– Почти все, кроме того, что с ним стало.

– Даже то, как найти Та-Нечер?

Ну вот, прибавляем к головоломке еще и Та-Нечер, чем бы это ни было.

Сентек усмехается.

– Ну, из этого не было смысла делать секрет по причинам, которые вам прекрасно известны.

– Да, – Нисвенд кивает. – Так себе тайна, если уж на то пошло. Ладно, Сентек из храма Даран, я расскажу тебе, что я с ним сделал. Он пробыл в Та-Нечер почти год, потом вернулся, потом снова улетел на несколько месяцев и оставался там, пока еще была возможность вернуться обратно. Скажем так, он дотянул практически до последнего, и, как оказалось, у него были на то свои причины. Он кое-что привез с собой…

– Что? – перебивает Сентек.

– Маяк.

– Маяк?

– Передатчик, ретранслятор… не знаю, как вы сейчас это называете. Нечто, что определяет место, до которого нужно добраться.

– Зачем он Та-Нечер? – искренне удивляется Сентек.

Нисвенд качает головой.

– А Та-Нечер он и не нужен, он нужен нам.

Удивление так и не сходит с лица Сентека.

– Нам? – переспрашивает он.

– Зная время, когда появляются Та-Нечер, можно привлечь их внимание этим маяком. Это своего рода гарантия того, что они вступят с нами в контакт.

– И что в этом плохого?

Нисвенд смеется.

– Ну ты подумай, Сентек из храма Даран, глядишь, и поймешь. Эсвель спрятал этот маяк, потому что прекрасно понимал, что я от него ни одного атома не оставлю. Но Эсвель верил в добро во вселенной, всячески убеждал нас, что это откроет границы, изменит нашу жизнь навсегда. В том, что изменит, я не сомневался, и в том, что навсегда – тоже, но я смотрел на это отнюдь не так радужно, как Эсвель. Он отказывался говорить, где спрятал маяк, его пытали, единственное, что удалось из него выжать, так это то, что он где-то в поясе Радор. Да только искать что-то в Радоре все равно, что искать иголку в стоге сена. Мы пытались проследить маршрут его корабля, но он же Навигатор – он запутал следы. Эсвель был уже немолод, а мы, скажем так, несколько переборщили. Если ты видел его останки, то ты понимаешь, о чем я говорю.

– Я думал, это были грабители могил.

– Вряд ли они сильно изменили картину.

Сентек в некоторой озадаченности смотрит на Нисвенда и проводит рукой по волосам, на пальце блестит кольцо. Оно появилось у него после приезда с Желтой земли, я еще спросил, откуда он его взял, а Сентек только отшутился, что ограбил одного мертвеца. Кажется, теперь я знаю, кого именно. Не одного меня привлекает блеск золота.

– Покажи, – приказывает Бог.

Сентек вытягивает руку.

– Кольцо Эсвеля. Он привез его с Та-Нечер. Как видишь, они не так уж сильно от нас отличаются, тоже уважают металл Царей. Ты взял его в награду за проделанную работу?

– Что-то вроде того.

– Ты слишком дерзок для простого художника, Сентек из Храма Даран, – неожиданно говорит Бог. – Кто ты на самом деле?

– Тот, кто я и сказал, – Сентек кланяется, – всего лишь художник, который верит в чудеса.

И, наплевав на этикет, Сентек разворачивается и уходит.

– И этот верит в чудеса, – мрачно произносит Великий Бог Нисвенд Баш и исчезает, чтобы навсегда забыть этот разговор и погрузиться в безвестность еще на десяток веков.

Запись заканчивается. Я смотрю в темный экран, жестом убираю его и упираюсь взглядом в древнюю фреску, изображающую ежегодное восхваление Богов Анима. Конечно, я смотрю на нее, но совершенно ее не вижу.

Вот, значит, в чем дело… На Желтой земле Сентек раскопал могилу некоего Эсвеля, он же Странник, этот Эсвель побывал в труднодоступном месте под названием Та-Нечер, чем бы оно ни было, привез оттуда некий маяк, и этот маяк спрятан в поясе Радор. А Сентек как раз отправляется в Радор вместе с Миртес. Дураку понятно, что раз он трезв и полон жизненных сил, то собирается найти там этот маяк. Передо мной в очередной раз – я бы даже сказал по старой доброй традиции – стоит моральная дилемма, одной из сторон которой является Великая Царица-Регент Миртес. По всем правилам мне следовало бы связаться с ней и рассказать о разговоре Сентека с Богом – Нисвенд Баш был очень обеспокоен существованием этого маяка Странника. Как минимум, Миртес следует об этом знать, даже если это уже не имеет никакого значения. С другой стороны, прошла чертова уйма лет. Скорее всего, этот маяк уже не существует: или астероид, на котором он спрятан, взорвали в бою, или он столкнулся с другим, или шахтеры нашли этот маяк и выбросили как ненужный хлам. Вполне возможно, что он лежит где-нибудь в запаснике музея древней техники, например, на Мирраере. Или его могли найти Хольг во время Великого вторжения, и он теперь часть одной из их станций. Будет удивительно, если этот маяк все еще существует. Но даже если он существует, то как Сентек его найдет, если в свое время это не смог сделать флот Альрата? Сентек так же далек от поисков чего-то в космосе, как я от того, чтобы нарисовать что-нибудь сложнее квадрата. В конце концов, что он вообще сможет сделать на космическом корабле? Да ничего. Но впервые за последний год я видел его трезвым, причем целых два раза. Если поиски этого маяка, этот Эсвель и эта Та-Нечер помогут ему выбраться из могилы, в которую он сам себя зарыл, так пусть себе ищет их. Да пусть что угодно ищет! Я поздравляю себя с принятием правильного решения, но вдруг мне в голову приходит мысль, от которой я холодею.

Сентек прекрасно знает, что все разговоры в Аниме записываются, я столько раз ему об этом говорил, что даже если его это совершенно не интересовало, то забыть он этого не мог. Он знал, что и этот разговор запишут. Еще он понимал, что он больше не простой художник из храма Даран, а Наместник Желтой земли, Наместник нома Фезим, Наместник нома Кройн, Наместник нома Тизер, Почетный посол Альрата в Агломерации Радор, Почетный посол Альрата на Мирраере, Почетный посол Альрата на Инсонельме, Хранитель Некрополя, Хранитель наследия Альрата, Хранитель библиотек, Великий Царский архитектор, Великий Царский живописец, Великий Царский скульптор и Вернейший из Слуг Великой Царицы. Как минимум, его разговор с любым Богом привлечет внимание Анима, а значит, и мое внимание. Сентек знал, что я это увижу, и рассчитывал, что это произойдет после его отлета с Альрата.

– Ах ты ж… – я