и потёр глаза. — Официальной версии никто не знает, даже совет берегинь.

— Совет связан некими клятвами, — Велехов повторил слова Брады. — Значит, они следуют указаниям Хадиты. Она запретила когда-либо рассекречивать причины ухода белых волков.

— Ну? — Рир ждал догадки Никиты.

— Они ушли из-за меня, — ответил тот.

Оборотень фыркнул:

— Тьфу ты, а я почти поверил.

— Бимир видел меня в своих видениях, — сказал Никита. — Он знал обо всём, что случится со мной, но единственное, чего он не знал — это чей род белых волков даст меня. Не знал, кого ему беречь и охранять, чтобы через поколения родился я.

Рир морщил лоб.

— После первой войны охота продолжалась, — с тяжёлым чувством произнёс Велехов. — Бимир понимал, что их малочисленный народ будут истреблять. Их вырежут всех и кровью упьются, а он всё ещё не знал какой клан нужно прятать.

Рир тоже начал понимать:

— Поэтому он решил спрятать всех. Вообще всех, кто остался. А чтобы спрятать целый народ…

— Его надо рассредоточить, — закончил Никита.

Его лицо стало по-настоящему мрачным.

— Они собрались и покинули родную землю, чтобы продолжить жить во внешнем мире разрозненно, чем дальше друг от друга, тем лучше. Пока, наконец, не появлюсь я и не вернусь сюда, чтобы закончить вторую войну.

Велехов поднялся с пола и ещё мгновения стоял напротив стены, глядя на изображение князя белых волков. Рир, тяжело вздохнув, подошёл к другу и крепко сжал его плечо:

— Бимир поступил правильно, оно того стоило.

— Да, — выражение лица Никиты не изменилось. — Но тогда он видел меня в своих видениях и понимал, что делает, а сейчас я вижу его, и не знаю, чего он хочет от меня.

* * *

Помощницы, заглянувшие спросить насчёт завтрака, хранителя не застали. Оборотни были уже в расположении алавийского гарнизона и принимали доклад разведки. Ничего утешительного не услышали. С неба всё было чисто, тихо и спокойно. Никаких передвижений.

— Может, вымерли они? — даже предположил кто-то из воинов в шутку. — С голода померли. За всё время раза два увидели одиночек и те сразу из виду скрылись, как сквозь землю провалились.

— А сквозь землю могли? — сразу спросил Никита.

— Нет, — ответил командир алавийской разведки Катран, разворачивая на столе карту. — Подземные коридоры Навии — это целая сеть, но мы их обрушили, как только заняли Темник.

— Есть шанс выжить? — уточнил Велехов.

— Есть, — подтвердил Катран. — Процентов так… два.

— А что так мало?

— После альтановых зарядов?

— Понятно, — кивнул Никита. — Извини, глупость спросил.

Катран проставил на карте отметки:

— Если где кто и выжил, то только вот здесь — в Огаторе.

— На нашей территории? — удивился Рир.

— Здесь и видели одиночек, — заметил Катран.

— Но зачем оставаться в Огаторе? — задумался Никита. — Так близко к врагу. Что они могут здесь делать?

— Проверено только сто пятьдесят километров вглубь леса, — сказал Катран. — Все отряды разведки работают сейчас в Навии, а на своих землях не хватает у меня людей. Да и маловероятно, что бы на нашей территории под самым носом орудовали крупные вражеские отряды.

— Это как сказать, — покачал головой Велехов, — купеческий отряд вспомни.

Катран болезненно поморщился. Задели за живое.

— Да я и сам думаю, надо осторожно лес прочесать, — кивнул он.

— Ладно, держи меня в курсе, — попросил Никита уходя.

Оборотни отправились резиденцию Рилевы, поговорить с Иваном и Софьей.

Княгиня встретила их радостными объятиями, потом усадила за стол и налила медового напитка. Соколы, конечно, рассказали Рилевским о прибытии хранителя в Алавию, но было понятно, что у него сейчас дел хватает. Как оказалось, о Вулавале Софья с Иваном уже всё знают. Димка и Лютик прислали обстоятельное послание. Князь приказал Северсвету прибыть в Танадор вместе с лаюнами и отрядом в пятьдесят человек. Они уже там. Это были единственные хорошие новости.

Сам Иван вместе с сотней рилевских воинов сейчас был на репетиции парада на дворцовой площади. На церемонию назначения верховной берегини прибыли князья всех околоалавийских земель со своими отрядами и море гостей. Так что Ивана можно было не ждать. У него свои княжеские дела.

— Гинева решила посмотреть Саталир сама, — говорил Никита, расхаживая по залу рилевской резиденции. — Это хорошо. Быстрее решат, что с ним делать. Но я теряю время. Арнава у Таркора, и хотя талисманы защищают её…

Велехов остановился на полуслове, но Софья поняла его. Сама мысль о том, что твой враг использует любимого человека для каких-то своих, одному ему известных целей, была ядом. Княгиня не терпела бы ни минуты, случись такое с Иваном. Так что с момента, как узнала, что берегиня похищена, ночи не спала, думая, чем можно помочь Никите, и… вроде придумала.

— Ты не можешь просто отправиться в Навию, — констатировала она. — Не зная, где Таркор и какая у него охрана это неоправданно.

— Ну одно точно — меня не убьют, — хмыкнул Велехов. — Он отправил за мной уже две группы. Я зачем-то нужен ему живой.

— Хорошо, — согласилась княгиня, — но от случайностей никто не застрахован. Тюкнут по темечку сильней, чем надо и всё.

— Рискнуть стоит, — упрямо произнёс Никита.

— Стоит, — подтвердила Софья.

Велехов остановился на шаге и удивлённо посмотрел на неё:

— Ты согласна?

— Да, — княгиня усмехнулась, хотя и невесело. — И у меня появилась мысль, как тебе помочь.

— Какая? — заинтересовался Никита.

— Тебе надо встретиться с Таркором, — уверенно ответила Софья.

Рир от неожиданности такого предложения подавился воздухом на вдохе и замахал руками, пытаясь что-то сказать, но слов не подобрал.

— Он теперь находится рядом с Арнавой, — княгиня говорила очень уверенно. — И руку даю на отсечение — в её сознание он заходил. Если привлечь его внимание, он точно откликнется.

Велехов потёр лоб, подумал. С большим удовольствием он бы прямо сейчас встретился с Таркором. Давно об этом мечтал. Только далеко этот гадёныш. Но если Софья с этим поможет, то нечего ждать, надо действовать.

— Слушаю твой план, — кивнул Никита.

По мере рассказа Софьи лицо Рира мрачнело. Он раза три прерывал её речь словами:

— Давайте подождём Ивана.