золотых искр. Полина восторженно ахает, хлопает в ладоши и подпрыгивает. Откинув голову, заворожённо наблюдаю за представлением. В глазах Егора отражаются разноцветные огни, а на моих губах играет лёгкая улыбка.

С разных сторон деревни кто-то также запускает салюты...

Фейерверк гремит, рассыпаясь в небе целым каскадом красок. Зелёные пальмы, красные хризантемы, серебряные кометы – всё это на мгновение преображает деревенскую ночь в сказочный мир. Каждый залп словно раскрашивает лицо Егора, делая его счастливым и немного смущённым. Он украдкой смотрит на меня.

Что он надеется прочитать в моих глазах? Хоть бы намёк получить на ответ его робким надеждам...

Я заворожённо наблюдала за искренним восторгом Полины. В эти мгновения мне кажется, что вижу настоящее счастье – чистое, неподдельное, как свежий снег под ногами. Девочка, радостно подпрыгивающая и хлопающая в ладоши, напомнила о той беззаботной поре, когда мне само́й мир казался огромным, полным чудес и волшебства.

Но самое сильное впечатление, конечно, произвёл сам Егор. Я видела, как мягко и заботливо он относится к дочери. В его глазах, когда он смотрел на Полину, читалась такая любовь и преданность, что у меня невольно щемило сердце. Он был не просто отцом, он был её миром, её защитником.

Фейерверк, разрываясь в небе, словно освещал и мои собственные чувства, заставляя задуматься о будущем. Возможно ли, чтобы среди этой деревенской тишины, в окружении снега и искренней заботы, зародилось что-то большее? Возможно ли поверить в сказку, в которой у меня, наконец, будет семья и любящий человек рядом?

Полина, совсем замёрзшая, прижимается к ноге отца. Егор обнимает её одной рукой...

Последний, самый яркий залп, как и сама мысль о возможном счастье, оставил после себя долгое, сверкающее эхо. Я знала, что эта новогодняя ночь останется в памяти навсегда. Не только из-за красивого салюта, но и из-за тепла, которое я почувствовала в этот вечер, тепла, которое исходило от маленькой Полины и её отца, Егора. Тепла надежды...

Пусть в городе эти салюты не замолкали бы ещё очень долго, окрашивая город в разные цвета, но здесь это казалось метафорой жизни, вырывающейся из обыденности. Каждый залп отзывался в сердце то всплеском восторга, то приглушённой грустью по ушедшим годам.

- Красивый фейерверк получился! — не смогла сдержать восторга.

- Папа, ещё! Ещё хочу! - Полина, восторженно выдыхая, тянет отца за руку.

- Полинушка, это был последний. Но в следующем году обязательно ещё запустим, ещё лучше! - Егор улыбается.

Он смотрит на меня, словно надеясь на то, что в следующем году я снова буду рядом, разделяя с ними этот волшебный новогодний миг. Не сказанные слова витают в морозном воздухе, как последние искры догоревшего фейерверка, даря надежду на чудо и новое начало.

А может, всё это мне привиделось? Нафантазировала себе... разного...

Однако я чувствовала симпатию Егора, его желание сблизиться, и это вызывало во мне смешанные чувства. С одной стороны, мне было приятно его внимание, с другой – страшно открыть своё сердце после пережитых неудач. После обмана и предательства...

Этот новогодний салют, устроенный Егором для Полины, на самом деле произвёл неизгладимое впечатление, тронув самые сокровенные уголки моей души. Это было не просто пиротехническое шоу, каких я и раньше видела немало. Это был момент искренней радости, тепла и зарождающейся надежды.

- Поленька, тебя Апельсинчик, наверное, уже заждался. Пойдём домой, и ты ему расскажешь про фейерверк, — постаралась переключить внимание ребёнка, который начал капризничать.

Всё-таки режим соблюдать ребёнку обязательно. Пусть у нас с братом не слишком большая разница в возрасте, но нянчиться мне с ним приходилось частенько, чтобы помочь маме...

Тепло дома обволакивало после колкого мороза, ощущалось почти физически. Мы вошли, с румянцем на щеках и улыбками, светящимися от счастья.

Котёнок, словно вихрь пушистого счастья, едва не сбил нас с ног.

- Полюшка, солнышко моё, время уже позднее, глазки у тебя слипаются, пора баиньки, – промолвил внимательный отец, заметив зевок дочери. – И котёнку Алины, давно пора в тёплую постельку, он ведь ещё совсем кроха.

Полина, услышав ласковый голос отца, потёрла кулачками глаза и посмотрела на него немного сонно. Рядом с ней, крутился и мурлыкал мой пушистый котёнок, у которого явно пыла поубавилось. Девочка присела и нежно погладила его пушистую спинку.

- Пап, а можно я ещё чуть-чуть с Апельсинчиком посижу? – прошептала она, подхватив котёнка. – Он такой маленький и славный, мне хочется с ним ещё поиграть.

Отец присел рядом с дочкой и обнял её.

- Я понимаю, солнышко, но Апельсинчик тоже устал. Видишь, как он прикрывает глазки? Да и тебе само́й нужно отдохнуть, чтобы завтра утром быть бодрой и весёлой. Завтра мы обязательно ещё поиграешь с котёнком, обещаю.

- Полин, если папа не будет возражать, забери котёнка с собой, — предложила, надеясь этим уговором растопить капризное сердце девочки.

Егор готов был пойти на любые ухищрения, лишь бы уложить дочь. День, оказавшийся слишком длинным для хрупкой детской психики. Налицо было перевозбуждения, с которым не так просто совладать. Он, как опытный отец-одиночка в этом хорошо разбирался.

- Алина, а расскажешь мне сказку? – вдруг прозвучал тихий голосок Полины, и в памяти сразу же всплыл наш недавний разговор с девочкой.

- Хорошо, Полюшка, – я не смогла отказать маленькой мечтательнице в этой простой просьбе. – Пойдём, я помогу тебе раздеться и устроиться в кроватке. Какую сказку ты хочешь услышать?

- Про принцессу и дракона, но только чтобы дракон был добрым-добрым.

Поймала благодарный взгляд Егора, который дал понять, что со стола он уберёт всё сам. Полина засияла и захлопала в ладошки, представляя, наверное, себе уже эту необычную сказку.

- Спокойной ночи, моя любимая доченька, – прошептал отец, поцеловав Полюшку в лобик. – Пусть тебе приснятся самые добрые и сладкие сны. А я буду рядом, чтобы охранять твой сон.

Полина вздохнула, но послушно кивнула. Она знала, что отец всегда прав, и не хотела его расстраивать.

В детской зажгла ночник, который отбрасывал на потолок блики, имитирующие звёздное небо. Аккуратно положила котёнка на кровать, который сразу свернулся клубочком и уснул. Я помогла ребёнку умыться и выбраться из платья, аккуратно сложила его на стул. Полина подхватила кофейного котика, которого я ей подарила, и забралась в постель. Прикрыла её одеялом, оставив торчать лишь носик и копну светлых волос.

Присев на краешек кровати, я начала рассказывать:

- Жила-была в далёком королевстве принцесса Амелия. Она была добра и справедлива, любила гулять по саду