– А вы знаете меня, сестру и моего мужа? Откуда?

– Ты же знаменитость, гордость училища. Тебя все знают, – Марида поперхнулась компотом. – Мы давно с тобой познакомиться хотели.

– А тут и повод нашелся, – криво усмехнулась Марида.

– Извини, – девчонки смутились. – Мы все равно бы подошли. И без этого повода. Просто несправедливо. Сестра, называется. Она за твоей спиной к твоему мужу лезет, а сама награды за тебя получает.

– Ладно, проехали эту тему. Закрылась лавочка с мужем и наградами, – Марида хотела встать и уйти, но вовремя вспомнила, что идти ей некуда. И осталась сидеть. – Все у вас?

– Пойдем к нам, мы тут в общаге живем. Столовка скоро закроется. А у нас есть к тебе предложение. Обсудим.

– Пойдемте, – Марида пожала плечами. Она чувствовала себя флюгером, куда ветер подует, туда он и поворачивается. А еще без телефона возникло ощущение неуязвимости. Никто не позвонит, орать не будет и не найдет. Телефон не выдаст ее местоположение. А если Чарли не совсем дурак, к ее родителям он не сунется. Это ж себя опозорить, признаться, что жена его побила и сбежала.

Глава 7. На грани

Глава 7. На грани

Девчонки с севера жили в просторной светлой комнате. Все необходимое для жизни, и даже сверх, присутствовало: кровати и тумбочки, стол и стулья, диван, телевизор и холодильник. На окнах висели яркие занавески. Имелись и вазы, и цветы, и полки, заставленные книгами и безделушками, и картины на стенах. Пейзажи с северной природой. Чувствовалось, что хозяйки свой временный дом любят. А Марида толком не привыкла к квартире, в которой жила с Чарли.

– Капитально вы устроились, – Марида была приятно удивлена общаговским жильем. Она, как городская, в общагу не заглядывала.

– Это родственники постарались. Они к нам приезжают в гости за покупками по очереди. Спят на диване.

– На таком диване и я бы с удовольствием поспала, – Марида уселась и как маленькая попрыгала на диванных подушках. – Красота.

– Так спи, – предложила Акмоль. – Оплатишь натурой.

– Чего? – фыркнула Марида. – Какой еще натурой.

– Не натурой, а бартером, – поправила Имрына. – Нам нужен куратор из старшекурсников. Сама же знаешь, на творческий экзамен без куратора не возьмут. Мы сразу о тебе подумали.

– Правда могу у вас пожить? – Марида не верила своей удаче. – Еще бы никто не пронюхал про это.

– Конечно! Живи! – Акмоль с Имрыной скакали по комнате как зайцы, сшибая стулья. – Мы никому не скажем. Кормить тебя будем.

– Да хватит вам, уймитесь. Не понимаю вашего восторга. Вам все равно бы назначили куратора.

– Тебе не понять. Ваш клан все захватил, не пробиться никуда таким, как мы. Из глубинки, без связей, без навыков. И куратора нам такого же дадут. Деревенщину. Картошку сварить да кисель. А ты кулинарный гений.

– Да? – с этой стороной жизни Марида знакома не была. Как пробиваются иногородние, без родственников и связей.

– Уж поверь, – девчонки смотрели на нее с неподдельным обожанием. Они буквально гордились знакомством с ней.

Марида никогда не считала ценностью свою поварскую семейственность. Порой ее даже угнетало, что никакого выбора ей не оставили. Что постоянно сравнивали с каким-нибудь дядей или внучатым племянником. Это зависело от возраста собеседника. Кого тот знал или помнил, с тем и сравнивал.

Предки накачали кровь Мариды плотной кулинарной сутью, она родилась с умением сочетать продукты и разбираться в приправах. Никаких стараний она не прикладывала, чтобы изысканно и вкусно готовить. Это было как дышать. Разве за то, что дышишь, восхищаются?

– Так и быть. Помогу вам с творческим экзаменом. Все равно время освободилось. Я сегодня с корпоративного конкурса снялась.

– Ты? Снялась? С такого конкурса? Ну, ты даешь! Да кому ж в нем участвовать, как не тебе, – заорали, перебивая друг дружку Имрына и Акмоль.

– Римада заявила нас вместе, а я не хочу с ней.

– Так сама заявись.

– Сама? – такое в голову Мариде не пришло. – А команда? Одной не справиться.

– Так мы. Мы твоя команда, – глаза девчонок засверкали от воодушевления. Дикая пляска повторилась. – Завтра же заявку подадим. Тебе ничего не придется делать. Только указывай.

– Можно попробовать, – сдалась Марида. – Мои медицинские справки у Римады остались. Заберете? Я с ней видеться не хочу. Мне бы дня три отсидеться. Чтобы меня не нашли.

– Заберем! – ее чудом возникшая команда была готова на все. – Ты не открывай никому, отсиживайся. Диван твой и все наше в твоем полном распоряжении.

Имрына и Акмоль давно заснули, а Мариде не спалось, она пыталась переосмыслить события дня. Как странно у нее все получается, ровно, ровно, а потом бац, взрыв, и мир переворачивается. Кажется, что все пропало, а оно только к лучшему. Если бы еще Тан нашелся, вздыхала Марида, тогда ей вообще нечего было бы просить у судьбы.

Римада не была бы собой, если бы не захотела подпортить Мариде жизнь. Когда Римада узнала, что сестра отказалась быть ее помощницей на конкурсе, она внешне отреагировала спокойно. Пообещала девчонкам отдать медицинские справки Мариды. И тянула до последнего дня.

Когда все-таки принесла, оказалось, что справки просрочены. Они были получены для предыдущих конкурсов, о чем, Римада, конечно, умолчала, а Марида и не помнила. Может, и была подходящая по срокам справка, но Римада ее не отдала. Акмоль огорченно смотрела на Мариду, чувствуя себя виноватой. Имрына грозилась украсить физиономию Римады парочкой фингалов, только проблему это не решало.

Виновата была в первую и последнюю очередь сама Марида. Правильнее было бы не ждать справку от Римады, а получить новую. Но страх встретить Чарли и увязнуть в разборках сыграл свою роль. Марида просидела взаперти в общаге, думая о конкурсном меню и Нейтане, и все проморгала.

Развод для Мариды был главнее всего. Если ее не пустят на конкурс, она переживет и работу найдет, а вот брачную кабалу она желала разорвать до нервной дрожи. Хотя, жаль было упускать возможности, и больше даже из-за новых подруг. Которые отнеслись к ней лучше, чем родственники.

Мариду приютили, прятали, кормили, бегали со всеми заявками и продуктовыми списками. Начинающим поварам, жаждущим развития и признания, конкурс был очень важен.