тем более. Но, может быть, поздно. А, может, болезнь была такова, что с ней не справилась бы и сама Морская Хозяйка. Если он все-таки обращался за помощью в Арденне, значит, то, что он обречен, заранее знало и врачебное сообщество, и семья бывших родственников. Судя по записям Адара, не весь урожай с плантации шел в продажу официально. И даже контрабандой не весь. Где-то находилась страховка на черный день. Соломка, подложить на случай падения – государства ли, положения ли самого Саома в обществе, неважно.

Где бы сам Илан сделал тайник, если бы чувствовал себя словно над жаровней в изменчивых условия заползания на арданский берег таргской империи с ее реестровыми ограничениями, несговорчивыми чиновниками и непримиримыми законами? В Грязных пещерах вряд ли. Во-первых, место скомпроментировано давним скандалом с потерянным городским архивом, и каждая собака в городе теперь про знает про тайники в катакомбах, где в них вход, где выходы, где лазы завалены от дураков, а где стоит охрана, потому что в той части, что уводит к Солончакам, выращивают пьяный гриб. Не все входы-выходы могут быть учтены, но берег, к которому выходят катакомбы, просматривается и контролируется береговой охраной. В Солончаках? Оттуда сложно вывозить и сложно скрыться в случае внезапной опасности. Илан бы выбрал место где-то вне пределов самой Арденны и пригородов, но в быстром доступе. Где можно временно укрыться и откуда можно незаметно бежать, забрав с собой груз. Например, на острове Тумба. И там же приложить аптекарские бланки, которые, в случае победы аптекарей над городскими врачами, уйдут в дело бесконтрольной продажи.

Ну вот и вывод. Прямая связь Саом – семья Ардареса и его рабы – Арим Рыбак – Номо. Сбоку Адар, который многое знал, но боялся не только сказать вслух, но даже оставить в записях под шифром. Осталось все это только подтвердить. Причем, если не получится показаниями обвиняемых или свидетелей, можно устроить еще один обыск. И не как в прошлый раз, а по-настоящему. С собаками, наученными искать пьяный гриб. Например, с Чепухой.

Глава 128

* * *

Для чего нужен план? Для того, чтобы сразу же все пошло не по плану. То, что Илан для себя составил на остаток дня, тут же скатилось псу под хвост. Сыщиков на крыше он не застал. Ну... они и не обещали его ждать. К тому же, помощь по следствию от Илана по-прежнему принимать запрещено. К счастью, нашелся тот, кому можно сделать новой информацией еще хуже и суетнее, чем себе, и тем об этого несчастного полечиться. Ну. а что – советник Намур сам просил рассказывать ему все мысли по арданским неприятностям, помогать думать. Ему тоже запрещено, но что он сделает с доктором, если тот сам пришел? Илан помог. Как говорил прежний арданский префект: получайте – не скучайте.

Намур в столовой уныло хлебал жидкий крупяной суп. Илан подсел на скамью рядом и кратко рассказал про секретное следствие Адара, шедшее много лет, про оставленную Илану в наследство папку с записями, из умолчаний в которых вывелись тайники с пьяным грибом на Тумбе, к которым, возможно, прилагались аптекарские бланки. Про то, за что на самом деле убили Номо и кто это мог сделать, потому что почерк преступления очень похож. Дошло ли до Намура, каким путем он так дорассуждался, Илан не понял. Но сначала ложка стала замирать в воздухе, не донося суп до рта, потом обожженная сторона лица у советника заметно побелела, и он стиснул зубы, опустив ложку в суп, а потом шрамы приобрели сизовато-багровый оттенок, что, видимо, означало гнев и собственное рассуждение "что ж за рассадник греха на этой Тумбе и куда мои болваны смотрели при прошлом обыске!"

Когда Илан закончил излагать, советник двинул от себя миску, и из прогретой супом трещины в столе выбежал крошечный таракан. Намур вдруг оскалился и стал лупить по заметавшемуся таракашке ложкой. А Илан быстро выбрался из-за стола и сбежал обедать на докторский помост, думая, что – вот, еще один сошел с ума на работе. Заодно решил, что интенданту про тараканов он пока не скажет. Во-первых, все равно сам Илан замотается и забудет. Во-вторых, тараканы обнаружат себя сами. В-третьих, с интендантом случится приступ похуже, чем у Намура. Нельзя, чтобы все беды валились на человека одновременно – чума, война, клопы, тараканы и департамент государственного гардероба. От такой нагрузки мир в голове треснет и осыплется, а у доктора Арайны и так много работы.

С помоста Илана, конечно же, быстро сдернули, потому что в приемнике кто-то внезапно заболел массивной кровопотерей, вызванной нездоровым образом жизни в припортовом квартале.

Про куб Илан вспомнил, когда за окнами уже стемнело. Дернулся в бельевую – заперто, но внутри шуршат и шепчутся. Постучал настойчиво – открыли. Два санитара, медбрат и осовелый, полуспящий пьяный Неподарок. Куб застелен пеленкой, на пеленке отчетливые следы от донца кувшинчика и чашек, в воздухе запах спирта. И никаких следов закуски. Вот паразит, принципиально он, что ли, без закуски пьет?.. Ругаться вслух Илан не стал, просто велел немедленно прекратить, сгреб Неподарка за шиворот (о, как понимал он сейчас Джениша, иначе держать Неподарка в повиновении не получается), отвел в малую сестринскую, влил в глотку кувшин воды, заставил проблеваться над раковиной и запер отдыхать. Хотел напоследок напоить сладким чаем, но Неподарок чуть протрезвел, начал мычать и отмахиваться. Ключ Илан отдал на коридорный пост, велел следить. Вода, если что, есть, стопка чистых ночных горшков в углу тоже. Нелегка царская ноша. Ну, ничего, скоро начнут поступать взятки за высочайшее внимание, хорошие стороны у этой ноши тоже найдутся.

Куб стучался в ладони Илана сквозь пеленку, но не живым общением, а... письма через него тоже отправлять было можно. Вернее, записанные обращения. "Тебя же просили далеко от куба не уходить, – с упреком говорил государь отсутствующему Илану примерно четверть стражи назад. – Ну, да ладно, у тебя работа, у нас работа, все заняты. Но больше так не делай! Найди, пожалуйста, скорее кира Хагиннора и убеди его, что у нас все в порядке, мы подключились и работаем. Он, наверное, места себе не находит от беспокойства, а моим коротким отчетам не доверяет. С Крепостью все хорошо, со мной все хорошо, с остальными все хорошо, не о чем беспокоиться. Нам с ним надо было заранее продумать систему связи полнее, чем у нас сейчас есть, ну да... тоже