него за плечами, и вот он уже стоит на песке — ни дать ни взять с крылечка соскочил.

Со дна шахты можно было пройти в низенький полузатопленный грот с песчаным островком посередине. Там они и расположились: немного подмокшие, зато без риска получить от свартов камнем по голове.

Колин и Сьюзен разделили оставшиеся припасы на четверых. И за едой гномы наконец рассказали им свою историю: как они оказались в подземелье и как подоспели на выручку к Сьюзен.

А дело было так. Дюратрор и Фенодири проходили мимо Башни, когда на площадку опустился Ветерок и доложил, что Гримнир покинул Черное озеро и отправился к Селине Плейс. Гномы подумали: где Гримнир, там Огнехлад, и другого случая не будет. Каделлин в это время бродил по холмам неподалеку от крепости Рагнарок, надеясь разведать, дошло ли уже до врага известие о Камне… Словом, гномы решили идти на приступ вдвоем. Фенодири вооружился, и они поспешили к дому над обрывом.

Ветерок поджидал их в соседнем саду: так было условлено. От него-то они и узнали, что в доме дети. В нижней комнате, сказал он, творится какое-то темное дело; собаки спущены, Гримнир с Морриганой наверху.

— Спрячься поблизости от входа, — сказал Дюратрор. — Сокол покажет мне дорогу, и мы с Дирнуином потревожим этих лиходеев. Как только услышишь, что им уже не до Камня, ступай в нижнюю комнату, разыщи Огнехлад — ибо он должен быть там! — и скорее в Хранилище; сам я, коли смогу, поспешу туда же.

Ветерок и Дюратрор взлетели к окнам верхнего этажа. Да-да! Ребята уже и сами догадались: белый плащ из орлиных перьев обладал чудесной силой. То было изделие древних мастеров — и дар великой дружбы.

Фенодири выждал, сколько нужно, и побежал к дому. Как ни странно, входная дверь была открыта. В комнате с занавешенными окнами оказалось пусто, и он сунулся было в кухню, как вдруг оттуда выскочил разгоряченный Дюратрор. Вся его физиономия сияла дикой радостью. Подхватив Фенодири, он втолкнул его в гардеробную, ввалился туда же сам и захлопнул дверь. В тот же миг из кухни, спотыкаясь, выбежал Гримнир, а за ним — Селина Плейс. Они бросились в зашторенную комнату: пусто!

— Это гном забрал его! — взвизгнула Морригана, и оба ринулись в туман.

— Разве Камень у тебя? — прошептал Фенодири.

— Нет, но он в хороших руках.

Они вышли из гардеробной. Туман рассеялся; невдалеке раздавался надрывный собачий лай.

— Я не смог прикончить лиходеев: их колдовство сильней моего меча. Но все же, — Дюратрор усмехнулся, — мы с Дирнуином изрядно их потрепали. Я направлялся к тебе, но по дороге заметил кое-что интересное. Там есть чулан или кладовая, в которую рвался пес Морриганы. Дверь захлопнулась у него перед носом, а закрыла ее, братец, маленькая белая ручка, на которой сверкал Огнехлад! Я зарубил собаку; остальное ты видел сам.

Фенодири бросился в кухню.

— Выходите, дети! Сьюзен! Колин! О вашем подвиге будут…

Он дернул дверь и растерянно уставился в темную шахту, со дна которой быстро поднимался деревянный квадрат.

— И мы уж было совсем отчаялись, — закончил Дюратрор, — когда счастливый случай привел нас к вам на подмогу.

— Если б мы только знали! — воскликнула Сьюзен.

— Если бы да кабы, — вздохнул Фенодири, — мы бы давно уже были в Хранилище.

Потом ребята рассказали о своих приключениях. Когда они дошли до шахты с переброшенной доской, гномы изумленно переглянулись.

— Клянусь шерстью Лунного пса! — взревел Дюратрор. — И вы что же, повернули назад?

— Мы сначала пошли дальше, — объяснил Колин, — но там оказалось озеро.

Дюратрор схватился за голову и застонал.

— Жаль, что вы не знали, — снова вздохнул Фенодири, — там воды по колено, а дальше прямой путь к воротам: и полумили не будет!

Больше говорить было не о чем. Ребята сидели съежившись, и в головы им приходили одинаково невеселые мысли. Занесло же их к черту на кулички, в какую-то шахту! Они отвоевали волшебный Камень, но ничего хорошего из этого не вышло, а главные неприятности еще впереди, и чем все кончится, даже подумать страшно…

— Пора идти, — сказал Фенодири.

Ребята включили фонарь, огляделись по сторонам и с запоздалым ужасом поняли, что из этой пещеры нет никакого выхода. То есть отсюда вели два подземных коридора, но в обоих под самым потолком плескалась зеленоватая вода.

— Фенодири! Как мы отсюда выберемся?

— В самом деле, братец, я что-то не вижу никакого способа…

Фенодири кивнул на один из проходов: тот, что поуже.

— Разве я не говорил, что путь предстоит нелегкий? Колин, обертка от вашей еды не промокает?

— Кажется, нет. Но, Фено…

— Тогда заверни в нее фонарь. И положись на меня.

— А можно и мне такую обертку, чтобы укрыть мой плащ Вальхам? — спросил Дюратрор у Сьюзен.

Он расстегнул пряжку, потуже скатал свой крылатый плащ и засунул его в пакет из-под бутербродов. Сьюзен уложила пакет в рюкзак, который сразу сделался невесомым.

— Гасите свет, — сказал Фенодири. — И — смелей!

Глава четырнадцатая

ДРЕВНИЕ КОПИ

От ледяной воды у всех перехватило дыхание. Даже Дюратрор, закаленный воин, не удержался и вскрикнул.

Дно быстро уходило из-под ног: скоро пришлось пуститься вплавь, а потом Фенодири остановился и велел им ждать. Сам он набрал полную грудь воздуха и исчез, подняв настоящую бурю.

— Куда это он? — спросила Сьюзен.

— Не знаю, — пробулькал Дюратрор, — только вода там доходит до потолка.

Фенодири вынырнул минуты через две, и прошло еще некоторое время, прежде чем он отдышался и заговорил:

— Придется немного проплыть под водой, а дальше уже можно дышать. Но потолок там низкий, и еще долго надо будет плыть на спине.

И он опять нырнул, всколыхнув стоячую воду.

— Я, пожалуй, подожду минутку, — сказала Сьюзен, стараясь не показать, как ей страшно. Пусть Колин с Дюратрором думают, что зубы у нее стучат от холода. — Ну вот, кажется, пора.

— Ей дано великое мужество, — сказал Дюратрор. — Она лучше нас всех скрывает свой страх.

— А вы тоже боитесь? — удивился Колин.

— Смертельно. Я вступил бы в неравный бой с кем угодно, вооруженный лишь мечом и смекалкой, но не в этом подлинная отвага. Преодолеть страх