делали это всегда и со всеми! Мрак собирает души, хранитель! Ты — всё тот же несмышлёный ребёнок! Ищешь Арнаву? Вон она! Белые вспышки во Мраке. Ещё сражается!

Велехов не дышал, только судорожная дрожь болью дёргала мышцы. Оборотень отступил от него и глядя в лицо, увидел именно тот ужас, который хотел.

— Вот тебе и хорошая новость, — произнёс он, — пока виден её свет, есть и её сознание, так что… — Таркор вгляделся в стену чёрной воды и усмехнулся, увидев единственный белый огонёк в глубинах Мрака: — у тебя мало времени, Никита, чтобы её спасти.

Фигура оборотня растаяла в тумане, а с ней и сон.

Велехов подскочил, сразу встав в полный рост, и едва не уронил Софью, которая держала его в объятиях. Рир успел подхватить княгиню на руки прежде, чем от этого резкого рывка она упала бы на пол.

— Тихо, тихо, что ты? — быстро заговорила Софья. — Успокойся.

— Получилось… — хрипло прошептал Никита. — Поговорили.

Рир поставил княгиню на ноги, подошёл к другу и взял его за плечи:

— Ну? Что он тебе сказал?

Велехов не мог ответить ещё мгновения, но потом прошептал:

— Что я отправил Арнаву в ад.

— Что? — оборотень удивлённо смотрел на него.

Никита взглянул на Софью. Та стояла, взволнованно дыша.

— Идём дальше, Софь, — совладал с голосом Велехов. — Продолжаем.

Но Рир обернулся к ней:

— Княгиня, пожалуйста!

— Всё нормально, — вздохнул Никита, — я смогу.

На этом слове их и застал Иван. Князь вернулся с репетиции парада, вошёл в свои покои и остановился на пороге, увидев всю компанию.

— Что сможешь? — спросил он с улыбкой. — Что задумали?

Но уже через мгновение Иван понял, что задуманное, похоже, грозит бедой.

— Останови их, — с тревогой сказал ему Рир. — Мне не удалось.

* * *

Софья носилась от полки к полке в своих волшебных владеньях, сгребала склянки и какую-то мелочь.

— Тебе вообще-то не стоит так бегать, ребёнку не полезно, — заметил Иван.

— У нас мало времени! — торопилась княгиня. — Дорожки, ведущие из снов, не вечны! Сознание быстро их рассеивает.

— Зачем вообще это надо? — не выдержал князь, повышая голос.

Он в сотый раз гневно взглянул на племянника. Никита не мог спорить с Иваном, так что просто молчал. А заодно оглядывал колдовскую горницу Софьи. Кое-что из её магических принадлежностей теперь стало знакомым ему по свиткам Вулавала.

Раньше Велехов и внимания не обратил бы, не зная для чего нужен тот или иной предмет, камень или трава на полке волшебницы. Но сейчас он знал, и это не оставляло его равнодушным. Среди множества предметов блестели и бляхи-заготовки — пустые круглые или квадратные пластинки из разных материалов для создания амулетов.

Софья остановилась, перевела дыхание и ответила на вопрос мужа:

— Лучший способ найти Таркора — сделать это через сознание Никиты.

— Но связи между ними больше нет, — резко напомнил Иван.

— Связи нет, — княгиня бросила всё, что было у неё в руках в чан с водой и, щёлкнув пальцами, зажгла огонь под ним. — Поэтому мы её искусственно восстановим.

— Что⁈ — поразился князь. — Вы что⁈

— Управление теперь будет с нашей стороны, — заверила Софья. — Всё, что Таркор мог раньше делать с хранителем, теперь будет под силу хранителю.

— Да вы… оба… — князь хрипло выпустил набранный для крика воздух. — Вы хоть понимаете с кем имеете дело⁈

У него даже голос задрожал от возмущения.

— Иван, я должен попытаться, — сказал Никита.

— Это же Таркор! — Иван резко обернулся к племяннику с острым желанием дать ему подзатыльник. — Ни он ли рвал твоё сознание в клочья, когда ты был в плену?

— Я справлюсь, — упрямо пообещал Велехов.

— Справишься⁈ Ты сам-то веришь⁈ — князь гневно смотрел на него.

— Я должен, — повторил Никита. — Арнава у него вместе с талисманами. Я обязан его найти.

Иван шагнул к племяннику вплотную и, чеканя слова, произнёс:

— Ты оборотень меньше полугода, а он им родился. И Скарад научил его всему. Ты против него не устоишь!

Велехов молчал, но было понятно, что от задуманного не откажется. Князь шумно выдохнул и даже отвернулся, не хотел обидеть выражением своего лица.

— Всё! Зеркало готово! — Софья, наконец, остановилась у чана и ещё одним щелчком пальцев погасила огонь под ним. — Действуем по обратной дорожке. Никита, иди сюда. Вспомни, что последнее видел во сне и заглядывай.

Синяя вода колебалась после нагрева, всплывали пузыри. Но княгиня вскрыла ещё одну коробку, достала из неё ледяной кубик и бросила его в кипяток. Едва он коснулся поверхности, как вода мгновенно заморозилась, став ледяным зеркалом. Никита наклонился над ним, посмотрев в свои глаза в отражении. И сознание в тот же миг провалилось в белую мглу.

Теперь, уже в отражении самого сна Велехов видел себя и Таркора, но разговор шёл в обратном направлении к своему началу.

— Давно не виделись, хранитель…

И фигура оборотня растаяла в пелене. Вокруг остался лишь белый туман.

— Осмотрись внимательно, — Софья незримо стояла рядом. — Где-то здесь он вошёл в её сознание.

Велехов огляделся. Ни звука, ни цвета, нет теней, нет света, но ветер сна по-прежнему скользил в этом пространстве. Никита внезапно понял, что делать — он рассёк себе руку когтями и стряхнул кровь. Красные капли застыли на миг в невесомости и вдруг потянулись в сторону, влекомые к чему-то.

— Правильно, — шептала княгиня. — Умница. Ветер сна покажет.

Россыпь кровяных капель внезапно расплылась в кляксы, словно натолкнулась на невидимую преграду, и в белой пелене проступило очертание, в котором ясно узнавалось лицо Таркора.

— Значит, здесь он вошёл, — сказала Софья. — Это отпечаток вошедшего сознания.

Никита подошёл к очертанию.

— Будь осторожен, — шепнула княгиня, — я с тобой дальше не смогу.

— Буду, Софь, — ответил Велехов и погрузился лицом в отпечаток.

В колдовской горнице Софья отошла от чана, глядя на Никиту. Он стоял с закрытыми глазами и мерно дышал, словно впал в кому стоя.

— Где он сейчас? — напряжённо спросил Рир.

— Должен быть в сознании Таркора, — ответила княгиня. — Если всё будет хорошо, вернётся через пару минут. Ему только осмотреться.