Он наконец отложил альбом в сторону, и Лиза незаметно выдохнула с облегчением, чувствуя, как напряжение внутри немного ослабевает. Она улыбнулась, назвала какой-то фильм, который давно хотела пересмотреть, и постаралась втянуть отца в разговор, отвлекая его от ненужных, по ее мнению, мыслей.

В тот вечер они действительно провели время вместе: заказали пиццу, смеялись над какими-то сценами, обсуждали сюжет, и со стороны всё выглядело почти как раньше, как будто ничего тревожного между ними не происходило.

Но когда фильм закончился, когда коробки из-под пиццы были убраны, а Лиза уже собиралась идти к себе спать, она краем глаза заметила, как отец снова потянулся к альбому.

Это движение было почти незаметным, но для неё оно стало последней каплей.

Внутри всё вспыхнуло.

Она остановилась, развернулась и подошла к нему вплотную.

— Папа, — сказала она, заставляя его поднять на неё взгляд. — Зачем тебе всё это вспоминать? Найди себе кого-нибудь для развлечения на ночь, не знаю, развейся, проведи время нормально, а не сиди над старым альбомом! Ну что ты как дед, честное слово, вспоминающий о давно ушедшей молодости! Ты же крутой мужик в конце концов!

Брови Виталия удивлённо поползли вверх.

— Ты о чём говоришь, девчонка? — строго произнёс он. — О каких ещё развлечениях?

Лиза усмехнулась, хотя внутри у неё всё кипело.

— Я уже взрослая, — ответила она спокойно. — И прекрасно понимаю, что тебе нужна перемена. Что-то новое. Яркое. Хочешь, познакомлю тебя с кем-нибудь?

Виталий нахмурился.

— Не вздумай, — резко сказал он. — Иди спать. О чём я думаю — это моё личное дело.

Он упрямо взял альбом в руки, давая понять, что разговор окончен.

Лиза не стала спорить, только резко развернулась и ушла к себе, чувствуя, как внутри поднимается злость.

В следующие дни она старалась не думать об этом, отвлекалась учёбой, встречами, делами, но раздражение никуда не исчезло, а только копилось, потому что образ отца, сидящего над старым альбомом, не выходил у неё из головы.

И однажды, после занятий, она решила зайти к нему на работу.

Ей было даже любопытно увидеть, чем он теперь управляет, какие у него магазины, как всё устроено.

Она медленно шла по коридорам торгового центра, разглядывая витрины, свет, аккуратные вывески, манекены в дорогой одежде, и чувствовала лёгкую гордость, понимая, что всё это — часть отцовской ответственности.

Но это чувство исчезло в один миг.

Потому что в одном из бутиков верхней одежды она вдруг увидела знакомое лицо.

Женщина стояла возле стойки, разговаривала с клиентом, что-то показывала, улыбалась.

Наталья.

Лиза замерла, не веря своим глазам.

Сердце забилось быстрее, а внутри мгновенно вспыхнула злость.

Вот оно что.

Он не просто вспоминает её.

Он видит её каждый день.

И именно поэтому не может от неё избавиться.

Лиза почувствовала, как всё внутри заледеневает. Тут же назрело твердое решение.

Нет уж! Только не она!

И плевать, что он думает иначе…

Глава 31 Лиза и ее нелогичная логика…

Глава 31 Лиза и ее нелогичная логика…

Лиза стояла чуть в стороне от выхода из торгового центра и сама не понимала, зачем задержалась, ведь изначально собиралась лишь мельком заглянуть к отцу, убедиться, что он занят работой и не листает никакие старые альбомы, и спокойно уйти по своим делам. Она теперь наведывалась сюда ежедневно, будто контролируя ситуацию. При этом иногда наблюдала за Натальей, как за личным врагом, но никакой активности оной по отношению к отцу не замечала.

Лизе давно стоило быть дома, но она сегодня отчего-то не торопилась уходить. И сейчас её ноги будто вросли в землю, когда она заметила знакомую фигуру, появившуюся в стеклянных дверях. Наталья вышла на улицу, придерживая сумку на плече, и выглядела усталой, но спокойной, как человек, который завершил долгий рабочий день и теперь просто спешит домой, не ожидая никаких неожиданностей.

И именно в этот момент к тротуару плавно подкатил дорогой автомобиль, и Лиза невольно обратила на него внимание. Из него вышел молодой парень, высокий, подтянутый, одетый так стильно, будто сошёл с рекламного плаката. Он сразу направился к Наталье, широко улыбаясь, и та ответила ему такой же тёплой улыбкой, от которой у Лизы внутри всё неприятно сжалось, хотя она сама не могла бы объяснить, почему именно эта сцена вызвала у неё такую бурю чувств.

Парень без малейшего стеснения обнял Наталью, наклонился и поцеловал её в щёку, после чего взял за локоть с естественной заботой и открыл перед ней дверь машины, помогая устроиться на переднем сиденье. Затем аккуратно закрыл её, обошёл автомобиль и сел за руль, двигаясь уверенно и спокойно, как человек, привыкший к подобным жестам и не сомневающийся в своём праве быть рядом с этой женщиной.

Лиза смотрела на всё это, не в силах отвести взгляд, и внутри неё поднималась волна такого сильного раздражения, что ей на мгновение стало трудно дышать.

У этой мымры такой шикарный возлюбленный? Кем же еще этот парень еще может быть, если ведет себя так? Казалось бы, она должна была почувствовать облегчение, ведь если у Натальи есть молодой человек, значит, она уж точно не станет снова тянуться к её отцу, не будет мешать, не будет занимать его мысли, не будет стоять между ними, однако вместо облегчения пришло совершенно другое чувство, жгучее и беспокойное, которое Лиза сначала даже не распознала.

Её задело не само наличие этого парня, а то, что он был слишком хорош, слишком ярок и слишком привлекателен для такой женщины, как Наталья, которая в глазах Лизы давно уже превратилась в нечто раздражающее и ничтожное, лишённое всякого достоинства. В голове мелькнула колючая мысль о том, что это несправедливо, что подобные мужчины должны обращать внимание совсем на других: на молодых, эффектных, уверенных девушек, а не на эту тихую, неброскую женщину, которой, как Лиза сама себе упрямо повторяла, уже далеко за тридцать.

Она даже не заметила, как в её мыслях вспыхнула зависть, потому что именно такой типаж всегда нравился ей самой — уверенные, ухоженные, немного дерзкие парни с яркой харизмой, от которых словно исходит энергия и ощущение силы. Этот же был именно таким, казавшимся идеальным настолько, что Лиза невольно вспомнила одного популярного блогера, на которого он был поразительно похож, и от этого сравнения её раздражение только усилилось.

Вернувшись домой, она долго не могла успокоиться, ходила