Шрифт:
Интервал:
Закладка:
В 2002 году комедийный фильм с гонконгской звездой Чан Сюэ стал настоящим хитом, что привело к еще большей славе Маленького нефрита. Одиннадцатилетняя Фан Миньцзюнь горделивой походкой шла вперед. Многие мальчишки тайком поглядывали на нее.
Хуа Тин стояла рядом с Фан Миньцзюнь и чувствовала себя неловко: ей постоянно казалось, что эти восхищенные взгляды направлены на ее грудь. Хуа Тин собралась с духом:
– Фан Миньцзюнь, можно я поменяюсь с тобой местами?
– Нет, мы построились в соответствии с нашим ростом, – категорически отказалась Фан Миньцзюнь. Она не собиралась возглавлять колонну девочек.
Хуа Тин с большим трудом прошла весь путь. Остановившись пообедать, она наконец смогла поговорить с Бэй Яо:
– Мне совсем не нравится Фан Миньцзюнь. – Хуа Тин вздохнула. – Что за «нефрит», это же не сама Чан Сюэ!
Бэй Яо утешительно улыбнулась и кивнула, отдавая ей часть своих сладостей.
– Тебе нужно ходить с прямой спиной, – тихонько шепнула Бэй Яо в ухо Хуа Тин. – Мама говорила, что сгорбленная спина выглядит непривлекательно! Появление груди – это нормальное явление. Ты должна ей гордиться!
Покрасневшая Хуа Тин кивнула, ее настроение немного улучшилось. Две девочки закончили обед, разделив еду между собой. Хуа Тин приблизилась к Бэй Яо и вдруг удивленно воскликнула:
– Бэй Яо! – Потом протянула руку и легонько ущипнула подругу за щеку: – Я только что поняла, что у тебя красивые черты лица.
Бэй Яо замерла, а Хуа Тин прищурилась. Светлые глаза одиннадцатилетней Бэй Яо были ясными, нос – прямым и розовым. Вишневого цвета губы были нежными и округлыми.
Глаза Хуа Тин засияли:
– Посмотри на себя, ты выглядишь даже лучше Фан Миньцзюнь! Когда вырастешь, станешь прекраснее Чан Сюэ!
Сердце Бэй Яо заколотилось. В чем-то Хуа Тин была права. С возрастом к ней возвращались воспоминания, поэтому она знала, что в средней школе Фан Миньцзюнь постепенно утратит свою детскую красоту, перестанет так сильно походить на Чан Сюэ и превратится в копию своей матери Чжао Сю, с высокими скулами и чрезмерно худым лицом.
Взросление – это прекрасно. На летних каникулах перед средней школой Бэй Яо, словно жемчужина, внезапно вспыхнувшая ослепительным блеском после нескольких лет в пыли, станет яркой и привлекательной.
– Спасибо за комплимент, – смущенно ответила Бэй Яо. Взгляд ее устремился вдаль.
Пэй Чуань в одиночестве сидел на каменной скамье и читал книгу после обеда.
Начальная школа уже подходила к концу[18], а у этого замкнутого подростка до сих пор не было ни одного друга. Пэй Чуань редко улыбался, мало разговаривал. Каждый день они с Бэй Яо возвращались домой из школы вместе. Однако Пэй Чуань редко сам начинал разговор с одноклассницей.
Бэй Яо вдруг вспомнила о «секретном предупреждении» в своей тетради и немного забеспокоилась. В прошлой жизни она не обращала внимания на Пэй Чуаня. Он был незначительной фигурой в ее жизни. Бэй Яо лишь смутно помнила свой второй год обучения в средней школе, год, когда она стала самой красивой в классе… На третьем же году Пэй Чуань полностью изменился. Он связался с плохой компанией, его оценки испортились. Его боялись все, в том числе и Чэнь Ху! Почему так произошло? Бэй Яо посмотрела на молчаливого Пэй Чуаня. Она хотела знать правду.
Мальчик поднял голову и встретил ее взгляд. Он отвел глаза и, прищурившись, уставился на какое-то пятно на земле.
Внезапно какая-то девочка начала кричать. Ученики переглянулись, а визжавшая одноклассница побледнела:
– Там змея!
Она рассматривала цветы персикового дерева, не подозревая, что в мягкой траве свернулась змея, которая вышла покормиться после спячки. Вне себя от страха девочка побежала к одноклассникам.
Началась суета, некоторое время дети бегали и кричали. Хуа Тин крепко притянула к себе Бэй Яо:
– Бэй Яо, уходи! Змея может укусить!
Сердце классной руководительницы Цай Цинъюй учащенно забилось, естественно, она тоже боялась этого холодного мерзкого существа. Однако, чтобы защитить детей, она постаралась сдержать свои эмоции:
– Бэй Яо, Хуа Тин, быстро уходите!
Цай Цинъюй не знала, что это за змея, не знала, ядовитая она или нет… Она уже жалела о своем решении, ей не следовало устраивать с учениками весеннюю прогулку.
У Бэй Яо подкосились ноги. Ее потянула за собой кричащая Хуа Тин. Пэй Чуань поджал губы, поднял камень и несколько раз ударил змею по голове. Она перестала двигаться, мальчик остановился и отбросил камень. Змея, похоже была еще жива. Однако весь класс заставил Пэй Чуаня остановиться. Ребята смотрели на него изумленными, полными ужаса взглядами.
Возможно, если бы змею ударил другой мальчик, то он стал бы героем. Но поскольку это сделал Пэй Чуань, все было иначе. Ученики как будто и не знали его много лет, они боялись близко подойти, словно он был не человеком, а самой змеей. Даже учительница Цай, взглянув на змею на земле, нахмурилась. В следующую секунду она улыбнулась, пытаясь разрядить обстановку:
– Пэй Чуань такой храбрый! Вы должны поблагодарить его!
В персиковом саду стало тихо.
Пэй Чуаню захотелось усмехнуться. Бэй Яо посмотрела на одинокую спину подростка: он остался стоять рядом со змеей. Бэй Яо вырвалась из рук Хуа Тин, порылась в школьной сумке, достала бутылку воды и бумажное полотенце и, намочив его, подошла к Пэй Чуаню. Бэй Яо подняла свое маленькое личико:
– Спасибо, Пэй Чуань!
Он опустил глаза, глядя на нее сверху вниз. Бэй Яо с нежностью проговорила:
– Мы все были напуганы, спасибо, что спас нас! Держи, вытри руки.
Хуа Тин тоже набралась храбрости и воскликнула:
– Спасибо, Пэй Чуань!
Пэй Чуань взял салфетку и аккуратно обтер руки. Одноклассники зааплодировали, словно очнувшись от сна. Одна девочка крикнула:
– Он наш герой!
Мальчик опустил голову, черные ресницы скрыли его глаза. Чэнь Ху хмыкнул:
– Тоже мне герой! Я бы тоже так смог!
– Чэнь Ху, прекрати хвастаться! Все видели, как ты убежал, поджав хвост!
– Нет!
– А вот и да!
Чэнь Ху покраснел от злости, но больше ничего не сказал.
Постепенно Пэй Чуань пришел в себя. Бэй Яо подмигнула ему. Она выглядела намного привлекательнее Фан Миньцзюнь.
Пэй Чуань отвел взгляд и тихо произнес:
– Отойди подальше, она еще живая.
Бэй Яо напряглась, миндалевидные глаза беспомощно смотрели на него. Мальчик помолчал