала это в ее голосе. Ее слова были жестокими, пыткой для слуха, но она говорила только правду. Она знает о тебе вещи, Дер, которые заставляют меня задуматься, насколько близки вы были до того, как встретили меня. Я знаю, что она любит тебя, Дерек. Она сказала мне это, когда я ее отругала. Она рассказала мне все. О том, что ты знаешь ее всю жизнь. О том, что твои родители лучшие друзья, а ты лучший друг ее брата. О том, что она совершила ужасную ошибку,