– Ты хочешь, чтобы он за тебя боролся, да? – сочувственно улыбнулась подруга.

Кристин засмеялась с какой-то досадой и замолчала от подступивших слез.

– Я уже ничего не хочу. К тому же…

– Что к тому же?

– Да ничего, забудь.

– Я ехала к тебе с этим пирогом через весь город! Говори, что ты там хотела сказать.

Кристин подняла глаза на подругу.

– Говорят, у него уже кто-то есть.

– Да не-е-т, – протянула Марго. – Не может этого быть! Кому он нужен, твой Фрэнсис? Я хотела сказать, что кроме тебя ему не нужен никто! Может, вы еще помиритесь, а?

– Нет, уже все.

– Не понимаю! – рассердилась на нее Марго. – И не хочу понимать!

– Ты же сама сказала, что он кретин.

– Так откуда мне знать, он же не мой муж!

За окном просигналил автомобиль.

Марго вздрогнула.

– Адам уже в машине…

– Мне очень жаль, – сказала она.

– И мне, – обняла подругу Кристин. – Мне тоже.

Всю дорогу Адам сидел в телефоне, не проронив ни слова. Этот трудный возраст… Кристин посмотрела на сына в зеркало заднего вида.

– Как дела, сынок?

Он не ответил, лишь еще сильнее уткнулся в экран.

Кристин знала, как он не хотел развода, она знала, что он хочет остаться с отцом, но она забирала его с собой, как любая мать. Фрэнсис не хотел ничего менять, да и она не особо хотела. Так было нужно, вот и все.

– Может, поиграем в города? – сказала она, не зная, что еще предложить.

Адам лишь повел носом.

– Послушай, сынок, иногда люди разводятся.

Адам не проронил ни звука, тогда и она замолчала.

Кристин смотрела на покрытую туманом дорогу и медленно давила на газ. Машин почти не было видно – нечасто такое бывает, сегодня был странный день.

– Я хотела сказать, – она проглотила слезы и приоткрыла окно, вдыхая промозглый воздух, – я лишь хотела сказать, что мы с папой любим тебя.

– Замолчи! – вдруг раскричался Адам, из глаз его покатились слезы. – Замолчи, замолчи!

Он пнул переднее сиденье, и так сильно, что пирог Марго упал на пол и разломился.

– Господи… – Кристин посмотрела вниз и не сдержала слез.

Слезы щипали глаза, дороги не было видно. Она повернула руль вправо, пытаясь встать на обочине, как в этот самый момент огромный трак вылетел из тумана и промчался мимо них. Что-то треснуло и проскрипело, Кристин отбросило на спинку кресла, Адам прижался к двери. Им снесло зеркало и поцарапало всю боковину.

Трак не остановился, так и скрылся вдали.

– Ты как? – обернулась она на сына.

– Прости за пирог, мам, – с трудом сказал он.

– Все хорошо, сынок, все хорошо…

Кристин посмотрела на зеркало, лежащее на дороге, на спасительный пирог, разломанный напополам, на сына в слезах и сама разрыдалась.

Глава 13

Адам

Отец жил на другом конце города, это примерно час на машине. Адаму даже казалось, что мама специально выбрала квартиру так далеко от их прежнего дома.

«Когда у каждого из супругов начинается своя жизнь, не всем приятно на это смотреть», – объяснила она ему.

Своя жизнь – личная жизнь, как хотела сказать тогда мама, но побоялась его задеть, – ни у кого из них так и не началась. Ну или Адам этого просто не видел – он иногда ездил к отцу. Иногда тот звал его на футбольный матч, но у отца было так мало выходных, а у Адама так много занятий, что они почти не встречались. Теперь бы он бросил все, лишь бы увидеть отца.

Они поймали такси. Водитель был другой, но не менее странный – деньги он с них взял. Матео достал из мешка смятые и вымокшие купюры и больше не сказал ничего – так они и ехали молча целый час. Откуда были деньги у этого пацана, Адам не спросил, да и какая, собственно, разница? Матео хоть и походил на мелкого воришку, но разве можно осуждать за нарушение закона там, где не действуют никакие законы, даже физические.

Улицы сменяли улицы, дома сменяли дома, по дорогам слонялись люди – странные, что-то кричащие, пытающиеся прыгнуть под колеса их и без того петлявшего такси. Водитель, не проронив ни слова, только увиливал от них, как от зомби. И чем дальше они проезжали, тем гуще населен был пейзаж: в каждом квартале толпились люди, каждый из них нес в себе страх.

– Этот мир мертв! – кричал волосатый мужчина. – Как и все миры!

Он прилип своими ладонями к боковому стеклу их такси, пока те стояли на светофоре, а после вцепился в ручку двери и пробежал вместе с ними несколько метров, корча сумасшедшие рожи. Оторвавшись, он упал на асфальт и покатился под колеса другого такси – свист тормозов, гул толпы. Таксист, который вез их, так и не обернулся, да и тот, что переехал беднягу, тоже не остановился. Тело лежало, раскинув безжизненно руки, по нему проезжали машины, всем было не до него.

Дом отца не был похож на тот, в котором они жили с мамой. Он был двухэтажный, с убранной лужайкой возле и аккуратным заборчиком вокруг. Адам еще раз перечитал название улицы и номер дома, чтобы точно понять – он не сходит с ума. Все совпадало. После развода они с мамой переехали, а отец так и остался здесь. Сначала он хотел оставить дом им, но мама сказала, что ей легче найти квартиру, а не возиться с домом, в котором каждый месяц нужно было что-то чинить. Адам не знал, что нужно чинить, и переезжать никуда не хотел, но его мнения не спросили.

И вот сейчас он стоял напротив этого дома и боялся войти.

Там кто-то жил, на втором этаже горел свет, пару раз перекрываемый тенью проходившего силуэта. Силуэт был похож на мужской. У Адама кольнуло внутри. Так колет от воспоминаний – он не видел отца почти месяц и уже думал, что не увидит вообще. Значит, мама у него не была, иначе они бы вместе его искали. Отец бы объехал весь город, но точно его нашел. Адам осмотрелся по сторонам: машина у дома стояла другая, у отца был «Форд», а это какой-то старый «Фиат». Никогда у них не было такой машины. Может, это и не его отец? Все похолодело внутри, к щекам хлынул жар, в глазах и носу защипало – он бы разревелся сейчас, если бы не этот пацан, считавший его взрослым.

– Ну что? – смотрел на него Матео. – Может, уже постучим?

Тень исчезла в окне и долго не